Юлия Аксенова - Повелитель ветра

Ознакомительный фрагмент

До «Войковской» Ярослав добрался только к половине первого ночи: полузатопленная необычайно сильным ливнем автомобильная Москва встала. Пробки и заторы рассасывались так же медленно, как просачивалась в трещины и выбоины асфальта обильная небесная влага. Водители, обезумевшие от усталости, голода и тоски по мягким постелям, орали друг на друга гудками и матом из открытых окошек, сталкивались бамперами, почем зря разбивали друг другу фары и со скрежетом выкорчевывали наружные зеркала. Останавливались выяснять отношения, увеличивая хаос и неразбериху.

В животе урчало. Ярослав достал из бардачка припасенные на такой случай пакеты с сухариками, чипсами и прочей дрянью. Не помогло. Он вспомнил мясо по-матвеевски – одно из фирменных Гришиных блюд. Слюнки потекли ручьем. Потом Ярослав сообразил, что Григорий редко готовит впрок и разогревать ему сегодня предстоит, скорее всего, банальные пельмени. Живот одобрил мысль о пельменях очередным приступом урчания.

Интересно, как Матвеев представляет себе деятельность своего младшего приятеля?

В молодости Ярослав, увлеченный своим делом, порывался рассказать о нем дяде Грише, но нарвался на глухое и жесткое сопротивление. «Магия? Эзотерика? Ясь, лучше бы ты не занимался такими вещами! Я всего этого не люблю и боюсь!» Ярослав кидался спорить, горячо отстаивать свои убеждения. Григорий замыкался: «Я не хочу дискутировать с тобой на эту тему», – бросал раздраженно, надменно и надолго умолкал. Ярослав маялся: он привык откровенно обсуждать с дядей Гришей все на свете; немилость самого близкого ему друга и наставника к делу, которое казалось дороже жизни, обескураживала и обижала. Но оставалось только смириться. Заметив, что старший товарищ стал вроде бы даже сторониться его, Ярослав принял меры, чтобы избежать раскола столь дорогой ему дружбы. Он придумал обтекаемый термин: «биоэнергетическая защита в сфере экологии и бизнеса», уболтал Григория малозначащими фразами о научном подходе, сказал, что работает с точными приборами в руках, попросил помощи в освоении химии, которая, в отличие от физики, так тяжело ему давалась. Григорий постепенно оттаял, а Ярослав больше никогда о содержании своей деятельности с ним не заговаривал. Недосказанность по взаимному умолчанию так и осталась между ними зарубцевавшейся трещиной.

Теперь Григорий рискнул обратиться к Ярославу за помощью. Ярослав стал прикидывать, в какой форме обсуждать с ним все, что сумеет выяснить, чтобы не спугнуть, не дать повода пожалеть об оказанном Ярославу доверии? Со своими клиентами Ярослав так не церемонился: раз пригласили, значит, готовы поверить любому слову нетрадиционного специалиста. Усомнятся – пусть пеняют на себя! В запасе для сомневающихся всегда оставалась простая и убойная техника: считать информацию о семье, о здоровье, словить пару-тройку немудреных мыслей, наконец. Но с Гришей надо быть предельно осторожным. Упаси боже от подобных фокусов!

«Не люблю и боюсь!» – резко, как удар хлыста, звучало в ушах. Он не сказал: «Не верю».

Поток автомобилей тем временем поредел, и Ярослав вскоре свернул на тихий пустынный бульвар. Голые деревья приветствовали позднего гостя активной отмашкой ветвей. Ох и сильный же поднялся ветер! Снова шквалистый, как тот, что принес непогоду. Теперь, судя по редеющим клочьям облаков, несущимся по небу низко-низко – в свете огней города, тот же ветер прогнал непогоду прочь.

Ярослав заскочил в круглосуточный продуктовый магазин на углу, быстренько похватал там каких-то полуфабрикатов, овощей, зелени, фруктов. От продавщицы почему-то неслась волна смятения и любопытства. Ярослав кинул быстрый взгляд вниз: все ли в порядке с одеждой? Изъянов не нашел.

Белая бинтовая повязка аккуратной шапочкой охватывала голову, спереди из-под нее трогательно выбивались пегие пряди со следами модельной стрижки, сзади оставался открытым затылок. Удар пришелся по темени. Ярослав успел заметить бескровную белизну лица, даже с оттенком серости, прежде чем оказался в объятиях друга.

– Здорово, Ясь! – наконец-то громким, узнаваемым голосом. – Рад тебя видеть! Проходи.

Ярослав нетерпеливо умылся и бегом рванул на кухню.

– Бери тарелки, рюмки, – распорядился Григорий. – Я ничего не доставал: мне запретили много двигаться. Вино в холодильнике. Выбирай, какое хочешь. Под рыбу.

Ярослав, не веря своему счастью, осознал, что на плите стоит сковородка, из-под плотно закрытой крышки которой просачивается аромат почти готовой семги.

– Гриша, ну зачем ты готовил, если нельзя?

– А с ней возни немного, – протянул Григорий с деланной небрежностью. – Просто положил на сковородку – и все. Ну, специи, конечно, посыпал. Посолил.

Ярослав демонстративно застонал. Григорий – мастер простой и здоровой еды, которую он фантастически быстро готовит и которую невероятно вкусно есть!

Только успел помыть овощи, как Григорий объявил, что семга готова и ее надо срочно выключать, пока не пережарилась.

– Мне совсем немного положи. Просто чтобы тебе не скучно было одному есть. Я не голодный; специально для тебя готовил.

– Ну, рассказывай, что с тобой случилось! – предложил Ярослав, хватаясь за вилку.

– Давай сначала за встречу! – Григорий разлил по бокалам вино. – Сколько ты не был у меня здесь? Полгода?

– Больше. Летом я на дачу к тебе приезжал. С тех пор и не виделись. Так что стряслось? Излагай!

Маленький музыкальный центр на столе довольно громко проигрывал какой-то диск с классическим роком. Еще в ранней юности Ярослав был приучен дядей Гришей понимать эту жесткую, вредную для барабанных перепонок музыку и даже любить ее. Поэтому Ярослав не стал вовсе выключать звук – только сделал потише, чтобы не мешал разговору.

Он наслаждался вкуснейшей рыбой и смаковал каждый глоток хорошего итальянского вина.

– Да рассказывать почти нечего. Ко мне подошли двое пьяных мальчишек…

Матвеев рассказывал с заученными интонациями человека, которому уже пришлось участвовать в составлении милицейского протокола.

– Мальчишек?

– Лет по восемнадцать. Чуть больше, чуть меньше – не знаю. Подошли спереди. Ударили. Они, наверное, хотели оглушить и вытащить кошелек. Но я отбился и побежал…

– Не понял. Подошли спереди и ударили по темечку?

– Нет. Один попытался ударить по голове, но я успел отбить его руку. Другой хотел меня схватить за одежду. Я увернулся от обоих и отскочил в сторону.

Зная отличную спортивную подготовку Григория, Ярослав в принципе не удивился. Но все же уточнил:

– Как тебе удалось?

– Не сложно. Они были в хорошем подпитии. Я хотел банально убежать. Прости, история совсем не героическая!