Дылда Доминга - Erratum (Ошибка)

   - Лили, - искры нежно-фиолетового засверкали в его глазах, - я - капха, - и он гордо поднял голову. А Лили не знала, утешиться ли ей таким его заявлением, или загрустить совсем, ведь капхов, насколько она знала, больше не было, и он с братом были последними из них.

Глава 51

   Зарево горело на горизонте, и его редкие сполохи освещали равнину ровным красным светом. Легкий ветер шевелил песчинки на вершинах холмов, и тихий шелест разносился по пустынной земле глухим эхом.

   - Как тебе удалось позвать меня? - Херувим приглушил свое сияние, и казался теперь почти человеком.

   - Я попросила придти тебя, мысленно, - ответила Лили, глядя куда-то вдаль.

   - Ты передумала? Хочешь начать все заново? - спросил он.

   - Нет, - Лили покачала головой, - я хочу знать, зачем вы поместили его в кокон.

   - Это то, чего он заслуживает, - бросил он, а потом замолчал, не решив, прекратить ли с ней разговаривать, раз она так бесцеремонно вновь отвергла их щедрое предложение или еще раз попытаться убедить несчастную. - Тебе стоит подумать, как следует, прежде чем отказываться.

   - Что бы он ни заслуживал, вы понимаете, что тем самым развязываете войну? - Лили смотрела на него холодно. - Вам все равно, кто здесь погибнет, верно? И кто окажется на черном престоле - тоже?

   - Зло само позаботится о себе, - сияние его усилилось, и глаза уже отказывались различать детали его лица, но Лили не отводила взгляд, и даже более того, позволила себе протянуть руку и коснуться его. Херувим вздрогнул, но пальцы Лили дотронулись до него, и она не сгорела, не обожглась и не испарилась.

   - Как ты это делаешь? - изумленно произнес он. - Ты и правда ошибка.

   - Я не могу уйти с тобой не из ложной гордости, - сказала Лили, - собственной глупости или амбиций. Я, - она вскинула голову и посмотрела прямо ему в глаза, не щурясь и не морщась, - мне не безразличен этот мир, для меня не все демоны одинаково черны, как для вас не одинаково светлы ангелы. Я столько шла - я не могу позволить победить несправедливости. То вмешательство, в котором вы его обвиняете, произошло из-за меня, я - ошибка, - Лили с силой стукнула себя кулаком в грудь, - значит, мне ее и исправлять. - Глаза ее горели, и херувим заворожено смотрел в этот священный огонь. Спустя секунду он отшатнулся и проговорил, переведя дыхание:

   - Я не понимаю тебя, я не знаю, кто ты. - Его трясло. - Я не понимаю, почему Создатель допустил твое существование.

   Лили подняла на него полные боли глаза. Херувим привык смотреть в души, и сейчас то, что он видел там, сводило его с ума. В прошлую их встречу он не успел или не смог рассмотреть в девушке ничего, словно плотный туман застилал долину, не позволяя увидеть более верхушки горы, на которой он стоял. А сейчас - там было все, весь ад: от страданий в бессмысленности верхних слоев, до кошмаров нижних. Он смотрел в нее и понимал, что она пережила, и видел все через призму ее эмоций и души, и безмолвный крик сжал его горло мертвой хваткой. Херувим схватился за горло и начал оседать на сухую землю.

   - Уходи, - глаза ее сменили оттенок, и в них скользнуло сострадание. - Уходи, - повторила она.

   - Что ты такое? - пробормотал он, когда смог вновь дышать.

   - Я - Лили, - ответила девушка.

   - Ты не сможешь его вытащить, - произнес он перед тем, как окончательно раствориться. - Кокон невозможно разрушить. В нем можно только родиться, что недоступно для проклятого.

