Георгий Старков - Тихий холм

Хизер остановилась. Ей в голову пришла одна саднящая мысль: до каких пор она будет убегать? Ну хорошо, допустим, на этот раз ей удастся разминуться с ним, добежать до мотеля и вломиться в номер. Но ведь рано или поздно придётся выйти. Выйти и снова услышать его приближение. Чудовище твёрдо решило не оставлять её... так не проще ли решить этот вопрос здесь и сейчас, пока у неё есть надёжное оружие? А то в другой раз она может оказаться с голыми руками. И тогда будет хуже.

Она отошла к синему палисаднику у обочины и развернулась. Скрежет на секунду замедлил приближение, словно почуяв решимость девушки. Потом рьяно бросился вперёд, произрастая в стороны и прибавляя в громкости. Как пар, вырывающийся из жерла вулкана. Уже рядом... Хизер завертела головой, уже жалея о своём опрометчивом героизме. Что она о нём знает? Вдруг это не просто монстр, а... что-то невероятное? Как тогда, в подземном коридоре, когда за ней гналось исчадие ада в полном смысле слова. Что она сделает тогда? Выронит ружьё и станет молить о пощаде?

В полутьме будто бы стал виден силуэт. Но слишком эфемерный, чтобы Хизер дёрнула курок. Скрежет заполонил улицу, сея панику и нерешительность. Несколько раз Хизер удержалась от желания пальнуть по густому туману перед собой. И когда нервы были на пределе, она наконец увидела. На этот раз не черно-белую галлюцинацию, а до отвращения реальное существо.

Вот оно кто. Это был всего лишь паук, или, по крайней мере, что-то очень похожее на паука. Ростом с телёнка, он двигался действительно быстро, перебирая лапами, напоминающими боевые пики, по асфальту. В середине сплетения лап виделся толстый чёрный комок плоти – тельце, состоящее из двух прикреплённых друг к другу половин. Верхняя половина тела паука безостановочно вращалась относительно нижней, издавая так запавший в её душу железный скрежет. Глаз существа Хизер не различила.

И что, ЭТО всё?..

Наверное, слово «разочарование» звучало в этой ситуации глупо, но Хизер почувствовала именно разочарование. И ещё презрение к себе. Паук-переросток. И от него она убегала, задыхаясь до асфиксии. Его она панически боялась, как неименуемого древнего божества. Этого насекомого. Если уж на то пошло, то собачка, сопровождавшая его у госпиталя, выглядела на порядок более зловеще.

Пора было исправить досадную ошибку.

Хизер почти не почувствовала отдачи. А ведь, подумала она, видя, как дрогнул ствол, в первый раз в подземке чуть ли не окочурилась от боли. Быстро же притерпелась.

Промахнуться картечью с такого расстояния, пусть и в сумраке, было мудрено. Скрежет оборвался; лапы заскользили по земле, царапнули по асфальту и разошлись в стороны, не удержав разворошенное мохнатое тело. Мокрый от крови сгусток шлёпнулся у ног Хизер.

- Сам напросился, - сказала она, поддев его носком сапожка и убедившись, что паук мёртв. – Незачем было меня преследовать.

Дробовик снова стал ненужной ношей. Хизер бросила его у мёртвого тела, мысленно попрощавшись с подарком. Теперь путь был очищен. Она почувствовала себя в безопасности и продолжила идти к мотелю.

Машины Дугласа у здания не было, но в номере, где они остановились, горел свет. Почти совсем стемнело, и единственное освещённое окно здания притягивало взгляд издалека. Шторы были задёрнуты, за газовой тканью угадывался силуэт человека, стоящего в середине комнаты.

Кто там может быть?

Может, незадачливый детектив снова врезался в столб (что-то он такое говорил, кажется) и вернулся на место встречи на своих двоих? Или, может...

В любом случае, это было странно. Зря Хизер выбросила ружьё. Сгодилось бы хотя бы для запугивания.

Она немного потопталась у входа, прикидывая дальнейшие варианты действий, но потом таки набралась смелости и нарочито уверенно распахнула дверь.

Человек в коричневом камзоле стоял спиной к ней и разглядывал мутную картину, висящую над кроватью. Услышав скрип открываемой двери, он быстро оглянулся. Хизер могла бы поклясться, что в первое мгновение на его лице читалось раздражение, чуть ли не бешенство человека, которого оторвали от любимого занятия. Но не успела она как следует разглядеть физиономию, как она неузнаваемо преобразилась – теперь Винсент смотрел на неё со смущённой полуулыбкой, нервно сплетая пальцы. Как мальчик, пойманный за непристойным занятием.

Хизер быстро вошла в номер и закрыла за собой дверь.

- Где Дуглас? – отрывисто спросила она, оглядывая комнату. Вроде бы всё так же, как и тогда, когда она уходила, и Винсент ничего не трогал... но у неё появилось странное ощущение, будто что-то в каморке изменилось. Будто, кроме Винсента, здесь присутствовал кто-то, прячущийся, скажем, в гардеробе или под кроватью. Ну или он только что был, и его дух не успел выветриться...

- Он ушёл, - сказал Винсент. – Я встречался с ним, он просил передать тебе, что...

Хизер перебила его:

- Кто-то был здесь только что?

- Да ну что ты, - Винсент широким жестом указал на пустующий номер: мол, посмотри сама, дурочка. – Никого нет, только я. И Дуглас ещё был, конечно. Так ты хочешь услышать, что он просил тебе передать?

Хизер не поверила ему, но прямых признаков, позволяющих уличить Винсента во лжи, не было. Поэтому она сказала:

- Да, конечно. Что он сказал?

Винсент поднял указательный палец, как оратор, намеревающийся сказать что-то важное, кульминационное:

- Церковь на другой стороне озера.

- Церковь? – переспросила Хизер, перекатывая слово во рту, как леденец. Леденец оказался солёным и невкусным. Вернулись мысли об алтаре, вокруг которого благоговейно склонились люди без лица.

- Интересно, что он имел в виду?

- А, так ты не знаешь? – оживился Винсент. Вентилятор под потолком лениво вращался, обдувая его приглаженные волосы. – Там сейчас должна находиться Клаудия. Ты ведь искала её, не так ли?

Ты отлично знаешь, что да, сварливо подумала Хизер. И молча кивнула. Винсент закрыл глаза, словно рисуя в воображении маршрут:

- Церковь там, на северной стороне озера. Если пойдёшь, то лучше всего через парк развлечений. Возможно, сейчас это вообще единственный вариант.

Сказал он это небрежным тоном, но Хизер почувствовала в его словах железное указание: Не пытайся увиливать, Хизер. Иди ровно так, как скажу я. Ради твоего же блага. Она не имела понятия, с какой это стати на северную часть города можно попасть только через парк развлечений. Но Винсент так говорил. Что ж, ему видней.

- Отправляйся на северо-запад по Натан-авеню, - рука Винсента очертила в воздухе изогнутую кривую. – Достаточно далеко, но, думаю, немного ближе, нежели до неба.