Реванш титанов. Битва за грёзы - Алексей В. Мошков

переживай понапрасну, — с независимым видом заявил он, надеясь, что Семен Степаныч не примется выяснять у него подробности сновидения, о которых сам Борис предпочел бы умолчать.

— А ты в курсе, что у тебя здесь реальность проступает? — Дед ткнул пальцем в чердачный люк.

Медведев вгляделся. Подошел ближе и озадаченно спросил:

— А что, этот люк тебе черно-белым кажется?

— Он такой и есть, — заверил Степаныч. — Ты разве этого не видишь?

И тут до Барни дошло. Для него этот несчастный люк был коричневым, равно как и окружающее его пространство — все в цвете приглушенной сепии, будто старая вылинявшая фотография. Он запоздало припомнил, что подобное место есть и в дюнах возле его любимого пляжа. Но поскольку ни там ни здесь он не замечал и намека на черно-белую раскраску, то не считал нужным хоть как-то обращать внимание на эти детали пейзажа.

— Отлично, — кивнул он. — И что я могу с этим сделать?

— Да что хочешь, — растерялся Семен. — Главное, чтобы это только тебя касалось, а не кого-то еще, иначе не получится ничего дельного. То есть загадывать, чтобы девушка внимание обратила — это точно не сюда. А вот что-то в быту поменять — запросто. Я, похоже, скоро проснусь, тебя беспокоить не стану как минимум до десяти. Так что подумай, чего хочешь, и пробуй…

Дед вдруг кротко улыбнулся и пропал, не договорив. Медведев вздохнул: опять контакт прервался на самом интересном месте, а ведь так хотелось получить внятную инструкцию по работе с реальностью внутри сна. Что надо делать и как именно?

Борис приблизился к люку, присмотрелся. Поежился: оттуда явственно тянуло холодком. Никаких надписей паче чаяния на нем не обнаружилось. Пришлось на свой страх и риск тянуть на себя крышку.

Присмотревшись к открывшемуся перед ним убранству чердака, выдержанному все в той же приглушенной гамме сепии, Барни не увидел ничего экстраординарного. Куча барахла, посреди которого валялся кусок плинтуса. Почему-то его вдруг остро захотелось взять в руки, для чего пришлось спрыгнуть вниз.

Стоя на чердаке, Медведев заметил щель между полом и стеной, куда тот самый плинтус должен был идеально лечь, скрыв несовершенство отделки. Приладив декоративный бордюр на нужное место, Борис поискал глазами молоток и обнаружил инструмент и баночку гвоздей ровно того размера, как требовалось, под рукой. Несколько точных ударов — и нехитрый ремонт был завершен.

Барни полюбовался на дело своих рук, запоздало припомнив, что давным-давно пора было заняться плинтусом и в собственной комнате — часть напольного покрытия отклеилась и не давала нормально пропылесосить пол, постоянно закупоривая собой щетку. Смешно вышло: здесь, во сне, ему не лень заниматься обустройством какого-то замусоренного чердака, а наяву он такую малость выполнить не может, всякий раз откладывая работу на потом.

Внезапно он осознал, что вот-вот проснется. В последнюю минуту успел вылезти наверх, закрыл люк и как-то очень плавно переместился в собственную кровать. На часах было без пятнадцати девять.

Медведев сладко потянулся и сел, отбросив одеяло в сторону. Уперся взглядом в злосчастный плинтус и… отправился в коридор за молотком и мебельными гвоздями. Раз ему это даже сниться начало, значит, точно пора устранить проблему.

Вот только проблемы больше не существовало. Через минуту Борис сидел на полу и пытался сообразить — как так вышло, что плинтус уже приколочен, если еще вчера во время уборки он умудрился вновь упасть в объятия щетки пылесоса? Но нет: вот следы от трех вбитых гвоздей. И как это прикажете понимать?

Когда он рассказал об этом деду, тот долго веселился.

— Ай молодец, называется, с корабля на бал. Да, ты изменил реальность. Сделал что-то во сне и заодно скорректировал собственную жизнь.

— Но почему плинтус-то?

— Наверное, он тебя подспудно беспокоил, ты о нем думал так или иначе. Вот и результат, — пожал плечами Степаныч.

— Но во сне я видел только чердак с кучей мусора. И что, дальше то же самое будет?

— А вот совершенно не факт, — Семен покачал головой. — Тут главное что? Ты обнаружил место соприкосновения наших миров. А что в следующий раз там найдешь, зависит от того, что именно ты собираешься сделать.

Медведев потер нос. Имеющийся набор запчастей упорно не желал складываться в единую картину.

— Деда, но ведь это глупость несусветная. Прибить плинтус — дело на пять минут, взял молоток с гвоздями, и готово. Так зачем было идти таким сложным путем, через сновидение?

— Не зацикливайся на мелочах, — Степаныч подмигнул внуку. — Здесь главное понять принцип, а уж на какого масштаба свершения ты замахнешься во сне и что из этого воплотится наяву, зависит только от тебя. Вернее, от запаса твоих сил и умения грамотно ими пользоваться.

— А что получалось у тебя? — оживился Барни. — Самое большое изменение реальности во сне какое было?

— Вещи потерянные находил, — принялся размышлять Семен. — Себя лечил. Ремонтом, кстати, тоже занимался, как ты. А что смеешься-то? Была у нас проблемная розетка, которая постоянно из стены вываливалась, чем ее ни крепи. Насколько раздражала, ты даже представить себе не можешь. Я в итоге плюнул, нашел ее с той стороны, да и вмуровал там понадежнее.

— И?..

— До сих пор служит верой и правдой.

— М-да, как-то не сильно впечатляет, уж прости.

— Так и я человек маленький, — пожал плечами дед. — Чтобы мир глобально менять, надо понимать, зачем ты это делаешь. А у меня таких целей никогда не стояло. Да и много ли мы о самих себе знаем?

— А вот эти зоны реальности, которые для тебя черно-белые, они постоянно на одном и том же месте находятся?

— По-разному. Если в этой, как ты выражаешься, локации часто бываешь, то, как правило, зона если и смещается, то незначительно. А так их почти в каждом сне отыскать можно. Попадаешь на ту сторону, соображаешь, что это сон, начинаешь осматриваться, в девяноста процентах случаев находишь кусок реальности. Но это не означает, что надо опрометью туда мчаться и немедленно что-то менять. Иногда даже просто посидеть рядом и поразмышлять полезно.

— А что произойдет, если ее гости увидят?

— Чужаков я бы туда и на пушечный выстрел не подпускал, если честно.

Дед встал, размял затекшую шею и потянулся за любимым френч-прессом. Медведев терпеливо ждал продолжения.

— Понимаешь, Боря, выход из твоего сна ведет в твою реальность. Это все равно что ключ от квартиры кому-то доверить. Кто его знает, что взбредет на ум человеку? Обворовать вряд ли обворует, но напакостить сможет. Устроит погром, а тебе потом все обратно раскладывать и жизнь налаживать. Еще и следить за тем, чтобы он