Ирина Мазаева - Большая книга ужасов – 66 (сборник)

Ознакомительный фрагмент

– Никаких купаний! – вслух решительно сказал он себе.

Вернулся в дом.

Сегодня был банный день: бабушка Зина топила баню, Женька бегала по дому с воплями «А-а, враги украли полотенце!», а Лешка давно ждал его в полной боевой готовности: они должны были идти мыться в первый пар.

В бане Сашка долго поливал на себя холодной водой, пока всю не вылил.

– Ты че, озверел? – возмутился Лешка. – Тащись теперь сам на речку!

Сашка сходил.

Беспокойство нарастало. Хотелось бежать на карьер. Или хотя бы встать под струи дождя и так стоять, стоять…

После бани и долгого вечернего чаепития с бабушкой Зиной они втроем снова собрались в чулане.

– Что будем делать? – спросила Женька.

– Будем страшные истории рассказывать! – заявил Лешка. – Что-то давно у нас Сашка ничего не пугался.

Сашка тут же вспомнил все свои сны и, вздрогнув, подумал: «Тебе бы пережить то, чего я «пугался», – но вслух сказал:

– Да, давайте.

– Ой, я тут такое вспомнила… – начала было Женька, но брат ее перебил:

– Это не по чесноку! Теперь моя очередь рассказывать! Слушайте.

И все уселись поудобнее.

– У одного мальчика однажды родители уехали далеко-далеко, и он остался дома один. Ну как один? С собакой и с котом. Его оставили, чтобы он зверей кормил. Вот пришел мальчик из школы, сделал уроки, сам поел, всех накормил, на компьютере наигрался сколько хотел и спать лег.

Заснул. А потом вдруг просыпается: на часах двенадцать ночи, а из кухни какие-то звуки раздаются, как будто кто-то чавкает. «Васька, Тузик, тихо!» – крикнул мальчик собаке и коту, перевернулся на другой бок и чувствует – под боком у него что-то есть… В комнате темно и не видно, что это. Мальчик аккуратно руку тянет, чтобы проверить, что там, хвать это что-то, а это – его кот!

«Пошел вон!» – крикнул мальчик и скинул кота. А кот тут же зашипел, как будто кого увидел… А из кухни по-прежнему чавкающие звуки раздаются. А кот шипит на кого-то, а потом ка-ак прыгнет. И собака залаяла. Она у мальчика рядом с кроватью лежала. «Васька, Тузик, тихо!» – крикнул мальчик. А звуки-то с кухни раздаются. «Если Васька и Тузик в моей комнате, кто же тогда чавкает на кухне?!» – в ужасе подумал мальчик.

– Давайте свет выключим? – неожиданно перебил сам себя Лешка и тут же метнулся к выключателю. – Так страшнее будет. Так вот, спать мальчик больше не мог. Чем дольше лежал, тем больше пугался. Потом у него нервы сдали, и он на кухню пошел. Крадется по коридору и видит, что на кухне как будто свет неяркий. И тень какая-то: стоит там кто-то и что-то ест.

А мама всегда говорила мальчику: если слышишь страшные звуки, то закройся в комнате и не выходи из нее до утра. Только мальчик забыл про мамин совет. Ему и страшно, и любопытно, кто там чавкает.

Вот открывает мальчик дверь на кухню, входит медленно, сам уже ни жив ни мертв от страха и видит…

ПРИЗРАКА!

Призрак стоит у холодильника и жрет что-то из кастрюли.

«Убирайся отсюда!» – крикнул мальчик. А призрак оборачивается, и мальчик узнает своего бывшего учителя… физкультуры. Который умер в прошлом году, его штангой в зале задавило.

«Я голоден, я голоден…» – говорит призрак. Мальчик стоит, смотрит, призрак ест, а супа в кастрюле меньше не становится. «А почему же супа меньше не становится?» – спрашивает мальчик. «А потому что я хочу… СЪЕСТЬ ТЕБЯ!»

