Август Дерлет - Маска Ктулху

Немного помолчав, Фелан добавил, что жители Инсмута не представляют для нас никакой угрозы.

— А кто представляет угрозу?

— Когда они появятся, вы сами все поймете.

К ночи у нас было все готово. Не посвященный в подробности плана Эндрю Фелана, я знал только, что мы пойдем к старинному дому Маршей на Вашингтон-стрит, где живут две пожилые женщины, и расскажем им историю о престарелом родственнике, который якобы приехал в Инсмут и остановился в гостинице «Джилмен-хаус»; поскольку его здоровье оставляет желать много лучшего, он не может сам навестить Маршей и был бы счастлив, если бы в девять часов вечера к нему приехали мисс Элайза и Этлаи Марш. Письмо, которое от имени родственника написал Фелан, ничем не отличалось от обычных писем, кроме одного — оно было скреплено восковой печатью «Ордена Дагона». В качестве подписи Фелан использовал имя Уилкен, поскольку было известно, что семьи Маршей и Уилкенов состояли в родстве. Фелан не сомневался, что это письмо заставит женщин на некоторое время покинуть дом, нам же за это время нужно будет покончить с властью приспешников Ктулху в Инсмуте, а также разрушить планы по возвращению их повелителя из морских глубин.

Фелан отправил письмо незадолго до ужина, сказав клерку, что если о нем справятся по телефону, он скоро придет. После этого мы вышли на улицу; Фелан прихватил небольшой саквояж, в который уложил те самые вещи, что хранились в карманах его одеяния в день, когда он появился у меня дома.

К радости моего спутника, на небе начали собираться тучи, а это означало, что к девяти часам будет темнее обычного. Если все пойдет по его плану, то женщины отправятся в «Джилмен-хаус» на машине, и Ахав останется в доме один. Фелан спокойно пояснил, что выбора у него нет — если женщины откажутся от поездки в гостиницу, он, как это ни печально, уничтожит их вместе с Ахавом. Добравшись до Вашингтон-стрит, мы без труда нашли место, откуда можно было спокойно наблюдать за улицей, поскольку кругом было полно пышных деревьев и тенистых уголков. Дом, стоявший на противоположной стороне улицы, был погружен в темноту, за исключением слабого огонька, который горел в комнате на втором этаже. Около девяти часов загорелся свет и внизу.

— Они выходят, — прошептал Фелан.

К дому подкатила черная машина со шторками на окнах; с крыльца спустились две дамы в густых вуалях, сели в машину и уехали.

Фелан не медлил ни секунды. Быстро перейдя улицу, он открыл саквояж, в котором лежали маленькие звездочки. Этими звездочками, сказал он, нужно окружить дом, обратив особое внимание на окна и двери, и если мы оставим хотя бы одну лазейку, Ахав сможет удрать. Там, где положены камни, ему не пройти. Я быстро начал помогать Фелану, и вскоре мы с ним вновь сошлись у входной двери. К этому времени стало совсем темно; нужно было торопиться — женщины могли вернуться в любой момент, как в любой момент Ахав Марш мог заподозрить неладное.

— Я сейчас вернусь, — сказал мне Фелан, — что бы ни случилось — ведите себя спокойно и не кричите.

И он исчез за домом. Не успел я отойти в тень пышного куста, как Фелан возник вновь, подошел к парадной двери и что-то там сделал. Когда он отошел в сторону, я увидел, как у двери заплясало пламя — Фелан поджег дом!

Затем он подошел ко мне, мрачно глядя на свет в окошке второго этажа.

— Только огонь может их уничтожить, — сказал он. — Запомните это, Абель. Может быть, вы с ними еще встретитесь.

— Давайте уйдем отсюда.

— Подождите. Нельзя упустить Ахава.

Огонь быстро охватил старую деревянную постройку и перебрался на расположенные поблизости деревья. В любой момент могла подняться тревога, и тогда кто-нибудь вызовет пожарную команду; однако нам повезло — жители старались держаться подальше от тех мест, где жил и работал Ахав Марш, поскольку трепетали перед Маршами, как некогда и их предки трепетали перед членами этого семейства, вступившими в сношения с морскими тварями и перенесшими свое проклятие на целый город, который вот уже много лет не мог избавиться от страшной напасти.

Внезапно окно на втором этаже распахнулось, и Ахав выглянул наружу. Выглянул и сразу исчез, не удосужившись закрыть окно, тем самым вызвав сильный сквозняк. Пламя загудело с новой силой.

— Пора! — скомандовал Эндрю Фелан.

Распахнулась входная дверь, и Ахав одним прыжком выскочил из дома. Но он не ушел далеко — сделав один шаг, он сжался, взмахнул руками и вдруг издал пронзительный, злобный вопль. За его спиной бушевало пламя; наверное, там, где он находился, стоял невыносимый жар, ибо то, что произошло потом, я не забуду никогда.

Одежда, что была на Ахаве, начала тлеть и сваливаться с него кусками; сначала на землю упали рукавицы, затем черная шапочка, затем все остальное, причем так быстро, что он буквально выскочил из одежды! И тогда моему взору предстал не человек, а какая-то неизвестная тварь, похожая и на рыбу, и на лягушку, с перепончатыми лапами вместо рук и ног и скользким чешуйчатым телом, из которого торчали щупальца! То, что раньше казалось человеком по имени Ахав Марш, теперь превратилось в отвратительное существо, какие могут существовать лишь в самых неведомых, глухих уголках Земли; мерзкую тварь с жабрами под сделанными из воска ушами, которые от сильного жара быстро таяли. Тварь с ревом отступала все дальше в огонь, пятясь от магических камней, окружавших дом; такого дикого воя я не слышал никогда, ни разу в жизни!

Теперь мне было понятно, почему Ахав Марш так спокойно плавал к Рифу Дьявола. Понятно, кому он приносил жертвы. Ибо передо мной был вовсе не Ахав Марш, а существо из другого мира. Тот, кого слепо почитали жители Инсмута, оказался одним из Глубинных жителей, поднявшимся из подводного города Й’ха-нтлеи, чтобы возродить зло, которое много лет назад начал творить ужасный Обед Марш во славу Великого Ктулху!

Словно во сне, я почувствовал, как Эндрю Фелан тронул меня за рукав; повернувшись, я послушно последовал за ним по темной улице, когда мимо нас промчалась машина, в которой возвращались домой сестры Марш. Мы пропустили машину, отскочив в тень деревьев. Возвращаться в гостиницу не было нужды — Фелан оставил плату на столе, а свои личные вещи мы взяли с собой. Мы добрались до железной дороги и зашагали по шпалам прочь от забытого богом и людьми Инсмута.

Отойдя примерно на милю, мы остановились и посмотрели назад — над городом висело багровое зарево пожара; старинные деревянные дома вспыхивали один за другим. Внезапно Фелан показал рукой на море — там, на горизонте, мигали странные зеленые огоньки. Быстро взглянув в сторону Инсмута, я увидел, что на крыше «Джилмен-хаус», словно отвечая им, вспыхивают такие же.