СССР 2061 - СССР-2061. Сборник рассказов. Том 2

Ваське в одночасье перестало быть скучно на Марсе. Ведь он делал то, что поможет людям строить свою мирную, полную радостей и трудовых успехов мирную жизнь на Марсе. А осознание важности и нужности своего труда — это многого стоит. И после этого работа начинает приносить настоящее удовольствие. Вот Васька Клюев — молодой и симпатичный парень, простой монтажник семнадцатой бригады АтмоСферостроителей — и работал в удовольствие. Не озираясь на прошлое.

Лирика

…. — А кого встречаем? — перекрикивая оркестр спросил Женя у Вали, державшей в руках огромный букет венерианских цветов.

— Как?! — удивлению Валентины не было предела. — Василия Клюева же! Ты что, не знал, что он сегодня прилетает?! Мы же еще три дня назад договорились встречать его всей группой!

А Женя и забыл. Помнил, что группа зачем-то встречается на космопорте, а зачем — забыл.

В космопорте, как всегда, царила суета. Движение людей, машин и стратосферных самолетов не прекращалось ни на минуту. Но сегодня здесь была особая суета: вся планета встречала знаменитого бригадира монтажников, строителя-героя, побывавшего на всех самых больших объектах Солнечной системы, и просто замечательного человека Василия Ивановича Клюева. На Венеру он прилетел буквально на три дня, но эти дни в его жизни обещали быть насыщенными.

Наконец, к главному терминалу, вокруг которого толпились веселые, одетые во все яркое, и отяжеленные цветами венерианцы, вырулил стратосферник с дорогим гостем на борту. Сигарообразная махина плавно качнувшись, остановилась, к ней подъехал белоснежный трап, на который через полминуты шагнула нога Василия — молодого улыбчивого красавца, чья кудрявая голова и умелые руки побывали на самых сложных стройках Солнечной системы.

Василий смущенно улыбался, и постарался поскорее спуститься на землю. Но оркестр, играющий веселый марш, и встречающая делегация не дали ему скрыться от многих тысяч взглядов, с любовью и уважением глядящих на героя.

Никаких пышных и долгих речей — простое приветствие, вручение цветов и искренние улыбки — вот и вся встреча. Василия так встречали уже несколько лет, но он никак не мог привыкнуть к славе, он даже тяготился ею, и чувствовал себя хорошо только там — в космосе, в кабине манипулятора, на командном пункте или в простом рабочем скафандре.

Ведь в любой день он мог совершить ошибку, не оправдать надежд, подвести тех, кто доверил ему самую важную и сложную работу. За ним было все человечество, и второго падения в жизни Василия быть не могло.

Сейчас Василий Клюев летел строить щит над Меркурием. Эта планета тоже скоро станет обитаемой, и на ней тоже взойдут цветы — может быть, даже такие же красивые, как и на Венере. И Василий — наш Васька, славный и веселый, наш скромный парень Васька — первым получит эти цветы из рук улыбчивых красивых девчонок.

Малютин Антон

050: Я вожу грузовик

Космос вне романтики

Стыковка центрального блока ГКМ-1875 с грузовыми модулями прошла на удивление легко и быстро, и стыковочная команда с Клеопатры скоро покинула грузовик. Пока шла предстартовая проверка систем корабля, капитан сверял маршруты со штурманом, параллельно принимая телеметрию и последние новости от местного ЦУПа.

Серая громада Клеопатры будто бы нависала над кораблем: эта двухсоткилометровая "гантель" занимала половину неба, поливая серебристым светом окружающие ее, как пчелы улей, грузовики. С этого расстояния было заметно, что вся поверхность астероида изрыта каналами, конусообразными ямками и холмами с острыми, ломаными краями, между которыми разбросаны крошечные землеройные комбайны, жилые и хозяйственные модули. На деле эти ямки и каналы были широкими и глубокими, до десятка километров, карьерами, из которых добывался почти чистый железо-никелевый сплав, а комбайны, кажущиеся игрушечными, вблизи поражали воображение своими размерами.

На дальнем от ГКМ-1875 краю Клеопатры виднелось серое ажурное строение, усыпанное красными огоньками — это комбинат, построенный над мощной урановой жилой, к которой подступились буквально пару лет назад. Сегодня Сергей впервые везет два десятка тяжелых контейнеров с обогащенной рудой этого месторождения. Но остальные модули, как и обычно, заполнены почти пятью сотнями тысяч тонн железа и никеля. А среди огромных металлических блоков с блестящими, отполированными пилами боками, затерялось полторы сотни контейнеров с различными минералами, которые будут переработаны уже на Марсе.

