Николас Конде - Щупальца веры

Наконец Оскар заговорил.

— Чем я могу вам помочь? — искренне спросил он.

— Скажите мне имя babalao: только главный священник может знать заклинание, которое защитит Криса.

Оскар пристально взглянул на Кэла.

— Личность babalao — один из самых строго охраняемых секретов.

— Но кому-то это должно быть известно! — крикнул Кэл. — И вы, человек, который так тесно связан с этой религией, не в состоянии найти этого кого-то?!

Оскар допил спиртное и поставил стакан. Он поднялся, пересек комнату и встал лицом к окну, несмотря на то что шторы были задернуты.

— Вы настаиваете на том, что эти жертвоприношения совершаются, — сказал он, — для того, чтобы предотвратить некоторую большую катастрофу…

— Да, — твердо сказал Кэл, — потому что «Скрижали Ифа» на текущее десятилетие предсказали Армагеддон.

Оскар кивнул.

— А если бы можно было это сделать, — спросил он, по-прежнему повернувшись к Кэлу спиной, — что вы тогда могли бы сказать?

— Насчет чего?

— Насчет жертвоприношения нескольких людей ради спасения огромного количества жизней — ради сохранения человеческой цивилизации.

Кэл медленно пересек комнату.

— Значит, вы признаете это. Вы хотите мне сказать…

Оскар обернулся, его зеленые глаза сверкали, подобно

молнии над тропическими лагунами. — Нет, это же вы говорите! И вы настаиваете на том, чтобы я поверил в это. Хорошо. Я поверю, что наша эпоха — самая сложная, самая конфликтная в истории нашей планеты. Но что же я, по-вашему, должен делать? Выбрать вас и ваше личное спокойствие и предпочесть всему остальному. Противопоставить одну жизнь… или даже десять, двенадцать, сто, тысячу — жизням миллиардов?

Кэл молчал, ошеломленный заявлением Оскара. На одной чаше весов — жизнь горстки людей, на другой — выживание всей планеты. Это была чудовищная нелепость. Однако если бы он не стал верующим, он никогда бы не пришел сюда просить, чтобы пощадили Криса.

Оскар по-прежнему пристально смотрел на Кэла, как бы требуя ответа. Кэл отвел взгляд.

— О Боже, Оскар! — судорожно пробормотал он. — Я пропал! Я не понимаю, что происходит на самом деле. Я не знаю, во что верить. Я не знаю, что правильно, а что нет. Я уверен только в одном… я люблю своего сына. Я не могу от него отказаться. Если это просто плод моей фантазии, что его… боги призвали к себе, то я нуждаюсь в лечении или в заклинании, чтобы рассеять этот кошмар. А если это не плод моего воображения…

Его голос затих. Он покачал головой, снова взглянул на Оскара и шепотом добавил:

— Я взываю к милосердию.

После короткой паузы Оскар сказал:

— Я постараюсь что-либо разузнать. Я поговорю со знакомыми, посмотрю, что я могу сделать, чтобы облегчить ваше душевное состояние.

Облегчить мое душевное состояние, подумал Кэл. Словно проблема заключалась только в его душевном состоянии. Отчего Оскар так быстро «поверил ему», может, оттого, что посчитал его неспособным вести разумный спор?

Оскар же, положив ему руку на плечо, уже вел его к двери. Вдруг Кэл ясно представил себе, что точно так же Оскар успокаивает соседских парней и девчонок, которые просят у него совета насчет более будничных дел — о нежелательной беременности, о неприятностях с представителями закона.

— Не откладывайте это надолго, Оскар, — сказал Кэл, когда они прощались у двери. — Пожалуйста.

— Конечно, конечно. Я сейчас же начну звонить друзьям.

— И через сколько времени вы сможете мне что-нибудь сообщить?

— Откуда я могу знать, Кэл? Я даже не уверен, смогу ли я разузнать о том, о чем вы просите. Все, что я могу сказать, это то, что я вижу, как вы страдаете. Я бы не хотел, чтобы вы страдали хоть одну лишнюю минуту.

Оскар открыл дверь. Когда они в последний раз обменялись взглядами, Кэл увидел на лице Оскара столь же искреннее и глубокое сострадание, какое паломник мог бы увидеть на лице святого.

Оскар позвонил на следующий день. Он нашел того, кто смог бы наложить заклятье для защиты его сына от всех неприятностей.

— Даже от угрозы со стороны богов? — спросил Кэл.

— Это заклинание гарантирует, что никто — ни человек, ни бог — не заберет у нас вашего ребенка.

Однако Оскар не ответил прямо, когда Кэл спросил его, исходит ли это заклятье от babalao.

— В ответ на все, что вы мне рассказали, Кэл, и что я мог сообщить другим, мне было сказано, что вам необходимо заклинание. Это исходит от человека, который понимает вашу боль и знает, как ее излечить.

«Излечить». Снова двусмысленность. Оскар, вероятно, под заклинанием понимает просто лекарство, средством чтобы очиститься от воображаемых демонов, может быть, это ему посоветовал один из его друзей-психиатров.

Но тщетно Кэл выпытывал подробности того, каким образом удалось получить это предписание.

— Вы просто не должны это требовать от меня, — повторял Оскар. — Я сделал то, о чем вы меня просили. Вы должны мне доверять.

Церемония состоит из жертвоприношений Семи Африканским Владыкам, самым могущественным божествам в пантеоне Вуду. Все вместе они определяют ключевые моменты судьбы. Оскар разъяснил, какие жертвоприношения должны быть совершены: нужно особым способом убить три вида животных, затем смешать их кровь в глиняной чаше, и человеку, ищущему благосклонности богов, надо выпить эту кровь. Перед убийством животных надо выполнить несколько других жертвоприношений — надо зажечь свечи и рассыпать ароматические травы на месте, где будет совершаться жертвоприношение. И все это должно происходить в «nefinda kilungo» — на поле смерти, месте, где сходятся духи мертвых. Это должно быть сделано рано утром, до того как свет и тепло солнца рассеют ауру духов.

Кэл с карандашом в руках поспешно записывал все, что говорил Оскар, и не прерывая слушал его. Как если бы он записывал рецепт, он записал все компоненты, нужные для заклинания, — названия ароматических трав, порядок действий, — не останавливаясь и не задумываясь о смысле того, что ему следует делать: «Купить одну голубку, одну черепаху, одного петуха…» И только когда Оскар закончил, истинный смысл всего дошел до него, он ощутил, как мурашки пошли у него по коже, как если бы ее коснулись высоковольтным проводом. Пойти на кладбище и принести в жертву трех разных животных!

— Я не смогу этого сделать! — крикнул он в трубку, бегло просматривая то, что записал в блокноте.

— Я не говорю, что вы должны это сделать, — холодно и решительно ответил Оскар, — то, что я вам сказал, нужно вам, а не мне.

Кэлу оставалось только поблагодарить его, выразив также свою признательность за советы, ведь Оскар объяснил ему, где купить ароматические травы, животных и особый нож для их убийства.