Нина Бархат - Садовник (история одного маньяка)

Еще в юности Эд усвоил главное: если слишком сосредоточишься на точном попадании - ошибешься почти наверняка. Перед самым ударом нужно забыть обо всем: о цели, о лузе, о деньгах, которые стоят на кону… И просто послать шар туда, куда он хочет попасть сам, корректируя его путь мягко, исподтишка. Только так и рождается по-настоящему красивая игра.

Первую партию им позволили выиграть - разумеется! Для затравки, так сказать. И, разумеется, противники нарочито громко удивлялись мастерству Эда. И даже отвешивали (совсем уж лишние) комплименты Косте, отчего тот сразу надулся и стал еще невнимательнее

«Ну прямо как каталы в поездах… - подумал Эд со скукой. - Давайте уже второй акт!»

Они не заставили долго ждать - со следующей же партией раскрылись полностью: их мастерство было отточено годами практики и зиждилось на даре от природы (у Тары - точно).

Силы были почти равны, и если бы Эду не приходилось тянуть за двоих, схватка даже могла бы стать по-настоящему интересной. А так приходилось бить наверняка (каждый стук как плеть!), и он лишал себя удовольствия многих рискованных ударов, которые обязательно бы провел, не виси на его шее этот чванливый недоумок, непрерывно сопящий и мажущий легчайшие шары…

Деньги отдали без возражений, но в зале повисло ощутимое напряжение.

Навалившись на столик, за ними безотрывно следил Антон. Тара и Сергей играли молча, изредка тихо переговариваясь и с каждой партией наращивая ставки. Костя наивно радовался каждому выигрышу, а Антон чернел лицом и пил все больше и больше, как будто это его личные деньги уходили к Эду после каждой партии… Впрочем, могло быть и так.

После пятого захода, когда стало понятно, что обычный расклад не катит, их разбили - предложили «один на один», видимо, решив получить хоть что-нибудь от Кости.

С Эдом остался Тара - конечно же!… Но Эд был рад: хороший соперник, хорошая ночь, хорошая игра…

Небрежно засунув в карман очередную (уже совсем астрономическую) сумму, он ненадолго отошел выпить и засмотрелся на девушек, расположившихся у входа в заведение. Костя и в самом деле не обманул: лица, ноги, шикарные шмотки - все по высшему разряду! Да и взгляды большинства дам были предсказуемо направлены в сторону сегодняшнего победителя. А за дальним столиком вообще - там призывно улыбалась такая конфетка! Темноглазая, с вышибающим мозги декольте!… Правда, она сидела не одна, но теперь-то Эд был не просто при деньгах - он был при охренительных деньгах! А девушка сильно смахивала на…

- Слышь, ты! Ты - профи, да? Точняк, профи! Только дела так не делаются, пацан… - Антон грохнул стаканом по столу. - Дела у нас так не делаются!… - он зло выделил голосом «у нас». Дальше развить мысль у него не получалось.

Но Эд приблизительно понял, что он имеет в виду.

- Я не занимаюсь бильярдом профессионально, если ты об этом. А вот играю давно. Твои кореша - не слепые и не малые дети. Сами со мной в игру завязались. Или забыл?…

Костя, как раз заканчивающий проигрывать все, что ему досталось от партий с Эдом, радостно помахал рукой.

«Ну не идиот?! Продуется же в ноль, если немедленно не остановится… Ладно, еще одна партия и пора валить отсюда», - Эд снова с аппетитом взглянул на декольтированную прелесть в углу зала.

Подошел Тара, изо всех своих пацанских сил старавшийся выглядеть спокойно, но то и дело выдававший себя нервным похлопыванием кия по руке.

- Ну что, еще партию?

- Давай, последнюю, - Эд ни секунды не сомневался, что сейчас его соперник поставит все, что осталось.

Следовало отдать должное - осталось у них немало. По крайней мере, Тара назвал сумму, равную всему, что Эд выиграл за вечер.

Эд изобразил недолгое колебание. Затем кивнул. Глаза Тары многообещающе полыхнули, и Эд принялся разбивать…

Партия не оказалась слишком сложной, но принесла Эду жгучее удовольствие - у него наконец-то получились два угловых шара, которые раньше он считал для себя практически невозможными.

Положив кий, он поднял взгляд на противника и увидел, как у того мелко-мелко подрагивает уголок правого глаза. И смотрит при этом Тара куда-то за спину Эда - туда, где оставался за столиком в стельку пьяный Антон. Вот только Антон оказался не настолько пьяным, как до сих пор талантливо изображал, и теперь на удивление твердым шагом приближался к Эду, разыгрывая еще одну партию. На этот раз - с оттенком уголовщины.

- Эй, ты! Я те че, не говорил? У нас так дела не делаются! Говорил, ну?…

При ходьбе Антона слегка качало - не кефир все-таки он цедил весь вечер, но даже в его нетвердых движениях сквозила опасность. Расписывая воздух своими растопыренными пальцами, он подошел уже почти вплотную. А люди, только что так восхищавшиеся мастерством Эда, вдруг стали необыкновенно заняты - их взгляды старательно избегали части зала, где стоял победитель.

Он оказался в полном одиночестве. Даже Костю Сергей куда-то увел… Хотя с него-то какой прок?

«Твою мать…» - устало подумал Эд.

- Эй, я с тобой говорю, сюда смотри! Клоун, бля, цирк тут устроил! Бабло наше гони давай, как там тебя… Эдик… О! Хорошо рифмуется…

Эд не понял, как очутился на полу. Он с легким недоумением смотрел на спину Антона, крепко прижатого коленом - черт, его собственным коленом! - к полу… И на руку этого придурка, заломленную до хруста его, Эдовой, рукой… И не мог вспомнить, как и когда это сделал!

Мужская часть посетителей сгрудилась вокруг них (когда?), сильно посмелев. Нет, не настолько, чтобы принимать участие в разборке на чьей-либо стороне, но все же Эду почудился одобрительный оттенок в ропоте толпы.

Тара почему-то стоял в стороне, усиленно делая вид, что не имеет к происходящему ни малейшего отношения.

«Руку боится повредить, падла!» - догадался Эд и сильнее вдавил колено. Антон заорал благим матом.

Хорошо. Теперь оставалось уточнить детали.

- Меня зовут Эд, - спокойно произнес он почти по слогам, как при разговоре с не особо сообразительным ребенком. - Повтори.

- А, твою ма-а-ать! Больно как… Пусти… больно-о-о!

- Повтори: «Эд». И запомни.

- Эд, Эд!… Эд! Пусти, говорю! Эд же! Ур-р-о-о-од…

Одним плавным движением Эд поднялся с пола, продолжая удерживать в поле зрения парней. Он ощущал себя, как воздушный шар, наполненный гелием, - легко, пусто и весело! Ни дрожи. Ни колотящегося сердца. Он был средоточием спокойствия в этом мире.

- Я к вам не совался. Игру сами предложили. На жизнь я зарабатываю другим, и мне хватает, - Эд швырнул на стол, за которым только что с таким удовольствием проводил вечер, два своих последних выигрыша. - Без обид. И еще, советую хорошо запомнить мое имя!

Он подхватил куртку и направился к выходу. Его шаги были тверды и рассчитаны до миллиметра. На лестнице он остановился, прикурил и оглянулся.