Подвал. Когда звонит Майкл - Ричард Карл Лаймон

прояснилось, и Эми поняла, почему же ее не радует это солнечное воскресное утро. И почему оно кажется ей таким странным, почти угрожающим. А ведь всего несколько часов назад жизнь Эми представляла собой чудесную сказку, где все наперед устроено и горизонты безоблачны. Девушка верила в завтрашний день, зная, что он непременно принесет ей счастье. Еще в детстве добрые и любящие родители вселили в Эми эту уверенность, и девушка была им благодарна. Но ведь и сама она впоследствии здорово потрудилась над собой, научившись избегать соблазнов, которые на каждом шагу подстерегали юную девушку и грозили превратить ее либо в истеричку, либо в пустышку. Да, немало пришлось ей хлебнуть горя на своем жизненном пути. Однако все удары судьбы Эми переносила с завидной стойкостью. Поставив цель, девушка твердо шла к ней. И она прекрасно знала, что ей нужно от жизни. В душе Эми гордилась своей принципиальностью и стойкостью, но вслух старалась не распространяться об этом Конечно, случались и осечки, но они не сломили упрямую девушку. Она знала себе цену. Однако при этом искренне восхищалась другими достойными на ее взгляд людьми. Эми по-детски радовалась каждой мелочи, каждому, пусть даже самому незначительному успеху. А уж их-то в ее жизни было предостаточно.

Тропа судьбы запутанна и сложна, и ей все равно, кто ты таков. Невинные и добрые люди получают от судьбы те же затрещины, что и люди злые.

Эми почувствовала в горле комок и с трудом удержала внезапно подступившие слезы. Она отвернулась от зеркала и, сделав усилие, чтобы не запасть, застыла посреди спальни, залитой солнечным сиянием. Нервная дрожь охватила девушку. Она утратила всякие ориентиры в этом мире — похоже, тот готовил ей очередной сюрприз. Впрочем, так же, как и каждый день. Здесь оставалось лишь два пути: либо Эми будет встречать каждое утро уверенно и с радостью, либо — с ужасом ожидая подвоха. До сегодняшнего дня проблема выбора не стояла. В Крэге Эми черпала уверенность для себя. Его она любила и боготворила. За Крэга она боролась. Она спала с ним.

«Все решилось бы просто, если бы Крэг погиб, — подумала Эми. — Тогда бы я искренне оплакивала его, сердце мое разрывалось бы на части от горя. Ах, как это легко и просто — оплакивать возлюбленного, постепенно забывая о нем. А дальше… Что ж, а дальше жизнь продолжается».

Но ведь Крэг не погиб.

В своем небольшом коттеджике Эми обшарила каждый уголок, где Крэг мог бы устроить тайник. А потом обыскала и двор. Птицы вовсю заливались под теплыми солнечными лучами. Стояло лето, и легкий ветерок, подхватывая желтые листы, мчал их вдаль по пустынной дороге или же выводил рулады, забираясь в горлышки опорожненных молочных бутылок на крыльце. Где-то вдалеке звонили церковные колокола. Напряжение сковало Эми. Девушка смертельно устала.

«Я не боюсь его, — упрямо повторяла она. — Еще вчера я любила его. — Эми пыталась заставить себя поверить в эту любовь, но ей никак не удавалось Девушке вдруг стало как-то по-детски стыдно. — В конце концов я же сама психолог, и уж в чем — в чем, а в подобных вещах должна неплохо разбираться. Я ведь могу помочь ему. Разве нет?»

Однако на самом деле Эми понимала, что ей необходимо сейчас предпринять, и пугало ее только одно — а вдруг уже поздно?

Эми разделась и, мельком оглядев синяки и ссадины, в подавленном настроении побрела в ванную. Горячая вода и пар сняли боль. Запрокинув голову, Эми намылила шею, грудь и, касаясь тела, вдруг с невероятной отчетливостью вспомнила, как они вдвоем частенько забирались в душ и здесь, такие ненасытные после волшебной ночи, полной любви, поцелуев и страстных объятий, скользкие, как два купающихся зверька, снова и снова стремились к близости. Да, Крэг был восхитительным любовником, но только поначалу… поначалу… А потом все это куда-то кануло… Сколько раз за последние месяцы они спали вместе? По пальцам пересчитаешь И почему он так внезапно остыл?

Эми медленно завернула кран и, осторожно прикладывая полотенце к ранам, выбралась из ванны. Голова раскалывалась.

«А что произошло бы, если бы мы все-таки поженились?»— подумала девушка. При одной мысли об этом ее замутило.

Эми неторопливо одевалась, тщательно подбирая одежду: плотно облегающие шерстяные брюки, безумно дорогая с французскими кружевами на манжетах голубая блузка, застегивающаяся до самого подбородка. Из гардероба Эми извлекла ярко-розовый свитер, но затем, передумав, аккуратно сложила его и оставила на кровати. На волосы девушка натянула широкую яркую повязку и, водрузив на нос темные очки, проглотила сразу две таблетки аспирина. Затем завела ручные часы и бросила взгляд в зеркало. Побледневшие губы, белое, словно мелом посыпанное лицо, пустые, безразличные глаза. Высунув язык, она заметила, что и тот прикушен. Видимо, пытаясь заглушить боль, она стискивала зубы и случайно прикусила язык.

«Я поеду туда, я встречусь с ним. Он ослепительно улыбнется, так, как улыбается один только он, и, нежно похлопав меня по плечу, успокоит: «Тебе все это только приснилось, Эми. Обыкновенный сон. Посмотри же на меня, Эми. Со мной все в полном порядке». Интересно, если я сейчас завизжу, как резаная, — это поможет?» — подумала вдруг Эми.

На спортивной площадке в полном разгаре кипел футбольный матч. Мальчишки, которые не испытывали интереса к игре, бесцельно шлялись вдоль школьных стен. Завидев «мустанг», они приветливо помахали Эми рукой. Но девушка, казалось, даже не заметила их.

В воскресные дни машины разрешалось парковать прямо перед административным зданием. Неподалеку, футах в сорока, Эми заметила «шевроле» Крэга. Девушка нервно затушила сигарету. Обогнув здание, Эми по тенистой аллее добралась до входа и решительно вошла внутрь. На первом этаже не было ни души. Слабо мерцал желтоватый свет. Она на цыпочках отправилась в свой кабинет. Выдвинула ящик письменного стола и принялась искать ключ от кабинета Крэга, который тот вручил ей пару месяцев назад. В душе Эми надеялась, что не найдет ключа, но тот лежал на своем обычном месте. К нему была прикреплена бирка с номером.

Кабинет Крэга располагался в самом конце коридора. Эми тихонько постучала в дверь, обитую панелями из древесины грецкого ореха, и, с трудом переводя дыхание, подождала немного. Затем, постучав еще раз, убедилась, что внутри никого нет. Тогда девушка вставила ключ в замочную скважину и, повернув его, робко вошла в кабинет.

Здесь было темно. Прижавшись к двери, Эми дождалась, когда глаза привыкнут к темноте, а потом, крадучись, двинулась по ковру к окну. Слегка раздвинув шторы, она выглянула в щелочку. Как нужны