Копоть - Максим Владимирович Виноградов

— Опять не так, — Джонсон покачал головой, — О сотрудничестве мы еще не договорились. Сначала, я хочу знать, что за услуга. И только потом смогу сказать, возможно ли это в принципе, и чего будет стоить.

— Наглец! — воскликнул Джо, — Каков наглец! Не перегибаешь?

Впрочем, на этот раз он говорил со смехом. Джонсон понял, что опасность, если и была, миновала. По крайней мере прямо сейчас его убивать не будут.

— Хорошо, давай попробуем, — гангстер пододвинул салфетку и схватился за карандаш, — Смотри! Вот это город…

— Круглый?

— Ну да. А что? Все города круглые, как иначе? Не важно. Давай дальше. Вот центральный диаметр, вот второй, и так далее, — он аккуратно изобразил ряд концентрических окружностей.

— Теперь, вот хорды, начиная от нулевой и до двенадцатой, видишь? — теперь Джо нарисовал радиусы из центра к краям круга.

Рисунок стал похож на мишень. Одну из тех, что Даг час назад расстреливал в тире.

— Итак, диаметры и хорды делят город на сектора… районы, как удобнее, — бандит вещал не хуже профессора, — Понять нужно следующее: каждый сектор не сам по себе, он под кем-то…

— Ты имеешь ввиду криминал?

— Ну, зачем так грубо… Назовем это «неофициальная власть».

— Теневые кардиналы.

— Чего?

— А нет, это из другого… продолжай.

— Так вот, «неофициальная власть» держит все районы. Сферы влияния давно расписаны. Каждый смотрит за своим местом, на чужие не зарится. Иначе — война, трупы, ненужные волнения, внимание властей… Никому это не надо, уж поверь.

— И сколько… таких «властей» сейчас в городе?

— Во всем Стим-сити пять крупных семей, тринадцать средних, а мелочи — без счету, — Джо нахмурился, — Не знаю, зачем это тебе рассказываю… ладно. Одним, словом, вот тут, все припортовые районы — территория семьи Лански.

— Жирный кусок… и по размеру, и по наполнению.

— Есть такое! Все грузы идут через нас, это факт. Но зато и контингент… соответствующий. То ли дело, ближе к центру. Там братва как сыр в масле катаются… Но сейчас не об этом.

— А ты, прости, кто… в иерархии?

Джо расхохотался. Да так громко, что напугал пожилую дамочку за соседним столом. Она поспешно ретировалась, отсев подальше.

— Тебе сколько лет, парень? — успокоившись, спросил гангстер, — По виду, дал бы не больше двадцати. По поведению — к тридцатке. А вопросы задаешь, будто бы даже и ближе к полтиннику. Ты где столько разума набрался?

— Есть места… И все же?

— Положение мое не особо заметное. Но и не рядовое. Чтобы тебе понятней было, считай аналогом менеджера среднего звена.

— Не туда и не сюда.

— Ага, именно! — он ничуть не обиделся, — Поверь, в этом и фишка. Низовые звенья — слишком рискованно. Влезешь повыше — станешь слишком заметным. А так, ни рыбо, ни мясо, вроде и при деле, а вроде и дело не пришьешь.

— Интересно… Ну так что с этим? — Джонсон постучал вилкой по салфетке с рисунком.

— Что-что… А то, что появилась в городе новая сила. Говоря… не совсем обычная сила.

Ганстер замолчал. Даг тоже выдержал паузу.

— Что значит «необычная»? — наконец, вынужденно открыл рот.

— Да так сразу и не объяснишь. Мутные какие-то ребята. Появились ниоткуда. Где ютятся — неизвестно. С чего живут — никто не знает. А главное — нет за ними никого. Ни власти, ни денег, ни клана, ни корпорации. Как будто из-под земли выпрыгнули.

— Ну так ведь сам сказал, малых семей — без счета. Одной больше, одной меньше. Первый раз что ли?

— Так, да не так. Эти малыши — дело известное и понятное. Они живут сами по себе, общий порядок уважают, на чужое рта не разевают, а берут то, что и так плохо лежит. Чаще всего — это взлетная площадка для крупняка. Так сказать, полигон. Песочница для обкатки кадров. Их потому и терпят, что все — под кем-то. Повязаны или делами, или договором, или кровью.

— А эти?

— А эти — нет. Они, как будто, плевать хотели на существующий уклад. Делают, что хотят. И так, где им удобно.

— Беспредельщики, — улыбнулся Джонсон.

— Именно! И не смейся. У нас все правила известны. Соблюдай — и никто тебя и пальцем не тронет.

— Ну-ну. С трудом верится.

— А, ты про Жанну? Так там хозяин в разнос пошел. Решил, что сможет сам по себе жить, ни с кем не считаясь… Но сейчас не об этом! Новая сила, что появилась — вот общая головная боль.

— В чем боль-то?

— Слишком многим и слишком явно ребята дорогу перешли. В неположенных местах. С одной стороны, до войны далеко. С другой — оставлять без внимания такое нельзя. Уважение теряется. Да и деньги.

— Все упирается в них.

— Конечно. Если вдруг все решат, что проще делать добровольные взносы не нам, а другим? Так, мол, надежней и спокойней. Что получится? Крайне неприятная история.

— Так что же сами? Разучились проблемы решать?

— Э-э-э, тут не все так просто. Во-первых, решать с кем? Нет у этих «новоселов» ни роду, ни племени. Нет старших, нет резиденции, куда можно придти да поговорить. А во-вторых, когда пытались их прижать, получили отпор, да такой, что засомневаешься, а не звери ли там дикие?

— В смысле?

— В таком вот смысле. Пошли люди добрые поговорить. С кристально чистыми намерениями, все показательно мирно. А обратно не вернулся никто. Ждали их, как водится, долго, но когда уж все сроки вышли, пошли разыскивать. Ну и нашли… Не к столу будет сказано. Даже не трупы, а объедки. Как будто разорвали ребят на мелки клочки. Так что захочешь собрать — не сможешь.

— Как это разорвали? Чем? — Даг отложил вилку в сторону.

— Зубами, руками… пойди пойми! Кровь, мясо, кишки — вот и все, что осталось. Там уж никто разбираться не стал, что именно случилось. Понятно, что дичь какая-то. Даже