Ольга Горовая - Голод сердца

— Уходи! Убирайся! — надрывно закричала девушка, падая коленями на обледеневшую, мерзлую землю и обхватила свои плечи руками, не глядя уже, как пришедший в себя ребенок, с ужасом смотрит на нее, словно только осознал, что был очень близок к смерти.

Парень вскочил и так быстро побежал от этой хрупкой девушки, словно та была монстром. Вероятно, так оно теперь и было на самом деле…

Ярина была босой.

Это не понравилось ему. Совершенно.

Разум Алекса еще не осознал, не переработал то, что уже понимало сердце.

Он так и стоял метров за триста от площадки, и никак не мог решить, что же стоило сделать.

Пока тихий надрывный звук, не нарушил тишину парка.

Алекс вздрогнул, с ужасом понимая, что это Яря… плакала? Выла?! Он не мог сказать, было ли это плачем. Скорее, безнадежность и отчаяние, выраженное звуком.

Александр резко дернулся с места, пока еще не до конца осознавая, что именно делает, но понимая единственную вещь: то, что лишь несколько дней назад он говорил Лине — было и для него верно — без разницы, была ли его любимая еще человеком.

Это была его Ярина. Больше для Алекса ничего не имело значения…

— Яря! — он бежал, не желая, чтобы она так страдала, но и не представляя, как может утешить ее. Не думая, не размышляя, просто понимая, что хочет оказать рядом с ней. Коснуться кожи Ярины. Обнять ее. Успокоить. И рассказать, что все будет хорошо. Что бы ни произошло, это ничего не изменит…

Она вскинула голову, привлеченная его окриком, и пораженно смотрела за стремительным приближением Алекса. На лице Ярины было написано недоверие, почти шок.

— Саша? — еле слышно прошептала она, медленно поднимаясь с земли, — Саша…, но как? Они говорили…Все…

Ярина пораженно замолчала, всматриваясь в его черты, когда Алекс замер рядом, задерживая сбившееся дыхание. Черт бы побрал эту лихорадку! Он ощущал себя не сильнее того подростка, который только что улепетывал отсюда. Но и это не было важно.

После всех этих дней, после суток, наполненных отчаяньем и страхом — она была рядом. Его Ярина. Лишь в шаге.

Алекс протянул руку, накрывая ладонью щеку Яри, и нахмурился от того, что ее кожа была прохладной на ощупь. Ни у Грегори, ни у Катти он не замечал подобного.

— Яря…, - почти с благоговением выдохнув ее имя, он гладил пальцами щеку любимой. — Яречка… — Алекс чуть надавил, притягивая любимую ближе, видя, что она все еще не осознает, не верит, что в самом деле видит его.

Это движение словно вывело ее из ступора.

— Саша?! — Ярина обхватила своими ладонями его лицо, и на ее губах появилась робкая улыбка. — Ты жив, правда жив… — она прерывисто вздохнула…, и резко отпрянула от него, почти отталкивая. — О, Господи! Уходи!

Алекс наблюдал, как радость, лишь на мгновение появившаяся в карих глазах любимой, сменилось ужасом и еще чем-то…

Тем, что заставило ее жадно втягивать воздух. Жажда. В ее глазах был голод.

Она попятилась от него, закрывая ладонями лицо.

Александр был бы придурком, не пойми, что с ней происходит. Не после того, что видел недавно.

Но она-то думала, что он не осознает…, что ему не известно. Он должен был ей сказать, успокоить. Меньше всего, Алекс хотел очередного непонимания между ними.

Сделав осторожный шаг вперед, к ней, он медленно протянул руку, желая остановить Ярю. Но девушка, увидев это, резко отклонилась в сторону.

Слишком быстро. Она передвигалась так, что почти теряла контур и очертания.

Иисусе! Это становилось сложнее, чем он мог подумать, когда стремглав кинулся успокаивать ее.

— Яря, подожди, я знаю… — он сделал еще один шаг вперед, не желая, чтобы она от него отдалялась. Но девушка лишь помотала головой, не отнимая ладоней, и отвернулась.

— Стой, Саша, не приближайся, — голос Ярины звучал приглушенно, из-за того, что она так и не отняла ладоней от губ и носа. — Я не такая уже…, не человек…, я…, - сдавленно всхлипнув, она внезапно сорвалась с места, и побежала прочь, в глубину парка.

Он лишь секунду стоял неподвижно. А потом, послав к дьяволу слабость и головокружение после лихорадки, рванул за ней, громко окликая Ярину по имени.

Однако, видя, с какой скоростью та убегает, Александр начал подозревать, что может и не успеть настигнуть любимую. Чтоб его!

— Ярина, стой, — он не собирался останавливаться. — Я знаю, Яря, знаю, слышишь!?

Но девушка не оборачивалась, уже исчезая за деревьями.

— Да стой же, черт возьми! — он бежал между стволами, не видя ее, не слыша ни малейшего шороха, но все равно, продолжал кричать, приходя в ужас от одной мысли, что она не вернется, и он не сможет ее больше найти.

— Ярина! — Алекс замер, выбега к искусственному гроту, и осмотрелся, понимая, что не имеет ни малейшего представления о том, в какую сторону она побежала. А ведь его любимая могла и просто исчезнуть, как это делал Грег…

Тяжело дыша, он громко выругался, ударяя кулаком по камню.

— Ярина! — почти безнадежно прокричал Александр в тишину ночного парка, но ответа не было. — Не убегай, пожалуйста! — он чувствовал себя последним придурком из-за того, что позволил Яре уйти, и ничего не объяснил. Алекс прислонился лбом к граниту. — Я знаю, Яря, правда, знаю, — уже тихо повторил он, поняв, что девушки нет рядом. — Но мне — все равно.

Как теперь искать ее? Где?! Алекс снова ударил камень, пытаясь согнать злость на себя, и сосредоточиться на выходе. Но не мог увидеть ни единого варианта. Если Ярина — вампир…, - он заставил себя это произнести — как ее отыскать теперь? Тут никакая полиция не поможет.

— Откуда ты можешь знать? — тихий, неуверенный голос, вынудил его резко обернуться.

У противоположного края грота стояла Яря. Она едва касалась рукой камня, и выглядела так, словно одного его неправильного движения или слова будет достаточно, чтобы девушка убежала не оглядываясь.

Александр медленно выдохнул, в уме благодаря небо за этот шанс, и постарался сохранить спокойное выражение лица.

— Яря, я знаю, что случилось, — так же тихо, как и она, проговорил Алекс. — Догадываюсь, — исправился он, видя недоумение в ее глазах.

Она все еще стояла у своего края камня и слушала. Он посчитал это хорошим признаком.

— Это не важно, слышишь? — Алекс осторожно шагнул вперед.

Ярина не отступила, что-то пристально выискивая в его глазах. Алекс не отводил взгляда. Он знал, что там она не увидит ничего, кроме любви к ней, которую он, наконец осознал, и желания быть к ней ближе. И она это, действительно увидела.

От внимания следователя не ускользнуло, как недоверчиво округлились глаза Ярины, и как она закусила губу.