Крестики и нолики - Мэлори Блэкмен

поморщилась и съежилась: мне хотелось стукнуть Сеффи за то, что она упомянула Каллума. От этого Джуд наверняка пристрелит нас только скорее. Я едва отваживалась дышать – боялась, что теперь сделает Джуд, – но он просто стоял, целясь Сеффи в сердце и устремив немигающий взгляд ей в лицо. Безмолвные секунды складывались в гнетущие минуты, – но никто ничего не говорил.

– Ты знаешь, я ведь любила Каллума, – неожиданно сказала Сеффи. – И до сих пор люблю.

От этого я окончательно перестала дышать.

– Ты Крест. А мой брат… был нуль. Не бывает любви между нулями и Крестами, – возразил Джуд.

– Надо же, Каллум мне тоже однажды так сказал, – отозвалась Сеффи.

– Ну вот.

– Но он понял, что ошибался. Очень сильно ошибался. И сказал мне об этом, – продолжала Сеффи.

– И когда же произошло это так называемое откровение? – Джуд гнусно ухмыльнулся.

– В том доме в лесу, в ту ночь, когда вы поехали требовать выкуп у моего отца, – ответила Сеффи и задумчиво улыбнулась. – В ту ночь, когда Каллум признался мне в любви. В ту ночь, когда мы с Каллумом занимались любовью.

Джуд вскинулся:

– Если Каллум так сказал, то только для того, чтобы раскрутить тебя на секс. Каллум никогда тебя не любил. Ты врешь, чтоб тебя разорвало!

– Нет, не вру. Каллум любил меня, а я его, и мой беременный живот под платьем тому доказательство, – спокойно сказала Сеффи.

Я ахнула – и от страха, и чтобы наполнить легкие, которые уже болели. Но в основном от страха. Неужели Сеффи нарочно его провоцирует? Если да, у нее отлично получается.

– Каллум тебя не любил, – презрительно процедил Джуд. – Он ненавидел вас, Крестов, почти как я. А иначе почему он вступил в Освободительное Ополчение, как по-твоему?

– От отчаяния? От ярости? От страха? Не знаю, – ровным голосом произнесла Сеффи. – Но Каллум признался мне, что это было ошибкой. Он понял наконец, что ваш метод никогда не подействует. Рано или поздно и сам ты и тебе подобные – все вы одумаетесь и поймете, что, если речь идет о добре и зле, минус на минус не дает плюс.

– И я, и мне подобные? Что же это значит – подобные? – Голос Джуда стал устрашающе вкрадчивым.

– Сеффи, не спорь с ним, пожалуйста! – взмолилась я и положила руку Сеффи на локоть.

Она просто стряхнула ее, продолжая говорить.

– Ты и тебе подобные – те, кто считает, что убивать и калечить, чтобы получить желаемое, – это нормально. Ты и тебе подобные – те, кто считает, что цель оправдывает средства. Ты и тебе подобные – те, кто…

– Хватит! – Джуд шагнул вперед.

– Ты и тебе подобные – те, кто предпочтет убить ребенка собственного брата, вместо того чтобы жить и давать жить другим…

– ЗАТКНИСЬ! – Джуд приставил пистолет ко лбу Сеффи, к самой середине.

– Не надо… – прошептала я.

Все тело Джуда было совершенно неподвижно, лишь дергался мускул на щеке.

– Что случилось, Джуд? Ты что, завидуешь? Вот, оказывается, в чем дело. – Глаза у Сеффи вспыхнули, на губах заиграла улыбка. Она лучилась… от счастья, что ли? Да – от безудержного, экстатического счастья. – Каллум своими белыми руками нуля трогал все мое темнокожее крестовое тело… Только представь себе: его язык был у меня во рту, его тело слилось с моим, а он все шептал, как сильно любит меня, что я для него важнее всех на свете, включая тебя. Особенно тебя…

– СЕФФИ, МОЛЧИ! – заорала я.

Джуд нажал на спуск.

Глава 5 Джуд

Осечка! Я поверить не мог. Мой пистолет дал осечку. Такого со мной еще никогда не бывало, ни разу. Сердце у меня так колотилось, что рокотало, будто двигатель на полных оборотах. Я дышал так тяжело, что грудь ходила ходуном, будто поршни на овердрайве. Я поверить не мог, что Сеффи сумела спровоцировать меня, заставила утратить контроль над собой. Я – опытный боец Освободительного Ополчения. Меня допрашивали специалисты и не сумели добиться абсолютно ничего, но Сеффи умудрилась пронять меня всего несколькими тщательно подобранными словами. Раньше я считал, что ненавижу ее, но этот миг научил меня, что глубокая ненависть способна усиливаться и расти, питаться самой собой, да так, что я сам не ожидал.

Мой палец лежал на спуске, я был готов попытаться снова – и снова, пока этот треклятый пистолет не заработает. Но тут эта курица Минерва вскочила и ударила меня по руке, чтобы я задрал ствол вертикально – будто мы в каком-то дешевом телесериале. Не прошло и секунды, как Сеффи вскочила на ноги. Минерва визжала, ревела и пыталась удержать мою руку так, чтобы ствол смотрел в потолок, но у нее не было шансов. Сначала пристрелю ее, потом Сеффи. Я ждал, что вот-вот почувствую и пальцы Сеффи у себя на руке, что она тоже попытается направить пушку вверх, подальше от себя, туда, где выстрел никого не заденет. Но Сеффи снова удивила меня. Она оттащила сестру прочь. И ей это удалось, поскольку Минерва не больше моего ожидала, что сестра нападет на нее.

Сеффи отодрала от меня Минерву и швырнула на диван, а потом развернулась ко мне.

– Давай, Джуд. Валяй. Пристрели меня! – потребовала она. – Вперед! Чего ты ждешь? СТРЕЛЯЙ!

Вообще-то я и сам собирался. Уже дошел до нужного градуса. Но сердце у меня перестало колотиться, и мозги снова взяли верх. Я медленно помотал головой, потому что понял, что происходит. Когда Сеффи говорила, что не попытается убежать и поднять тревогу, она говорила