   Лили осталась в одиночестве и пустоте. Она и сама не знала, на что рассчитывала, когда призывала светлого: что он расскажет ей рецепт освобождения Ника, или сам пойдет и отключит главный рубильник на коконе? Вся эта затея была глупой. Да, ей удалось испугать и поразить херувима, и что ей это дало? Лили тяжело вздохнула, выпуская из руки струйку песка.

   Когда вдали раздался знакомый свист, Лили подняла голову, всматриваясь в горизонт, и вскоре уже заметила извивающееся тело, шелестящее по сухой земле и камням - к ней навстречу полз василиск. Его огромная голова с глазами-блюдцами взметнулась вверх и замерла перед самой Лили, затем он снова припал к земле и приблизился к ней, высовывая раздвоенный язык и задев его концом щеку и часть руки. Она усмехнулась, узнавая знакомый рисунок его тела и дружескую манеру, и сделав несколько шагов навстречу, положила руку на плотную шкуру. Василиск свился кольцами и прилег рядом с ней, при этом устроив свою голову так, чтобы глаза были напротив глаз Лили.

   - Никогда не думала снова увидеть тебя, - проговорила она, поглаживая его тело.

   - С тобой хорошо, - это не были слова, но эмоции огромного существа, лежавшего рядом с ней. Лили отдернула руку и изумленно уставилась прямо в его морду, но ничего не могла понять, не могла поверить, что может слышать его.

   - Почему? - спросила она, продолжая глядеть на него.

   - Спокойно, - также в голове ощутила она его мысль-настроение. - Спать? - кольца услужливо свернулись в знакомое уже для Лили ложе.

   - Нет, - покачала она головой, с трудом приходя в себя, - мне нужно вниз, - Лили показала рукой в сторону колодца, чтобы он лучше понял ее.

   - Зачем? - отозвалось у нее в голове.

   - Там война, - Лили и сама не заметила, как стала обозначать вещи намного проще и объемнее, почти как он сам.

   - Кто с кем? - спросил змей.

   - Ведьмы и дреги дерутся за трон.

   - Плохо, - ответил василиск, кладя голову на свернутое кольцами тело.

   - Плохо, - согласилась Лили, - но если победят, будет еще хуже.

   Василиск ответил ей полным безразличием, из чего она сделала вывод, что он думает, что для них ничего не изменится.

   - Везде будет хуже, - сказала Лили, и она почти не сомневалась, что это правда. Что ведьмы не оставят в покое ни то, что над землей, ни то, что под.

   Василиск задумался, потом его хвост взлетел в воздух и с шипением щелкнул по земле.

   - Убить ведьм, - передал он мысль.

   Лили в ответ передала согласие. Потом, немного приспособившись к его способу общения, передала ему картинку-ощущение дрегов и василиск, взметнув голову, зашипел:

   - Отвращение.

   - Верно, - кивнула она.

   - Убить ведьм и дрегов, - решил василиск.

   - Нас мало, - ответила Лили и развела руки, словно демонстрируя, что сама не справится.

   Змей посмотрел на нее оценивающим взглядом и согласился.

   - Кто? - спросил он, и Лили передала в ответ образ демонов судьбы, которых василиск неплохо себе представлял.

   - Да, мало, - вновь согласился он и засвистел, но так высоко и сильно, что Лили пришлось прикрыть уши и пригнуться к земле. Она уже знала, что он делает, когда свист прекратился ненадолго и затем возобновился вновь. Змей собирал остальных, это был не обычный короткий свист, означавший: здесь добыча, а зов для всех змеев, и она почти ощущала, как воздух, земля, камни передают вибрацию дальше, и открываются десятки желтых внимательных глаз по всем пустым землям. Затем вибрации стали возвращаться - начали приходить ответы от услышавших зов, и вскоре вся пустыня зазвучала. Когда они начали появляться, сначала по одному, а потом и целыми группами, Лили не верила своим глазам, и в ее сердце рождалась радость, ибо это была целая армия, и все они понимали ее, и она их. Пусть это были лишь эмоции и примитивное общение, но они все были связаны воедино, и руководствовались общей идеей.