Последний вампир Москвы - Стасс Бабицкий

что тут скажешь?! Молча прошли к бронированному лифту и спустились в подземный бункер. Вдвоем. В гробовой тишине подошли к пульту управления. Генерал нетерпеливо рванул цепочку на шее, на которой висел ключ. Серебряные звенья раскатились по металлическому полу с приятным перезвоном. Управитель усмехнулся. Аккуратно щелкнул потайной пружинкой и достал свой ключ из позолоченного браслета на левой руке.

Замки синхронно скрипнули. На экране возникла карта Большого Брата. Загорелись сто тысяч огоньков, отмечающие закладку Си-12.

– А может быть лучше начать переговоры в дипломатической плоскости? – шепот главы государства прозвучал на удивление робко. Все-таки тишина, полумрак бункера и ближайшие перспективы изрядно угнетали. – Ультиматум выдвинем, мол, заминировали полстраны. Не?

– Они не ведут переговоры с террористами, – лысина закачалась из стороны в сторону. – Узнают про взрывчатку, выведут армию из казарм и двинут на нас всеми силами.

Управитель протянул руку к красной кнопке. Отдернул. Опять потянулся. Пальцы дрожали, как у похмельного.

– Не могу! Все понимаю: аксиома, угроза, враг… Лучше мы их, чем они нас, – глядя в пол забубнил лидер нации. – Но вот представлю… Убить столько людей одним движением. Детей. Котиков! Не могу!!!

Беда любого государства не в том, что политики продают стыд и совесть. Куда хуже, что продают не все. Оставляют кусочек про запас, на черный день и начинают им размахивать в самый неподходящий момент.

Генерал оттер слюнтяя плечом и вдавил кнопку до упора. Без злорадства и предвкушения. Он ведь не из тех безумных милитаристов, одержимых идеей массового убийства. Зато свято верил в аксиому Фертфеффеля и хотел спасти свою исстрадавшуюся Родину от вероломного нападения соседей. Скажи такое на пресс-конференции или, не дай Бог, на допросе – ему бы поверили. А внутри собственной головы мысль прозвучала до того фальшиво, аж зубы заныли.

Но отступать некуда. За нами Тарантина!

Кстати, отличный тост. Самое время достать из кармана плоскую фляжку с коньяком. Большой глоток. Уф, отпустило. Он толкнул в бок всхлипывающего Управителя: будешь? Конечно, этот разве откажется. Все, все, ишь, присосался. Ладно, дело сделано. Скоро огоньки начнут исчезать. Четверть часа отделяет их от великой победы на невидимом фронте. Подождем.

Пятнадцать минут.

Двадцать.

Двадцать три…

– Экран сломался? – предположил политик. Он все еще шмыгал носом, но душу грели алкоголь и понимание того, что ответственность за горы тел взял на себя старый вояка.

Тридцать минут.

– Скорее уж кнопка не до конца нажалась, – генерал втопил красный кружочек глубоко в панель, подержал секунд двадцать – для надежности. Потом нажал еще раз, и еще…

Огоньки не спешили гаснуть. Даже не мигали.

Лидеры Тарантины потихоньку впадали в панику. Что-то не сработало. Допустим, перевербовали диверсантов. Полтысячи человек? Нереально. Хоть кто-то бы из агентов сообщил в центр. Предположим, где-то в штабном здании обнаружили смертоносные сюрпризы. Но тогда почему не отключили детонаторы? Вот же, светятся на экране маячки.

Прошел час.

Генерал в бессильной ярости колотил кулаком по кнопке. В его ушах грохотали взрывы. Но огоньки упорно отказывались гаснуть.

– Послушай, я не знаю, что за ерунда происходит, – голос Управителя прорвался-таки через канонаду. – Но сейчас нужно успокоиться.

Вишь-ты. Слизняк и пьянь, но дело говорит. Утро вечера мудренее.

Телефон звонил требовательно и настойчиво. Сомнений не оставалось: управительственная линия. Прямо под ухом надрывается. Значит, заснул в кабинете, за столом, не раздеваясь. Он продрал глаза, покрутил затекшей шеей. Пошарил среди вороха совершенно секретных бумаг в поисках фляжки – о, совсем пустая. Грустно…

Но может, хоть новости хорошие?!

– Слу… кх-м… Слушаю!

– Ты будешь смеяться, – чиновник номер один начал бодро, но чувствовалась фальшь в интонациях. – Я тут выяснил. У этой… Как там ее? Си-12. Да-да. У нее истек срок годности. Кончился, представляешь. Оказывается, всего десять лет – бух! А потом – пшшшшик…

Смеяться не хотелось. Стратег чувствовал себя полным идиотом. Он ведь изучал все тактико-технические характеристики, а данный аспект совершенно вылетел из головы.

