Тим Каррэн - Мертвое море (ЛП)

            Поэтому Джордж сказал:

            - Знаю, Маркс ездил на тебе как на... как там он выразился? Как на паршивой кляче? Как на пятидолларовом муле?

            У Полларда мелькнуло подобие улыбки.

            - Маркс - жесткий парень, я знаю, - сказал ему Джордж. - Гослинг тоже бывает таким иногда. Но я бы не торопился судить их или записывать в засранцы. Они выкладываются здесь по-полной, а это ожесточает. Они не приемлют слабость ни в себе, ни в других. Гослинг сказал, что ты служил раньше в береговой охране. Ты же знаешь, каково это, знаешь, какая там "дедовщина". Здесь то же самое.

            Сейчас Поллард смотрел на него.

            - Конечно, подумай об этом. Маркс - крутой парень. Это сразу видно. Похож на байкера из "Ангелов Ада", или вроде того. Он не тот парень, кого хочется злить. Но знаешь, что? Знаешь, почему он ездит на тебе? - спросил Джордж. - Потому что ему страшно до усрачки. Ему страшно, как и мне, как и тебе. Просто он проявляет это по-другому, вот и все.

            Поллард моргнул.

            - Я знаю.

            Это уже что-то. Джордж достиг цели. Он уже подумывал, что когда вернется - если вообще вернется - то завяжет со строительством и станет психотерапевтом. Джордж Райан, психотерапевт-работяга. Доктор Фил-пролетарий.

            - Конечно, ты знаешь. Маркс бесится из-за тебя, и знаешь, почему?

            - Потому что ему страшно?

            Джордж  покачал головой.

            - Отчасти... но в основном, потому что нас слишком мало. И я, и ты, и Кушинг, и Чесбро. Мы все - ядро их команды. Команды Маркса и Гослинга. Они нуждаются в нас точно так же, как и мы в них. У них есть идеи насчет того, что нам делать здесь, и думаю, это неплохие идеи. Но без нас им не справиться, и они знают это. Мы нужны им. И одной мысли, что их команда разрушается, достаточно, чтобы вывести их из себя. Понимаешь?

            Джорджа несло. Он даже не был уверен, верит ли сам в то, что говорит. Но будь он проклят, если это не звучало убедительно. По крайней мере, этого хватило, чтобы Поллард начал "оттаивать". А это уже было что-то.

            Какое-то время Поллард молчал, а потом сказал:

            - Я продолжаю туда смотреть... продолжаю высматривать Майка.

            - Майка?

            Поллард кивнул.

            - Майка Маковица. Мы звали его "Маки". Воспоминание вызвало у Полларда короткую улыбку. - Маки. Мы с ним спали на одной двухъярусной кровати. Я, Маки и еще один парень делили каюту.

            - Он утонул вместе с кораблем?

            - Нет. Мы оба спаслись... Кажется, у Майка была сломана рука, но в остальном с ним все было в порядке.

            Поллард раскрылся как цветок, впускающий в себя солнечный свет. И раз уж он начал, уже ничто не могло остановить его.

            - Мы... я и Майк... мы были в спасательных жилетах и плыли на каком-то ящике. Не знаю, как долго. Знаю только то, что мы попали в заросли водорослей - таких как здесь - прежде вас. Не знаю, почему.

            - Что... что с ним случилось? - спросил Джордж.

            Поллард покачал головой. Лицо у него было осунувшимся, землистого цвета.

            - Мы слышали всякое... звуки в воде, рев из тумана. Жуткие звуки. Огромные существа двигались в тумане и ревели... как доисторические чудовища. Мы были напуганы до усрачки. Майк думал, что мы прошли сквозь какой-то разрыв во времени, как в кино. Что, возможно, мы застряли на окраине Юрского или Триасового периода... Сперва я думал, что он свихнулся, но потом... господи, те звуки. Я уже думал, что один из этих длинношеих, зубастых монстров... типа того, который стоит в чикагском музее, семьдесят или восемьдесят футов длинной, с плавниками, как у кита... что одна из тех тварей, тех морских змей, выскользнет из тумана и раскусит меня пополам. Господи, не знаю, что я думал. Да я просто был напуган до усрачки и не мог поверить в происходящее. Может, я и до сих пор не верю.

            Джордж облизнул пересохшие губы.

            - Что-то вышло из тумана?

            Но Поллард покачал головой.

            - Нет, не совсем. Что-то вышло из воды. Две твари появились из воды.

            - Что за твари?

            - Они схватили Майка, - ответил Поллард, сжав кулаки. - Появились из гребаной воды и забрали его.

            Потом Поллард понес какую-то ахинею, но Джордж дал ему высказаться. Он стал рассказывать про другого парня, которого звали Барки. Каким он был хорошим парнем, и что вытворял в портах. Что всегда ходил под руку с двумя черными шлюхами, водил парней на подпольные карточные игры и на шоу с танцующими трансвеститами. Так вот, этот Барки стоял на часах, а Поллард пришел сменить его, сразу, как только корабль вошел в туман. Барки был в хорошем настроении, говорил, что слышал в тумане хлопанье крыльев, гигантских крыльев. Шутил насчет этого, хотя и немного нервничал. Все было хорошо, а потом Барки закурил. И тут, бац, какая-то тварь... птица или летучая мышь с огромными чешуйчатыми крыльями и косым, похожим на серп клювом... выскочила из тумана и утащила Барки за борт. Прямо на глазах у Полларда. Просто схватила его. Такого нарочно не придумаешь. Просто налетела на него и с ходу забрала. Поллард видел, как та злобная тварь уносит его в туман и слышал ее жуткий хохот.

            - Хохот? - спросил Джордж, чувствуя, как кожа на спине шевелится.

            Поллард кивнул. Глаза у него были темными, как кремень.

            - Да, хохот... это был хохот. Только безумный и визгливый, как смех гиены. Этот звук... я не могу забыть его... господи...

            Джордж сидел, онемевший и ошеломленный. Не способный вымолвить ни единого утешительного или ободряющего слова.

            Поллард тяжело дышал. Он сжимал кулаки так сильно, что было слышно хруст костяшек.

            - А Майк... потом те твари забрали Майка. Эта птица просто пролетела мимо меня и схватила Барки, потом... потом те другие... они забрали Майка, понимаешь? Выскочили из воды и схватили его. Не меня, а Майка.

            Может, в этом все и дело, - подумал Джордж. Уже дважды его друзей утаскивал твари, а Поллард не получил ни царапины. Чувство вины. Может, это оно прожигало сейчас ему душу. Чувство вины. За то, что погиб не он, а его друзья.

            Обретя, наконец, голос, Джордж сказал:

            - Что схватило Майка?

            Поллард широко раскрыл рот, словно готовясь закричать, потом медленно закрыл, будто его челюстные мышцы частично парализовало.