Вечеринка в Чертаново - Александр Ермак

– Надо что-то придумать! – Ада обвела взглядом пустое помещение туалета, вздохнула, увидев замурованное окно.

Рая тоже вздохнула:

– Что тут придумаешь?

Ада посмотрела на себя, на подругу:

– У нас есть зубы, ногти… – глянула на Витю, – кулаки. Наверное…

Рая, тоже оглядевшись, кисло кивнула:

– Еще ведро, унитазный ершик и швабра.

– Замечательное оружие против челюстей анаконды и острого мачете этого извращенца. Но и этого, подруга, немало. Змеюка дернется – суй ей швабру в зубы, а когда повар прорубится, я опять попробую ершиком ему глаза прочистить. Может, мимо него тогда и проскользнем.

– Если только он тебя сразу на кусочки не покромсает, – продолжал всхлипывать Витя.

Змея зашевелилась, потом замерла, напряглась. Заметив это, Ада дала Вите ведро:

– Ты у нас один не вооружен. Поверни ведро дном к гадюке, если та прыгнет, подставляй!

– Я? Но как я? – заскулил было Витя, но Ада стукнула его ершиком по голове:

– Ты! Жить хочешь?

– Хочу!

– Тогда обороняйся!

Снова замахнулась ершиком, и Витя без слов выставил ведро в сторону змеи, как щит. Над ним, как копье, торчала швабра, которую держала Рая. Но змею, похоже, эти оборонительные действия мало смущали. Она шевелилась, шевелилась, сжималась, как пружина, явно готовясь к нападению.

С другой стороны враг тоже не давал никаких поводов для расслабления. Дыра в двери росла на глазах. Один яростный удар продолжал следовать за другим.

Анаконда вдруг замерла, как окаменела, а потом резко выбросилась вперед. Рая прозевала, не успела ткнуть в нее шваброй. Зато Витя мгновенно среагировал и выставил перед собой ведро дном вперед. Анаконда со всей мощью врезалась в него башкой. «Бам!» – гулкий звук наполнил туалет. Змея, отскочив, снова собралась в кучу и замерла. Видимо, приходила в себя от неожиданного столкновения с твердым предметом.

– Молодец, толстячок! – удивленно похвалила Ада. – А ты, подруга, ни на что не годишься! Чему вас там в институтах учат?! Ты, наверное, и физкультуру прогуливала?

– Я даже сообразить ничего не успела, – также была поражена, оправдывалась Рая, посмотрела на Витю, – а он…

– Он – молоток, а ты… Ух, как же я тебя потом, когда мы выберемся отсюда…

У Раи от этих слов чуть не вывалилась швабра из рук.

– Я да! Я это… – похоже, сам от себя не ожидал такой прыти толстячок.

Вдохновленный, он еще крепче сжал в руках ведро:

– Пусть только еще попробует! Пусть только сунется!

Змею, однако, ни его слова, ни первая неудача нисколько не смутили. Она снова принялась сжиматься в пружину. При этом немного придвинулась к своим жертвам, сокращая расстояние до них. Заметив это движение, девушки и толстячок чуть отодвинулись от нее, приблизившись, однако, к двери, в которой все росла и росла в размерах прорубаемая дыра.

«Бам!» – анаконда сделала новый бросок и снова попала в дно выставленного Витей ведра. После второй неудачи змея опять взяла небольшую передышку, после которой вновь принялась сжиматься, и чуть приблизилась. Девушки и парень на это же расстояние отступили к двери.

«Бам!» – еще раз прыгнула и приблизилась анаконда. Бросок следовал за броском, и вскоре отступать было некуда. Прорубавшее дверь мачете было уже от них на расстоянии вытянутой руки.

«Бам! Бам! Бам!»

Витя едва удерживал ведро в руке:

– Она скоро вышибет дно! Такая силища!

Ада констатировала:

– Гадина, похоже, под кайфом. Наелась, напилась, нанюхалась у себя в канализации того, что твои клиенты через себя пропускали. Теперь ей все пофиг!

Рая бестолково размахивала шваброй, не успевая реагировать на змеиные броски. Ада смотрела в другую сторону, подняв над головой то ли как знамя, то ли как меч карающий, унитазный ершик:

– Пусть только сунется, гад!

Но, похоже, даже сама она не очень верила в то, что им удастся противостоять взрослому сильному мужчине с острым мачете в руках.

«Бам!» – снова был отбит бросок анаконды.

Змеюка опять приблизилась, готовя очередную попытку. А девушкам и толстячку отступать было уже некуда: еще пара сантиметров, и сквозь прорубленную дыру мачете сможет достать до их рук, плеч, голов.

Повар, однако, не стал тянуться к ним своим оружием. Просунув часть мачете в уже ставшую огромной дыру, другой рукой принялся шарить по двери, тянуться к засову – сейчас откроет и ворвется.

– Разверни ведро! – в голове Раи родилась мысль.

Витя не понял ее замысла, но развернул. Змея бросилась в очередной раз.

«Бам!» – попала головой внутрь ведра и вырвала его из рук Вити, зацепившись за дужку. Вернулась на исходную позицию, утащив на башке их оружие.

– Что ты наделала! – воскликнула Ада. – Я тебе и это припомню, моя девочка!

А Рая неожиданно для себя, едва ли не впервые в жизни, скомандовала:

– В сторону! За мной!

Они откатились по полу к противоположной стене туалета и быстро отползли к унитазу, пропав из прямой зоны видимости анаконды. Та через несколько секунд сбросила с себя ведро и, не глядя по сторонам, в ярости бросилась вперед: вцепилась в шевелящуюся перед ней, в тянущуюся к засову руку.

Раздался вопль повара. Он резко втянул руку в коридор. Вместе с головой анаконды, которая не собиралась выпускать из зубов свою новую жертву.

Ада, Рая и Витя, сидящие возле унитаза, затаив дыхание наблюдали, как в дыру уходит толстое длинное округлое тело анаконды. Тянется, тянется. Казалось, ей не будет конца.

– Наверное, мы все втроем в ней поместились бы, – предположила Рая.

Ада заметила:

– Ну, теперь в ней на одно место будет меньше.

– Я, наверное, слишком толстый для нее, – пытался успокоить себя Витя, поглаживая раненый пах.

Но Ада отняла у него эту надежду:

– Она б тебя по кусочкам заглотила…

Вот наконец мелькнул хвост. Они остались в туалете одни. Напряженно вслушивались в то, что происходит за дверью.

Сначала из-за нее донеслось несколько криков, звуков ударов, какой-то возни. Потом все стихло.

Ада посмотрела на Раю с неожиданным уважением:

– А ты, подруга, иногда соображаешь, хотя это ничего и не меняет.

Вставая с пола, кивнула в сторону двери:

– На выход?

Витя, продолжая поглаживать пах, сомневался:

– Может, подождем?

Рая же согласно поднялась на ноги, произнесла вычитанное в какой-то книге:

– Промедление смерти подобно!

Витя, ухватившись одной рукой за, видимо, продолжавший болеть пах, тоже встал. Рая сжимала в руках швабру, Ада – ершик, Витя выпустил-таки из руки свое драгоценное сокровище и подобрал с пола погнутое ведро.

Они осторожно подошли к двери. Прислушались. Ада посмотрела на товарищей по несчастью:

– Вроде тихо. Вперед!

Витя выставил перед собой ведро, Рая над ним – швабру. Ада потянула засов и замахнулась ершиком. Дверь медленно распахнулась. За ней