Барбара Эрскин - Прячась от света

«Теперь самое время! Прекрасное время!»

Эмма судорожно сжала стакан.

Майк нахмурился:

– Что такое?

– Она вернулась, Майк! Она снова в моем сознании!

– Не может быть! Она ушла! – Майк на миг буквально остолбенел. – Держись за крест, Эмма! Мы вместе будем молиться... – Внезапно он ужаснулся, заметив темную фигуру, возникшую за спиной Эммы. Это была женщина, одетая в длинную черную мантию, в белом чепце на голове, с густыми вьющимися локонами. Она смотрела поверх головы Эммы прямо в глаза Майку.

– Борись с ней, Эмма! – Майк поднялся. – Не впускай ее в себя!

Эмма схватилась за голову.

– Я так устала, Майк! Я ничего не могу сделать! Она слишком сильная!

Майк, не раздумывая, бросился к фигуре за спиной Эммы. Она исчезла, как только он протянул руки к ее шее. Эмма вдруг засмеялась, но, когда она заговорила, это был не ее голос! И уже не рука Эммы сорвала с шеи крест и амулет и с презрением бросила их на стол. Эмма встала.

– Мэтью! Вот где мы наконец встретились. – Она быстро выдвинула ящик кухонного стола и вытащила нож для резки хлеба.

– Здесь нет Мэтью, Сара. – Майк отошел на шаг назад. – Я уже говорит тебе это. Мы же с ним покончили! Мы вместе молились всю ночь с субботы на воскресенье, и он ушел! Теперь я стал слишком силен для него, Сара! Он больше никогда не вернется!

Глаза Сары были устремлены на него. Майк вдруг впервые увидел, что они другого цвета, чем у Эммы – более светлые и более... жестокие.

– Все кончено, Сара! Наступило время прощения. Погибли невинные люди, погибли из-за тебя! Ты хочешь еще усугубить все эти несчастья и смерть, творившиеся веками? Ты не сможешь причинить вред Мэтью Хопкинсу, если убьешь меня!

Майк пристально смотрел на нож, который Эмма – Сара держала в руке.

Она заколебалась. Вновь – на короткое время – появилась настоящая Эмма. Майк заметил смущение и гнев в ее глазах. Он поймал это момент и быстро произнес:

– Возьми крест, Эмма! Положи нож и возьми крест!

Эмма безучастно смотрела на него.

– Эмма, будь сильной! Христос с тобой, Эмма! И магическая защита. – Майк не отдавал себе отчета, что произносит эти слова. – Ведовство – это не для тебя!

Фигура за спиной Эммы стала как бы менее материальной, вместо глаз на ее туманном лице были большие темные впадины.

Майк смело выступил вперед и ловко выбил нож из руки Эммы.

– Вот так! – Он отшвырнул нож. – Возьми скорее крест, Эмма, сражайся с ней! Господи, сжалься над ней, рабой Твоей – Сарой! Научи ее прощению и любви, прости ее, избавь от оков зла и гнева, отпусти ей все грехи! Я прошу об этом во имя Иисуса Христа, Господа нашего. – Он поднял руку и уверенно трижды начертал в воздухе крест.

На минуту воцарилось полное молчание. Майк твердо выдержал взгляд женщины из прошлого. Сара медленно подняла руки, как бы в знак капитуляции, медленно отошла прочь от Эммы, поплыла куда-то лентой тумана. Последнее, что увидел Майк, была ее недобрая улыбка. И вот она исчезла.

Эмма буквально рухнула грудью на стол. Майк медленно опустился на табуретку и осторожно спросил:

– С тобой все в порядке?

Эмма подняла голову и слабо кивнула.

– Мне на миг показалось, что я... умираю, – прошептала она. – Словно из моего тела выкачали всю энергию, до последней капли... – Она закрыла глаза.

Майк бережно обнял ее за плечи. Опустив голову ей на колени, он сказал:

– Она ушла, Эмма. Не думаю, что она вновь вернется.

– Я чуть не убила тебя! – Эмма перегнулась через его плечо и резко задвинула ящик. Там было еще несколько ножей.

Он взглянул на нее:

– Я думаю, что ты победила ее!

– Но как мы можем быть уверены? – Она смущенно коснулась его волос.

– Я уверен. – Майк улыбнулся.

– А Хопкинс?

– Относительно него тоже уверен. Все происшедшее укрепило мою веру, Эмма, но и научило меня не поворачиваться спиной к прошлому, будь оно хорошим или плохим. Завтра я пойду к Биллу Стэндингу. Мне надо научиться от него, как вернуть свет в этот город. Нам с ним вообще есть чему поучиться друг у друга.

– А что мне теперь делать? – Эмма прикусила губу. – Я не думаю, что знаю в полной мере – что значит быть христианином...

Он поднялся:

– И это тоже – моя задача. Научить тебя.

– А если я не смогу?

Майк пожал плечами.

– Значит, я должен буду научиться, как смириться с этим. – Он взял ее за руки и помог подняться. – Эмма, я недавно думал, что сложу с себя сан. Но я передумал. Мне нравится моя работа, мне нравится жить здесь и... мне кажется, я люблю тебя. – Его лицо вдруг сделалось по-мальчишески растерянным. – Из всего случившегося вы трое – это самый большой вызов для меня.

Эмма слабо улыбнулась:

– Я не знаю, что тебе сказать... И что означает это – «вы трое»? Я до ужаса, можно сказать, до смерти напугана своим... двойником, но, насколько я знаю, она ведь только одна?

Майк засмеялся:

– Я имел в виду кошек!

– А... – Эмма грустно улыбнулась. – Но ведь они так и не вернулись!

– Они вернутся. У меня хорошее предчувствие на этот счет. – Майк запнулся. – Постой, если я правильно понял, ты не закричала в ужасе и не выбежала прочь из комнаты после моего... предложения?

– Нет. Не закричала и не выбежала, – улыбнулась Эмма.

– Тогда... спокойной ночи! У нас теперь впереди целая вечность, чтобы получше узнать друг друга.

Эмма кивнула, встала и повернулась к двери.

– А ты будешь здесь, когда я проснусь? – тревожно спросила она.

Подойдя к ней, Майк нежно положил руки ей на плечи и поцеловал в лоб. На мгновение Эмма прильнула к нему, прислонившись головой к его плечу. Потом она отстранилась.

– Майк, а твое заявление как-то связано с сообщением Пайерса?

Он поднял брови:

– Полагаю, оно просто помогло мне понять, что однажды путь будет свободен...

– Понятно... – протянула она, улыбнулась и легко коснулась пальцем его губ, потом повернулась и стала подниматься по ступенькам.

Майк взглянул на часы: уже утро. Ему надо бы вернуться домой, но – это подождет. Он не уедет из дома Лизы, пока Эмма не проснется и он не убедится, что она чувствует себя хорошо.

Внезапно за его спиной послышался резкий стук. Он чуть не подпрыгнул от неожиданности и обернулся. Маленькая грациозная черная фигурка протиснулась через откидную дверцу ставни. Секунду спустя в отверстие просунулась вторая кошачья мордочка. Какое-то мгновение кошки пристально рассматривали Майка, а затем дружно спрыгнули на пол.

Майк тихо засмеялся:

– Вернулись! Могу поспорить, маленькие бродяги, вы знали, что происходит! Так вы ждали, пока не уйдет Сара?

Он потянулся к кошкам, и Макс, прихрамывая, осторожно приблизился к Майку. Подозрительно пофыркав некоторое время, он подошел поближе и потерся о его руку.