Гильермо Дель Торо - Штам. Начало

— Это что?

— Новая игровая приставка для Зака, — ответил Эф. — Он позаимствовал ее у меня на выходные. — Эф посмотрел на сына, прижавшегося к матери: его взор был устремлен в пространство. — Малыш, если только я найду способ освободиться… может, завтра… надеюсь, что завтра… если представится хоть малейшая возможность, я вернусь за тобой, и мы наверстаем упущенное. Ладно? Я все восполню, ты ведь знаешь, правда?

Зак еще раз кивнул, но на отца не посмотрел.

Матт позвал с верхней ступеньки.

— Пойдем, Зак. Давай поглядим, сможем ли мы подключить эту штуковину.

Верный, надежный Матт, человек, на которого всегда можно положиться. Келли прекрасно его выдрессировала. Эф проследил, как Матт и Зак уходят в дом. На пороге Зак оглянулся, чтобы в последний раз посмотреть на отца.

Келли и Эф остались одни. Они стояли лицом друг к другу на траве, покрывавшей участок. Эф видел, как позади Келли, над крышей дома, в воздухе кружили самолеты. Вся транспортная система страны, что бы там ни говорили о различных правительственных учреждениях и правоохранительных ведомствах, ждала именно этого человека, стоявшего перед женщиной, которая заявила, что больше не любит его.

— Дело в том самолете, да?

Эф кивнул.

— Они все мертвы, — сказал он. — Там, на борту. Все до единого.

— Мертвы? — В глазах Келли вспыхнула тревога. — Как? Что произошло?

— Вот это мне и предстоит выяснить.

Эф чувствовал, что ему пора. Провести выходные с Заком не удалось, но этот поезд уже ушел, и теперь его ждали в другом месте. Эф достал из кармана конверт с логотипом в тонкую полоску и протянул Келли.

— Билеты на завтрашнюю игру. Если я не успею подъехать.

Келли взглянула на билеты, и ее брови вскинулись, когда она увидела цену. Она засунула билеты в конверт и посмотрела на Эфа с выражением, которое можно было принять за симпатию.

— Не забудь о нашей встрече с доктором Кемпнер.

Келли говорила о семейном консультанте — той самой женщине, от которой будет зависеть решение, с кем останется Зак.

— Кемпнер, ну конечно, — сказал Эф. — Я там буду.

— И… береги себя, — добавила Келли.

Эф кивнул и направился к внедорожнику.

Международный аэропорт имени Джона Ф. Кеннеди

У аэропорта собралась толпа, людей притягивало неизвестное, странное, потенциально трагическое, одним словом, событие. Радиокомментаторы — Эф слушал приемник по дороге в аэропорт — полагали, что самолет захвачен террористами, и связывали эту акцию с заморскими конфликтами.

Мимо Эфа проехали две электротележки. В одной сидела заплаканная мать, держащая за руки двоих испуганных детей, во второй — пожилой чернокожий мужчина с букетом красных роз на коленях. Эф осознал, что в самолете мог прилететь чей-то Зак. Или чья-то Келли. И он сосредоточился на этом, а не на своих проблемах.

Команда Эфа дожидалась его у закрытой двери под выходом номер шесть. Джим Кент, как обычно, общался с кем-то по телефону, говоря в микрофон, соединенный поводком с наушником. Джим был заместителем Эфа, он занимался улаживанием бюрократических и политических проблем, неизбежно возникающих при борьбе с заболеваниями. Прикрыв микрофон рукой, Кент вместо приветствия доложил:

— Никаких известий о вынужденных посадках в других аэропортах страны.

Эф забрался в электротележку и сел на заднее сиденье возле Норы Мартинес, его второго заместителя, биохимика по образованию. Она уже натянула на руки нейлоновые перчатки, белые, гладкие и скорбные, как лилии. Нора чуть отодвинулась, когда Эф устраивался рядом. Ему было досадно, что между ними существовала напряженность.

Электротележка тронулась с места. Эф вдохнул солоноватый воздух.

— Сколько времени самолет находился на земле, прежде чем погасли все огни? — спросил он.

— Шесть минут, — ответила Нора.

— Никаких радиоконтактов? Пилот вырублен тоже?

Джим повернулся к ним.

— Предположительно, но подтверждений нет. Спецназовцы Управления вошли в салон, увидели, что он полон трупов, и тут же ретировались.

— Надеюсь, они были в масках и перчатках?

— Так точно.

Электромобиль обогнул угол, вдали показался самолет. Большой, ярко озаренный прожекторами, направленными на него с разных сторон, он сиял, как майский день. Туман, наплывающий с океана, создавал вокруг него блистающую ауру.

— Боже, — выдохнул Эф.

— «Три семерки», так они его называют. «Боинг семьсот семьдесят седьмой», самый большой в мире двухмоторник. Самолет новый, недавняя разработка. Вот почему в Управлении психуют. По их мнению, никакой поломки быть не может. Они считают, это больше похоже на саботаж.

Колеса шасси сами по себе были огромными. Эф взглянул на открытый люк — черную дыру над широким левым крылом.

— Они провели анализ газового состава воздуха, — сообщил Джим. — Проверили на все, что только могло быть сотворено руками человека. Теперь не знают, как быть дальше. Разве что начать с нуля.

— Вот мы и есть тот самый нуль, — сказал Эф.

Замерший на летном поле самолет, полный трупов…

С точки зрения специалистов по контролю за опасными материалами, это было все равно, как если бы человек, проснувшись утром, вдруг обнаружил у себя на спине опухоль. А команда Эфа являла собой нечто вроде лаборатории, которая должна была сделать биопсию и доложить Федеральному авиационному управлению, рак это или нет.

Не успела электротележка остановиться, как к Эфу подскочили несколько человек в синих блейзерах — агенты УТБ, — чтобы сообщить сведения, которые он уже получил от Джима. А поскольку агентам самим ничего не было ясно, они принялись наперебой задавать вопросы, перекрикивая друг друга, словно свора репортеров.

— Слишком долго все это тянется, — заявил Эф. — В следующий раз, когда случится что-то необъяснимое, как сейчас, звоните нам во вторую очередь. Сначала в УКОМ,[16] а потом уже нам. Понятно?

— Да, сэр… То есть да, доктор Гудуэдер.

— Люди из УКОМа готовы?

— Ждут указаний.

Эф направился к микроавтобусу ЦКПЗ, уже ожидавшему их здесь.

— Я только скажу, что это не похоже на спонтанное заражение. Шесть минут на земле? Слишком короткий элемент времени.

— Это явно умышленное действие, — предположил кто-то из агентов УТБ.

— Возможно, — согласился Эф. — Во всяком случае, что бы нас ни ожидало на борту, источники распространения локализованы. — Он открыл заднюю дверцу микроавтобуса, пропуская вперед Нору. — Сейчас мы наденем защитные костюмы и посмотрим, что у нас там.