Сара Элфгрен - Круг

Ознакомительный фрагмент

Ванесса раскладывает полотенце на траве перед домом Юнте. На полотенце застиранные узоры из коричневых и желтых цветов, и оно кажется не вполне чистым. Ну и ладно. Ей хочется лечь и забыть обо всем. Но не пачкать же одежду травой.

Она бросает взгляд на красный двухэтажный дом, который тоже выглядит застиранным. Краска поблекла и облупилась. Когда внутри дома кто-то ходит, оконные стекла дребезжат. Сквозь окно в гостиной виднеется огромный телевизор, на экране мечутся взрывы, и на их фоне – четкие силуэты Вилле, Юнте и Лаки.

Ванесса ложится, задирает майку до лифчика и подставляет живот солнцу.

Вилле был в плохом настроении, когда встретил ее у школы.

– Я тебе не такси, – сказал он.

– Ну и пожалуйста, – фыркнула она, распахнув на полном ходу дверь.

Вилле резко затормозил, так что задняя машина чуть не врезалась в них. Ванесса посмотрела на Вилле и поняла, что сейчас с ним шутки плохи.

– Закрой дверь, – тихо сказал он.

Ванесса закрыла.

– Старпер!

Это задело его. Вилле двадцать один, и Ванесса знает, что он стесняется их разницы в возрасте.

Когда они стали встречаться, ей только-только исполнилось пятнадцать. К тому моменту она уже была наслышана о Вилле. Ванесса сразу почувствовала в нем родственную душу. Он тоже хотел взять от жизни максимум. Сильные чувства. Серьезные испытания. Ванесса думала, что их ждут сплошные приключения.

И вот она лежит на травке, а он играет в приставку со своими чокнутыми приятелями.

Но он по-прежнему самый красивый парень из всех, кого она знает. И целуется так, как ей нравится.

Ванесса раздраженно отмахнулась от надоедливой мухи. Солнце припекает, но первые осенние холода уже напоминают о себе. На горизонте начали собираться большие облака.

– Ванесса? – слышит она голос Вилле.

Ванесса поднимает руку и машет.

– Несса? – опять слышит она Вилле.

– Да! – кричит она в ответ. – Чего тебе?

Ответа нет. Она приподнимается на полотенце. Вилле стоит у открытого окна, уставившись на нее.

Нет. Он смотрит сквозь меня, думает Ванесса. Опять.

– Вилле! – кричит она, поддавшись внезапной панике.

Ноль реакции. Вилле вытягивает шею, осматривая окрестности.

– Да где же ты?

– Я тут! – орет Ванесса, размахивая руками.

Но он не видит ее и не слышит. Она подхватывает полотенце и машет им в воздухе, но он не обращает на нее внимания, и она раздраженно отбрасывает полотенце в сторону.

Вилле пошатнулся и чуть не упал. В буквальном смысле слова.

При этом он не сводил глаз с полотенца, брошенного на траву.

– Эй, смотри!

– Чего там? – сонно спрашивает Юнте, подходя к окну.

Лаки пытается протиснуться между ними.

– Полотенце, – говорит Вилле. – Оно вдруг появилось на траве. Клянусь. Его там раньше не было.

Юнте и Лаки таращатся на него, потом на полотенце и снова на Вилле. Потом разражаются хохотом.

– Вилле, блин, у тебя глюки! – покатывается Лаки.

Юнте что-то говорит и с треском закрывает окно.

Ванесса стоит в лучах солнца. Она четко видит перед собой свои руки. Загорелые ноги. Но чего-то не хватает. Что-то не так.

Она чуть не плачет, когда вдруг понимает, в чем дело.

На траве нет ее тени.

Сладковатый запах ударяет ей в нос, когда она проскальзывает в дом. Вилле сидит в кресле и, пялясь в телевизор, курит травку. Солнце светит сзади, превращая его светлые волосы в подобие ореола. Сердце Ванессы делает пируэт, как будто удивляясь, что видит Вилли.

Она хочет подойти и прикоснуться к нему, но не осмеливается. То странное, что происходит с ней, должно остаться тайной, пока она не выяснит, что это.

– Ванесса? – вдруг говорит Юнте.

Она оборачивается. Юнте не видит ее, но его глаза обшаривают комнату необычно живым и пристальным взглядом из-под натянутой на брови темно-синей шапки.

– Здесь кто-то есть, – говорит он. – Я, блин, уверен.

– Паранойя, – выносит диагноз Лаки.

Он полулежит на диване, крепко сжимая в руке джойстик от приставки. Толстый живот выпирает из-под футболки с надписью «Гордость Энгельсфорса». Лаки, которого на самом деле зовут Лукас, учился в одном классе с Ванессой, но бросил школу, не добравшись до гимназии. Вместо учебы он целыми днями работает у Юнте мальчиком на побегушках, приносит пиво, заказывает по телефону пиццу и помогает разводить в подвале травку.

– Вы слышали про пасторского сына? – спрашивает Лаки, тыча пальцем в пульт.

Ванесса видит, как замирает Юнте, правда всего на секунду. Вилле медленно выдыхает дым, который он задерживал в легких.

– Че? – говорит он.

– Элиас Мальмгрен. Сын пастора. Покончил жизнь самоубийством. В школе. Сегодня нашли.

– Ты уверен, что это он? – спрашивает Вилле.

Он пытается говорить небрежно, но в голосе слышно беспокойство, Ванесса уверена в этом.

Ну конечно, думает она. Они были знакомы. Элиас раньше приходил сюда за травой. Но это было давно, в девятом классе.

– Сто процентов, – отвечает Лаки.

– Черт, – говорит Юнте. – Он покупал у меня кое-что позавчера.

– Вы думаете, его не так торкнуло? – поинтересовался Лаки.

– Не так торкнуло?

Юнте и Вилле заржали. Лаки ухмыльнулся смущенно и так заискивающе, что Ванессу передернуло.

– Он и раньше пытался откинуть копыта, – объяснил Юнте. – А тут, наверно, решил, что после косячка дело пойдет легче.

Но совесть Юнте была неспокойна, Ванесса видела это. Интересно почему? Обычно Юнте не проявлял ни к кому сострадания.

– Он из себя все время мученика строил, – говорит Лаки. – Резал себе вены и все такое. Я думал, это только бабы делают.

– Заткнись, – резко оборвал его Юнте.

Вилле и Лаки замерли от неожиданности, глядя на приятеля.

– Здесь кто-то есть, – шепчет Юнте.

Все трое оглядываются. Ванесса задерживает дыхание.

– Может, это дух Элиаса бродит, – говорит Лаки, и тут же Вилле дает ему по шее.

Ванесса чувствует, как поднимаются дыбом волоски на руках. Воздух вокруг нее сгущается и закручивается. По комнате словно пробегает сквозняк. Юнте смотрит прямо на девушку.

– Черт, ты откуда взялась?

Вилле поднимает глаза и нервно смеется.

– Не подкрадывайся так больше, Несса. Иначе нашего Юнте хватит удар.

Лаки тоже смеется, немного натужно. Ванесса изо всех сил старается изобразить независимую улыбку.

Она подходит к Вилле и садится к нему на колени. Ей необходимо почувствовать тепло его рук. Убедиться, что она действительно существует. Вилле зарывается носом в ее волосы. Она прижимается к нему еще плотнее.

За окном начинает накрапывать дождь.

6

В кухонное окно стучит дождь. Мину нравится этот звук, он вызывает у нее чувство защищенности и уюта. Из гостиной доносится голос Билли Холидей[4]. Низко подвешенная над столом лампа отбрасывает теплый свет на встревоженные лица родителей.