Вина и грехи - Мара Вульф

– И это говорит викканка? Он сражается. Разве ты не видишь? Только не мечом.

– Но он не сможет спасти нас всех. Кого-то в этой войне он все равно потеряет.

– Он уже потерял тебя. – Она посмотрела мне в глаза. – Это его чуть не убило. Никогда больше не поступай с ним так. – Она знала, что прошлой ночью мы были вместе. Именно поэтому и ждала меня здесь. Чтобы напомнить мне, что любить – значит отдавать и получать.

Когда я вновь заговорила, голос у меня дрогнул:

– Я смертная. Он в любом случае рано или поздно меня потеряет.

– И это знает, но мы не выбираем, в кого нам влюбляться. А бояться любви – это пустая трата времени, особенно когда ее время и без того ограничено. – С этими словами стригойка повернулась и зашагала прочь, как будто успешно выполнила свою миссию.

Я уперлась руками в бедра:

– Я не боюсь!

– Давай-давай, продолжай себя уговаривать.

Покачав головой, я посмотрела ей вслед. Лучше бы она поделилась со мной своими предчувствиями. В этом было бы больше смысла. Любопытно, не встречались ли среди ее предков виккане. В конце концов, предвидение – это дар Великой Богини викканам.

Раздосадованная, я буквально ворвалась в палатку Илии. В этот момент над ведьмаком, склонившись, стояла Ария, которая тут же отпрянула, словно я застукала ее за чем-то запретным. Я закатила глаза, наблюдая, как на ее щеках разгорается румянец. На ведьме была одна из его рубашек, и хотя я сомневалась, что Илия со своими травмами способен на нечто вроде того, что делал прошлой ночью Николай, у меня уже возникали подозрения, что их дружба не всегда была платонической.

– Я осталась здесь, чтобы присматривать за ним, – пояснила Ария, хотя ее никто об этом не спрашивал.

– Разумеется. – Я опустила полотно на входе. – Тебе лучше?

На коже Илии все еще лежали пропитанные мазью компрессы, но когда Ария немного приподняла их, я увидела, что раны заживали на удивление хорошо.

– Невен снова приходил сюда, прежде чем отправиться в подземелье, – сказал Илия. – Этому парню следовало стать целителем, а не колдуном.

– Может, он стал и тем, и другим. – Я придвинула себе табурет и села рядом с Арией. – У него будут неприятности из-за того, что он вам помог? Это явно противоречит правилу Селесты, по которому каждый должен исцелять себя сам.

– У него возникнет куда меньше проблем, чем у любого другого в лагере, – произнес Илия. – Даже Селеста не может позволить себе шутить с колдунами. Мне только интересно, почему он помогает тебе и даже дал клятву крови.

Наверняка Ария рассказала ему все прошлой ночью. Но, видимо, у кузнеца все еще оставались вопросы.

– Да ничего такого, – ответила я, нахмурившись. – Я попросила его дать клятву перед тем, как я посвящу его в нашу тайну, и даже когда я перестала настаивать, он сам захотел ее дать.

– Он не мог ничего не попросить взамен. Ни один колдун ничего не делает просто так, – утверждал Илия. – Что-то он все-таки должен от этого получить. Ари говорит, ходят слухи, будто Селеста хочет выдать тебя за него замуж. В этом есть свой смысл.

Я нахмурилась:

– Этого не случится.

Ария встала.

– Как скажешь. Мужей королевам всегда выбирали их матери.

– Моя мать мертва, – отрезала я грубее, чем намеревалась.

– Значит, выберет прабабушка. Мне нужно увидеться с Люцианом. Уверена, он уже ждет.

– Скажи ему, что с Лупой и Алексеем все в порядке. Они выживут. Ему не о чем беспокоиться.

– Разве ты не злишься на него? – спросила она в недоумении. – Он мог бы пощадить твою сестру и своего лучшего друга тоже, если бы избил только того кровососа. – Вот она-то явно очень злилась.

– Тогда Алексей точно бы умер, – возразила я.

– Да кого волнует его смерть? Он предал свою семью и присоединился к повстанцам. Он передал тебя Мелинде, и она пытала тебя.

– Ари, – на удивление мягким голосом одернул ее Илия. – Закрой рот. Люциан принял абсолютно правильное решение.

Ария сверкнула глазами, словно желая возразить, но потом сдержалась и выскочила из палатки.

– Если свяжешься с ней, – предостерегла его я, – тебе придется нелегко. Она упрямая, как мул.

Парень рассмеялся:

– А ты лучше всех знаешь, как легко разлюбить.

Я встала и начала собирать ингредиенты для противозачаточного отвара. Запасы трав, которые хранил Илия, оказались просто потрясающими. Затем я повесила на огонь небольшой котелок с водой. Все это время вопрос Илии оставался без ответа. Однако он терпеливо ждал.

– Избыток чувств нас ослабляет, – наконец выговорила я. – Особенно в такой момент.

Я рассказала Николаю об Эстере, и он воспринял эту новость на удивление спокойно. Только тогда мне стало ясно, как я боялась его реакции. Боялась, что он снова возненавидит меня. Боль, которая бушевала в моем сердце в течение нескольких недель, месяцев – а точнее, с момента разлуки с дочерью, – немного притупилась.

– Тут ты права, – согласился Илия. – Но, с другой стороны, они могут показать, за что стоит бороться.

Да, за нашу свободу. Чтобы найти сердца душ Нексора и Селесты, мне придется покинуть Карайман. Я продолжу поиски источников магии. Для этого мне понадобятся помощники. Вряд ли Николаю разрешат сопровождать меня. Но, возможно, Илия сможет. Или даже Люциан и Ария. Я бы обратилась еще к Кайле и взяла с собой Магнуса. Одержать победу в битве я сумею только с союзниками. И они у меня есть.

После своего возвращения Селеста не учла одного: молодое поколение не так легко подчинить своей воле, как их родителей. Усилия Мелинды принесли свои плоды. Ежегодные собрания, которые она устраивала в этом замке, превратили врагов в друзей.

Глава 20

ЗАМОК КАРАЙМАН В АРДЯЛЕ

На следующее утро Илия, вопреки моему совету, встал с постели и теперь сидел возле палатки под лучами весеннего солнца. К нему постоянно кто-то заглядывал, чтобы поинтересоваться его самочувствием. Не будь я так занята сегодняшним вечером и обдумыванием лучшего времени, когда мы с Николаем должны будем отделиться от празднеств и спуститься в катакомбы, было бы почти смешно наблюдать, как Илия становится все более и более угрюмым. Ведьмаки хотя бы делали вид, что их главным образом интересует оружие, а ведьмы просто таскали груды еды и мазей, которые мне поручили где-нибудь разложить. Около полудня кузнец сдался, спрятался обратно в палатку и закрыл полог. Я лежала в постели и