– Все равно не понимаю. Ладно, самые первые закладки не взорвались. Но остальные. Там же свежая взрывчатка! Должна бабахнуть на совесть.

– Эээээмммм, – по вздоху все было, в принципе, понятно. Но верить в страшное не хотелось.

А зря.

Завод по производству Си-12 обанкротили одиннадцать лет назад. Аккурат, когда нынешний Управитель развил бурную деятельность в поддержку секретной операции. Под благовидным предлогом закрыли: кризис в стране. Дорого содержать производство. Материал для диверсий поставляли из старых запасов, благо склады ломились. Кончилась новомодная? Налепили поддельные ярлыки на ящики с Си-10. А у нее срок службы еще короче…

– Кто ж знал? Я в такие дебри не погружался, – вздох получился сокрушенным и невинным.

– И в результате, сорвал диверсию века! Сто тысяч смертоносных закладок. Да лучше б мы туда новогодние петарды замуровывали. Фейерверки! – негодовал генерал.

Собеседник сочувственно сопел в трубку. И тут под лысым куполом родился неожиданный вопрос:

– Погоди-ка, а деньги? Если завод закрылся, то куда же все эти годы уходили бюджетные миллионы?

В ответ на другом конце телефонного провода раздался смех, напомнивший перезвон серебряных колечек. Будто опять цепочка порвалась. На этот раз та, что связывала двух солидных руководителей – вроде бы дружбой. Хотя откуда? На высочайшем уровне люди хранят верность только себе.

– Миллионы – мелочь. Там миллиарды! Но, понимаешь, кому-то трехэтажной дачи достаточно, а у других интересы подороже. Как ты думаешь, я Управителем стал? Покупал ступеньки карьерной лестницы. Не дешевое развлечение…

Ах ты… Помимо аксиомы Фертфеффеля есть не менее важный постулат Гроссе-Раттэ: кто ворует у чужих, то и у своих может украсть. Жаль, министр обороны о нем не слышал.

– П-п-предатель! Двуличная тварь! Должность купил, наиграешься и свалишь на далекие солнечные острова. А страна будет метаться из кризиса на войну и обратно, в кризис?

– Полегче. Я все-таки твой Верховный главнокомандующий!

– А по-моему ты говно! – рявкнул генерал и бросил трубку.

Он долго смотрел в стену. Что дальше? Вариантов не так уж много. Устроить военный переворот и захватить власть. Честь офицерская не позволит. Застрелиться? А вот это как раз позволит, да. Вынул из ящика стола пистолет. Снял с предохранителя и разрядил всю обойму…

В потолок.

Не время для красивых жестов. Да, столько лет потрачено впустую. Но кто-то должен все исправить. В конце концов, он присягу давал на верность не Управителю, а народу Тарантины и в трудную минуту страну не бросит. А впереди их будет много, этих минут, часов, дней… Неприятное предчувствие оно ведь никуда не делось. Звоночек звенит. Да и аксиому Фертфеффеля никто пока не опроверг.

Пожалуй, самое время начинать сверхсекретную операцию «Штукатур-2».

Когда планета в опасности

Инопланетяне захватили наш офис сразу после обеда. Выбрали момент, заразы, когда все сыто икают и слегка подремывают. Первым делом скрутили шефа. Тут он сам виноват: занял кабинетище на вершине небоскреба. От народа отгородился кучей замов и взводом охранников на предпоследнем этаже. Но об угрозе с крыши не подумал. А летающая тарелка как раз туда и причалила.

Закатали начальника в какой-то прозрачный кокон, только лысина наружу торчит. Секретаршу Танечку не тронули, хотя и выставили вокруг нее часовых – прямо почетный караул. Затем спустили несколько штурмовых групп на персональном лифте босса, блокировали вестибюль, подземную парковку. И пошли вязать-колотить.

Клерки сдавались без боя. Планктон, что с них взять. Сопротивлялись только тетки из бухгалтерии. Вопили и царапались до последнего, пока их тащили по коридору и упаковывали этим странным то ли скотчем, то ли пластиком. Ну и, конечно, Корней – богатырь из отдела экономической безопасности. Лично положил два десятка злодеев: отбивался всем, что под руку попадалось – стулом и трехногой вешалкой из угла. В лоб его пришельцы не взяли. Со спины зашли. Укололи длинной тонкой штуковиной, на конце блеснула мутная капля. И все. Вырубился человек-гора, посыпался как сушеные циклопы в аквариум.

Мне так просто повезло: накануне поссорился с начальником отдела и тот сослал перебирать старые дела в архиве. Душная комната без окон притулилась в боковом «аппендиксе» за конференц-залом. Даже наши сотрудники не всегда находят дорогу с первой попытки. Куда уж пришельцам.