Джеймс Герберт - Возвращение призраков

 Эш вошел в гостиницу; приятно после яркого, вновь выглянувшего солнца оказаться в тени. Внутри было прохладно и царил полумрак, лучи только-только начали проникать сквозь окна на изношенный ковер с красным узором. В холле было два бара, один пошикарнее, вроде кафе, а другой — обычный паб, но оба по-своему привлекали; последний был затенен деревянными филенками, но казался приветливым, а первый сверкал кремовыми стенами с толстыми резными балками, его окна заливало солнце. Кресла в кафе имели высокие спинки, чтобы защитить посетителей от холодного сквозняка, а в дальнем конце было местечко у камина с обтянутыми кожей скамеечками по сторонам и полками позади, где, наверное, в другую эпоху держали разогретую пищу. Огонь, естественно, не горел, но решетка была завалена дровами. Стойка из полированного дуба с медными кранами на ней тянулась через оба бара, которые разделялись низкой деревянной перегородкой. И оба не были переполнены в это время дня: пожилая пара, примостясь у окошка, потягивала кофе, а средних лет мужчина в спортивном клетчатом пиджаке и оливково-зеленых вельветовых бриджах читал газету, развернув ее и положив на маленький круглый столик. В углу сидели еще двое мужчин, поглощенные беседой, пока не заметили в дверях Эша. Один был в очках, с виду лет шестидесяти, а другой мог быть чуть помладше, его темные волосы поседели лишь на висках. Это был крепкий мужчина в черном костюме и рубашке с открытым воротом, и Эшу стало неловко под взглядом его светлых глаз. В пабе два джентльмена зрелого возраста и соответственно одетые играли в домино, их красные лица говорили о работе на свежем воздухе, а у Г-образной стойки потягивал пиво парень в хлопчатой рубашке и джинсах. Заднюю стену украшала мишень для игры в дартс, на двери рядом висела табличка с надписью «ДЖЕНТЛЬМЕНЫ». Эш помедлил секунду-две, обозревая все это, и вошел в кафе.

За стойкой девушка с короткими светлыми волосами, чья стрижка казалась бы слишком строгой, если бы личико девушки не было столь обаятельным, оторвалась от протирания стаканов и подошла к нему.

— Доброе утро, — сказала она с улыбкой, которая, однако, не совсем коснулась ее глаз. Эш заметил темные круги вокруг них и подумал, что нынче девушка не очень хорошо спала.

Он кивнул и, быстро ознакомившись с сортами пива на медных кранах, указал на то, которое принял за местное.

— Половинку, — сказал он.

Девушка подставила стеклянную кружку и повернула кран.

— Хороший денек сегодня, — сказала она, пока цедилось пиво.

Эш подчинился ритуалу:

— Наверное, будет жарко.

Он снова оглядел помещение и увидел, что мужчина за круглым столиком отвлекся от своей газеты и смотрит на него поверх очков. Когда их взгляды встретились, мужчина встряхнул газету и заслонился ею. Двое других не выказали никакого смущения и продолжали рассматривать его.

Улыбнувшись про себя, Эш повернулся к стойке.

— С вас… — начала девушка, выставляя полпинты на подставку перед ним.

— И водки, — перебил он. — Чистой. Без льда.

Она посмотрела на него с легким удивлением, прежде чем повернуться к полкам с бутылками, и, уже стоя спиной к нему, уточнила:

— Без тоника?

— Спасибо, без.

Он взял пиво и сделал большой глоток. Оно было холодное, пряное, очень вкусное. Потянувшись за бумажником, Эш спросил:

— У вас есть свободные комнаты?

Девушка вернулась с водкой.

— Вы имеете в виду на ночь? — Она рассмеялась, осознав бессмысленность своего вопроса. — Да, есть, но вам нужно поговорить с мистером Джинти, хозяином. Я позову его, если хотите.

Эш протянул пятифунтовую бумажку за выпивку:

— Да, если можно.

Девушка дала сдачи, сказала, что сейчас вернется, и исчезла за дверью в дальнем конце бара.

Эш исподволь потягивал водку. Об Институте сложится не слишком хорошее мнение, если его сотрудник при первой же встрече с клиентами окажется навеселе. И все же инцидент с «мальчиком, которого не было» требовал по крайней мере пару доз чего-нибудь покрепче, а он принял лишь одну. Пиво не в счет.

Он по-прежнему ощущал на себе чей-то взгляд и, посмотрев налево, увидел, что парень в хлопчатой рубашке рассматривает его. Эш мысленно помотал головой, чувствуя себя пресловутым «чужаком в городе». Интересно, все приезжие привлекают к себе такое внимание или здесь уже прослышали о приезде исследователя — охотника за привидениями? Но человек, обратившийся в Институт экстрасенсорики, настаивал, чтобы дело оставалось в тайне, так что маловероятно, что сам же клиент все и разболтал. Впрочем, странные вещи творятся в Слите, и местные жители вполне могут относиться с подозрением к кому-то или чему-то новому. Особенно если этот «кто-то» интересуется комнатой для ночлега.

— Мистер Джинти спустится через минуту.

Вернувшаяся барменша улыбнулась ему через стойку. Эш заметил, что у нее красивые ровные зубы, а длинная голубая юбка и розовато-лиловая блузка с рукавами до локтя, заправленная под ремень, подчеркивают стройную фигурку. На девушке было мало косметики, а голосок с легкой местной картавостью и несколько протяжными гласными звучал приятно. Впрочем, приятными выглядели все ее манеры. Она больше походила на стажирующуюся учительницу, чем на официантку, но, может быть, таков был стандарт в этой части страны.

— Вы в отпуске? — спросила девушка, взяв салфетку и снова взявшись за протирку стаканов.

Прежде чем Эш успел ответить, в гостиницу вошла группа мужчин, и их громкие голоса привлекли внимание посетителей в обоих барах. Они прошли в паб и устроились рядом с парнем, который пил в одиночестве. Один хлопнул его по плечу и поворошил его вьющиеся волосы.

— Рановато пьешь, а, Дэнно?

Тот бросил на него хмурый взгляд:

— Некоторые уже полдня отпахали.

— Вы только послушайте, — сказал другой, оглядывая товарищей. Те рассмеялись, а он тесно прижался к плечу парня и, издевательски понизив голос, проговорил: — Иногда лучшая работа делается ночью, парень, — и присоединился к хохоту своих друзей.

Все трое были небрежно одеты, один в клеенчатой куртке, еще блестевшей от дождя, двое других — в видавших виды пиджаках. Когда они входили, Эш заметил, что их ботинки в грязи, и предположил, что это сельские рабочие или землекопы. На самом маленьком была бордовая бейсбольная кепка с узором, как у вождя краснокожих; сам он был небрит, и волосы длинными прядями свисали из-под головного убора.

— Эй, Рути! — позвал он барменшу. — Здесь люди умирают от жажды.

Она двинулась к ним, и ее улыбка стала еще менее искренней, чем раньше.

— Ничего не хочу знать о ваших делах, — заявила девушка, наклоняясь к пинтовым стеклянным кружкам на полке под стойкой.