Ольга Горовая - Голод сердца

Александру было на тот момент настолько паршиво, что он не понимал почти ничего из произносимого этими двумя…

А потом, он очнулся в квартире Каталины… Едва отмыв кровь с головы, и добравшись к себе домой, чтобы переодеться, Алекс начал искать Ярину. И уже к полуночи понимал, что ни капли не ошибся, испытывая все это время страх.

Его любимая исчезла. Пропала через два дня, после его собственного исчезновения.

Он наконец-то познакомился с родителями Ярины. И проклинал себя за то, что все вышло именно так. Едва выйдя от них, не узнав ничего, дающего хоть малейшую надежду, или догадки о местонахождении девушки, Алекс помчался в отделение.

После того, как ему удалось убедить всех, что это не массовая галлюцинация, и туманно ответить на десятки вопросов о Каталине, Алек смог поговорить с ребятами, упросив их заняться исчезновением своей девушки. Его самого, до полного выздоровления, начальство отказывалось допускать к делу. Тем более что здесь были замешаны личные интересы детектива.

Оттого, сообщив все скудные сведения, которые ему были известны, но и не в силах спокойно дожидаться новостей, он просто ездил по городу, в поисках какой-то зацепки. А возможно, в нелепой надежде случайно встретить Ярину…

Повернув в сторону окраины города, Александр мельком всмотрелся в темные деревья парка, мимо которого ехал. Фонари горели через один, а то и с большими промежутками, и пустые улицы местами были погружены в непроглядную темень. Но Александр упорно всматривался в эту темноту. Как и прошлой ночью, до разноцветных всполохов перед глазами, непонятно на что надеясь.

Однако то же чувство, та же уверенность, которая заставила его уйти из замка, с убеждением в опасности, грозящей Ярине, сейчас — заставляло его носиться по городу со знанием, что его любимая жива. И Алекс не сомневался, что ей необходима его помощь.

Иногда за эти дни, он сам себе переставал казаться человеком. Не подходило то, состоящее из напряженного комка нервов, раздражения и непонятной уверенности, постоянно курящее существо — под определение человека.

Что-то мелькнула в темноте парка, между деревьями, отрывая Александра от невеселых размышлений. Что-то привлекло его внимание.

На детской площадке, за первой полосой высокого кустарника, кто-то двигался.

Там что-то происходило. Это было видно через переплетение голых ветвей.

Кому могло прийти в голову гулять в парке в два часа ночи, при том, что в столице орудовал маньяк?

Определенно, не тому, кто обладал здравым смыслом.

Это не касалось его. Лишь отвлекало… Но что-то заставило Алека затормозить, останавливая машину.

Обернувшись, он внимательно всмотрелся в темноту, с удивлением слыша в наступившей тишине скрип несмазанных металлических петель детской качели…

Кто мог кататься в такое время в пустом парке? Это вызывало недоумение.

Неясное сомнение, все это время, не отпускавшее детектива, усилилось. Он был параноиком. Ха! Ну и черт с этим!

Алекс обреченно выругался, понимая, что вероятно, делает огромную глупость, и заглушив двигатель, выбрался из машины, доставая из кобуры пистолет. Он не знал зачем, но считал необходимым удостовериться, что там не было проблем. В конце концов, Алекс был полицейским.

Стараясь производить как можно меньше шума, он обошел машину и тихо пошел вдоль живого ограждения парка, всматриваясь в неясные тени.

Среди качелей он рассмотрел две фигуры. И они были не взрослыми, определенно. Слишком…мелкие, что ли.

Одна из двух фигур, очертаниями явно девушка, одетая только в темное платье, сидела к нему спиной, качаясь на скрипевшей качели, а второй человек, парень, странно медленно приближался к ней.

Неужели подростки решили пощекотать себе нервы, гуляя в парке среди ночи? Идиоты! Он опустил пистолет, и направился в сторону площадки, чтобы образумить детей. Но в этот момент, девчонка встала с раскачивающейся качели, делая шаг навстречу приближающемуся подростку…

Александр замер, все еще скрытый кустами, невольно зажмуриваясь и встряхивая головой, словно в попытке прогнать наваждение, а потом, буквально, впился взглядом, отслеживая каждое движение девушки.

Это была Ярина, он мог свою жизнь поставить на это…

Каждое движение, наклон головы…

Это была его Яря. Но как? И что она здесь делала?!

Не веря себе, ощущая неистовое сердцебиение, он засунул пистолет за пояс, и на ватных ногах начал приближаться к месту, на котором происходило нечто странное… Что-то, вызывающее ассоциации в его памяти.

Парень замер, как-то безвольно понурив голову, не шевелясь, и теперь Ярина приближалась к нему. Но и ее движения были странными, неуверенными. Словно каждый шаг она делала через силу, желая отступить назад. Александр и сам не заметил, как остановился, наблюдая за этой непонятной, беззвучной сценой.

Наконец, Ярина (а в том, что это была она, у него уже не осталось никаких сомнений), подошла к подростку почти вплотную. Парень медленно и вяло поднял руку в ее направлении…

Холод прошел по позвоночнику Алека от наблюдения за этим, и он непроизвольно мотнул головой, отрицая, прогоняя подступающее осознание.

Просто он только что вспоминал о Лине, и от того, видит в этом жесте не то, что должен был бы…

Ярина обхватила ладошками руку парня, и немного наклонившись, застыла…

Будто заставляя себя, она еще немного наклонилась, и опять остановилась.

Между запястьем покорно стоящего парня и ее губами — была лишь пара сантиметров. Но Яря все медлила…

Александр выругался в уме, почти понимая…, и все равно, отказывался верить. Этого не могло быть! Не могло случиться на самом деле! Не с его Яриной!!

Но тут в его мозгу зазвучал ее тихий, прерывистый шепот "я в аду, наверное…".

И Алека, будто ударило током: если такое могло случится с Линой, кто мог застраховать Ярину от подобного?! Тем более, она была одна, и бродила по Бухаресту, судя по тому, что рассказывала ее мать…

Черт! Черт! Черт! Это не могло быть правдой, но похоже — было…

В этом городе слишком много вампиров, черт бы их всех побрал!

Только не Ярину…

Пока он пытался осознать то, что так медленно но настойчиво пробивалось в сознание следователя, ситуация на площадке изменилась.

Яря, так и не коснувшись запястья подростка, замотала головой и резко оттолкнула парня. Тот отлетел на очень прилично расстояние. Она никогда не была сильной…, не настолько.

— Уходи! Убирайся! — надрывно закричала девушка, падая коленями на обледеневшую, мерзлую землю и обхватила свои плечи руками, не глядя уже, как пришедший в себя ребенок, с ужасом смотрит на нее, словно только осознал, что был очень близок к смерти.