На острие ножа - Мэлори Блэкмен

Но мы нужны Мэгги. И маме тоже нужны.

Я внутренне застонала. Что бы я ни решила, обязательно кого-нибудь обижу.

Моя единственная родня…

Правда в том, что мы с Калли нужны Мэгги больше, чем маме. И я перед ней в долгу.

— Прошу тебя, Сеффи!

— Вы уверены, что хотите, чтобы орущий ребенок не давал вам спать по ночам, а в доме воняло грязными подгузниками?

— Я всей душой за! — разулыбалась Мэгги.

— Тогда, похоже, у вас две квартирантки, — ответила я. — Но только при одном условии.

— Каком?

— Вы разрешите мне платить за квартиру и оплачивать половину коммунальных услуг.

Мэгги, похоже, сначала хотела возразить, но поглядела на меня и передумала.

— Хорошо. Тогда договорились. — Она вернула мне Калли. — Спасибо тебе, Сеффи. Завтра утром я за тобой приеду. — Мэгги просияла. — Если вы с внучкой будете жить у меня, я снова пойму, зачем вылезать из постели по утрам.

И с этими словами она зашагала к выходу. Я смотрела ей вслед, пока она не скрылась за двойными дверями, и даже после этого не могла отвести взгляд. Боже мой, что я натворила?!

— Я понимаю, не мое дело, — подала голос Рокси с соседней койки, — но я все равно все слышала, ничего не попишешь. Я думала, ты завтра возвращаешься домой к матери?

— Кажется, нет, — нетвердым голосом ответила я.

— А кто была эта женщина? — уточнила Рокси.

— Мэгги Макгрегор, бабушка Калли.

— Почему ты сказала, что поедешь к ней?

— Я нужна ей.

— А тебе самой что нужно? — спросила Рокси.

Ответа у меня не было.

Глава 23 ∘ Джуд

Мы с Карой встречаемся уже недели две. Я решил проявить терпение. Теперь моя цель — гораздо больше, чем дневная выручка местной парикмахерской. Я приметил рыбку покрупнее, вроде денег всей сети салонов «Делани» с банковского счета. Там, наверное, сотни тысяч фунтов. Я видел, что у Кары нет отбоя от клиентов, поэтому она, должно быть, купается в деньгах. Наложить руку на все ее сбережения будет не слишком сложно.

По одной простой причине: Кара на меня запала. Еще как.

Я проверял ее. Иногда по два дня ей не звоню. На третий, как часы, она звонит мне на мобильный и зовет потусить. А я при каждой встрече дарю ей цветы, шоколад или дешевые цацки, и она всему рада-радешенька.

И уже начались вопросы.

«А сколько у тебя братьев и сестер?»

«Стив, а расскажи про маму с папой?»

«Стив, а кем ты работаешь?»

«Кем ты хотел стать, когда окончил школу?»

«Кем ты себя видишь через пять лет?»

Все эти искательные женские вопросы, которые девушки задают, когда решают, заводить ли с тобой серьезные отношения.

А что самое смешное — я ничегошеньки не делаю, чтобы ее поощрить. Определенно никакого секса, всего несколько поцелуев, даже за руки держаться особенно не позволяю.

Но одного у Кары не отнимешь — она умная. Знает, как вести разговор, в отличие от Джины. И у нее на все свое мнение. Джина всегда спрашивала меня, что я думаю, прежде чем высказать собственное мнение, неизменно совпадавшее с моим. Кара не боится спорить со мной. Мне уже давным-давно не приходилось вот так сидеть и разговаривать про политику, религию, кино и жизнь с кем-то вне Освободительного Ополчения. И уж точно я никогда не обсуждал ничего такого с Крестом.

— А к тебе в салон нули часто ходят? — спросил я как-то вечером за ужином.

— Нет, не очень, — ответила Кара. — Гораздо реже, чем мне хотелось бы.

— Наверняка твои клиенты из Крестов недовольны, что ты стрижешь нулей в том же зале, — заметил я.

— Тогда пусть идут в другие салоны, их никто силком не держит, — тут же ответила Кара. — Не выношу людей с таким образом мыслей. И не желаю тратить на них время.

— Так что, если я попрошу тебя заплести мне кафрокосички, ты сделаешь?

— Прямо здесь, в ресторане? Ни за что! — сухо ответила Кара. — Но в салоне или у меня дома — да, конечно. А почему нет?

— Тебе не кажется, что мы, нули, слишком стараемся подражать стилю Крестов? — Я постарался, чтобы голос звучал ровно.

— Стиль Крестов? А в чем это выражается в обычной жизни? — Кара подалась вперед, чтобы лучше расслышать мой вопрос, взгляд у нее был внимательный.

— Ну всякое ваше и не наше, — ответил я.

— Ну например?

— Зайди в любой магазин одежды для Крестов — и там продают женские трусы с накладной попой, чтобы женщины-нули могли выглядеть попышнее, как женщины-Кресты. Все в нашей жизни, стиль нашей одежды, все вплоть до еды — все на свете диктуется Крестовой эстетикой, тем, как Кресты видят мир. Богатые женщины-нули чувствуют себя как голые без коллагеновых имплантов, чтобы губы были пухлее, и меланина в таблетках или дорогих соляриев, чтобы кожа была темнее. А что ты скажешь про Хартли Дюран? — Меня несло.

— А что она?

— Она единственная женщина-нуль, попавшая в этом году в список ста самых красивых женщин планеты. А знаешь почему? Потому что похожа на Креста.

— Да нет же, — возразила Кара.

— Нет, похожа!

— А тебе как кажется, она симпатичная? — спросила Кара.

— Да, она просто роскошная, но дело не в этом, — с жаром ответил я.

— А ты не думаешь, что все это внешнее, а не внутреннее?

— В каком смысле?

— В том смысле, что слишком многие, и Нули, и Кресты, ловятся на то, что яйца выеденного не стоит, — ну, на то, как человек выглядит и сколько у него денег. Какая разница?

— А что тогда важно? — спросил я.

— То, какой человек внутри, — сказала Кара.

Какой же наивной сказочной чушью набита ее голова, кисло подумал я. Ей-то легко говорить.

— Да, я понимаю, мне-то легко говорить, — улыбнулась Кара, прочитав мои мысли. — Я внутри всего этого. Я часть большинства — и знаю это. Почти на всех журнальных обложках — Кресты, а не Нули. Почти все кинозвезды — Кресты, почти все телесериалы — про Крестов. Я все это знаю. Я внутри — но это не означает, что я не вижу, что происходит снаружи. И это не означает, что я одобряю положение вещей.

— Почему? Тебе-то какое дело? — не удержался я от вопроса.

— Потому что мама с папой приучили меня считать, что все люди разные, но равные. И что я должна обращаться со всеми с тем же уважением, какого ожидаю к себе, кто бы это ни был, — ответила Кара.

— Значит, ты со мной, чтобы показать, что можешь