— Клеопатра вызывает ГКМ-1875, ответьте. Прием. — слова диспетчера ЦУПа оторвали капитана от штурманских карт.

— ГКМ-1875 на связи.

— Ваше стартовое окно открывается через сорок две минуты. Доложите о состоянии бортовых систем.

Капитан в нескольких фразах доложил о том, что грузовик исправен, все системы работают в штатном режиме, стыковка грузовых модулей надежна, и корабль готов к старту. ЦУП отключился, а команда грузовика проводила последние приготовления перед стартом. Теперь оставалось ждать прохода большого спутника Клеопатры — пятикилометрового Алексгелиоса — и тогда, после "отмашки" диспетчера, можно будет начать рейс.

Обычный рейс по транспортировке добытых в Поясе астероидов полезных ископаемых — такие во внутренней части Солнечной системы каждый день стартуют десятками. Конечным пунктом почти всех грузовиков значится орбита Марса — на планете сейчас идут великие преобразования и стройки, которые остро нуждаются в ресурсах. И задача каждого капитана — доставить груз вовремя.

Романтика космоса

В представлении юнцов, только-только переступивших порог космического училища, космос — это хоть и опасно, но жутко интересно. Захламленные фантастикой умы рисуют захватывающие дух космические пейзажи, полные приключений полеты и не доступную простым смертным романтику дальнего космоса.

Поэтому по статистике треть курсантов покидает училище после второго курса: они испытывают жестокое разочарование от первых тренировочных полетов. В этих коротких полетах, где будущие пилоты пробуют управлять кораблями, вдребезги рассыпаются все фантазии и мечты.

Оказывается, это просто работа. Сложная, тяжелая, изматывающая работа. Но главное разочарование курсанты испытывают в первые недели первого дальнего полета. Потому что пилотам элементарно скучно. Они, на месяцы заточенные в высокотехнологичной жестянке, созерцают лишь густую черноту космоса, усыпанную холодными иглами звезд. Если повезет с маршрутом, то удастся поглазеть на планеты, да и то издалека. И все, никаких красот, никакой фантастики, никакой романтики — только работа, инструкции, уставы и опасность навечно остаться в пронизанной солнечным светом пустоте.

Уже через несколько часов после старта Клеопатра превратилась лишь в одну из ярких звезд. Впереди, будто красный уголек, светит другая яркая звезда, которая через тридцать суток примет в объятия своего гравитационного поля семисотметровую тушу ГКМ-1875 — это Марс.

И только Солнце, маленькое, почти белое с фиолетовым оттенком Солнце разбавляет безмолвие и скукоту космического пространства, в котором громада грузовика имеет не большее значение, чем пылинка.

Через трое суток грузовик прекратил разгон, и такая удобная для экипажа искусственная тяжесть исчезла. Но во вращение был запущен "бублик" жилого отсека, и люди снова смогли наливать воду в обычные стаканы. Лишь по капитанскому мостику медленно дрейфовал карандаш — в этой капсуле с прозрачным куполом всегда царила невесомость.

В космосе тоже есть начальство

Теперь капитан мог отдохнуть. Но отдыха не получилось — стоило Сергею покинуть мостик, как его тут же вызвал вахтенный. Обычно в это время ничего не происходит, а поэтому сигнал внутренней связи, раздавшийся в тишине каюты, заставил капитана немного удивиться.

— Капитан слушает.

— Товарищ капитан, мы только что получили сообщение, эээ… К нам прибывает гость.

— Гость? — Сергей понял, что не зря удивился. — Какой гость?

— Никак не могу знать. Связь была односторонней, мы получили сообщение о прибытии на наш корабль должностного лица, которое следует ждать примерно через восемь часов.

Сергей снова вернулся на капитанский мостик, дважды прочел сообщение, но теперь удивляться не стал — прибытию должностного лица на рядовой корабль Грузового флота не нужно удивляться, это лицо нужно без лишних вопросов принять и устроить. Благо, на судах типа ГКМ-18 достаточно кают. И ради должностного лица команде нужно надеть установленную уставом форму, да и вести себя соответственно.

Инспектор Главного управления прибыл на корабль спустя семь часов сорок девять минут. Он прилетел с Аспорины, где решал вопрос о начале промышленного освоения этого астероида. К инспектору был приписан служебный корабль, но в нем обнаружилась критическая неисправность, сделавшая невозможным свободное перемещение важного должностного лица по Поясу астероидов. Вот так инспектор и оказался на ГКМ-1875, добравшись до него на легком челноке.