Последние слова Лешка крикнул во весь голос, кидаясь на Сашку. Тот вздрогнул, конечно, но легко отмахнулся:

– Дурак!

– Не страшно, не страшно! – хихикнула Женька. – И ничего у тебя не получилось нас напугать!

– Вообще не страшно! – согласился Сашка.

Он и правда ожидал чего-нибудь интересного, а тут какая-то глупая история: призрак, жрущий суп! Кого этим можно напугать?

– Не страшно ему. Сам-то расскажи хоть одну историю. Слабо? – обиделся Лешка.

– Да запросто!

И тут Сашка озадачился. Ни сестры, ни брата у него не было, в летний лагерь его не отправляли, друзей у него не завелось – где ему было учиться страшные истории рассказывать, на ком тренироваться? Вроде бы всяких триллеров он достаточно насмотрелся, сюжеты там похожи – бери любой за основу да придумывай свои подробности, но в голову, как назло, ничего не шло.

– Ага! Ты даже такую историю придумать не можешь! Ни ума у тебя, ни фантазии! – обрадовался Лешка.

– Давайте я расскажу! – предложила Женька.

– Вот уж фигушки. Пусть он рассказывает. Мою историю облажал – пусть потрясет нас своей.

Сашка мучительно думал. «Вот ведь как у Лешки все просто: сочинил фигню на ходу, учителя физкультуры приплел…» Учителя физкультуры. Сашка вспомнил свой сон про Павла Александровича и похолодел. Как хорошо, что это был только сон! И тут же его осенило: «А почему бы не пересказать свои сны как страшные истории? Женька, конечно, кое-что без подробностей слышала, но она, наверное, уже забыла все давно и не выдаст».

– Да запросто! Садитесь поудобнее. Может, свет включить, а то совсем перепугаетесь?

– Давай-давай, не тяни кота за хвост! – отмахнулся от идеи включить свет Лешка.

И Сашка начал:

– У одного мальчика была тетя Зоя. Однажды тетя Зоя плавала в озере и утонула. И вот сидел как-то мальчик на берегу того самого озера. Купаться собирался. Уже шорты снял, футболку… А мальчика звали… Вася. И вот слышит Вася, как его кто-то из кустов зовет по имени: «Вася, Вася, помоги мне…» Смотрит Вася, а это его тетя Зоя – утопленница. Стоит под деревьями, большая, как будто опухшая, а волосы у нее длинные и зеленые, как у русалки, а ноги босые, синие…

«Вася, помоги мне…» – замогильным голосом ноет тетя Зоя. «Что случилось?» – спрашивает мальчик и вдруг понимает: тетя Зоя год назад утонула, она не может тут стоять! А тетя Зоя ласково так просит, плачет как котеночек. А сама приближается к Васе, приближается… «Вася, это же я, твоя тетя, подойди, полей мне водицы на ладоши, глазоньки я свои промою да последний раз на тебя погляжу… Верь мне, Васенька…»

А мальчику страшно. Да и ковшика под рукой нет, чем черпнуть из озера воды. «Вы не тетя Зоя! – говорит мальчик. – Тетя Зоя умерла! А вы уходите, уходите отсюда!» А у самого уже и ковшик с водой в руке. Вася и удрать хочет, а чувствует, ноги как будто отнялись. А тетя Зоя медленно-медленно поднимает руку, чтобы, значит, волосы с лица откинуть… А ему уже так страшно, что и слова сказать не может. Она волосы убирает медленно, а вместо глаз у нее… А вместо глаз у нее… ямки с песком и с гнилой рыбой.

Васе бы бежать или «Чур меня, чур!» крикнуть, чтобы она исчезла, а он ковшик с водой ни поставить, ни кинуть не может – как прилип ковш к рукам. «Что стоишь? Промой мне глаза! – говорит утопленница. – А потом – со мной пойдешь!» Так и нашли Васю утром на берегу озера с ковшиком. Мертвого.