Крестики и нолики - Мэлори Блэкмен

А может, оповестила?..

– Сядьте на диван, живо, – тут же скомандовал я и прижался к стене рядом со входной дверью.

Сеффи повернулась, чтобы исполнить приказ. Минерва все так же таращилась на меня. Очевидно, она ни слова не слышала. Сеффи схватила ее за руку и потащила за собой. Я наскоро осмотрел всю квартирку, постоянно держа под прицелом Сеффи с сестрицей. Мы были одни, но надолго ли?

– Я ждала тебя утром, – сказала мне Сеффи, пока я занимался осмотром.

– Так ты помнишь, какой сегодня день?

– А что, есть вероятность, что могу забыть? – отозвалась Сеффи.

Я уставился на нее. Она снова посадила меня в лужу.

– Сеффи?.. – даже не произнесла, а изумленно выдохнула Минерва.

– Джуд, отпусти ее. Со мной у тебя хлопот не будет, честное слово, – сказала Сеффи.

– Не могу, – ровным голосом проговорил я. – Теперь она знает, кто я.

Я посмотрел на Минерву и понял, что она не была уверена, пока я этого не сказал.

– Джуд Макгрегор! – ахнула она.

Сеффи только помотала головой: ну и дура ее сестрица. Я невольно улыбнулся. Наверное, овца, с которой состригли шерсть на мою шапку, и та соображала быстрее.

– Сеффи, зачем он пришел? Что происходит? Ты что, теперь с ним водишься?

Сеффи повернулась к сестре с таким пламенным презрением и отвращением во взгляде, что у меня в голове промелькнуло: будь у нее в руках мой пистолет, она бы сделала за меня половину работы.

– Извини. Сама не знаю, что несу, – тут же сказала Минерва. – Мне страшно. Что происходит? Зачем он пришел?

– Ты сам ей скажешь или мне сказать? – поинтересовалась Сеффи.

– Ты у нас всезнайка. Просвети нас.

Ствол моего пистолета был нацелен ей прямо в сердце – и так и будет, пока я не сделаю свое дело.

– Джуд пришел убить меня, – сказала Сеффи, глядя на меня в упор.

При этих словах Сеффи глаза у Минервы сделались большие и круглые – считай, во все лицо.

– П-почему? – Минерва еле выговорила это слово. – Сейчас-то почему?

Меня снова поразило, насколько сестры разные.

– Ну, отвечай на вопрос, – велел я Сеффи.

Сеффи изучала меня на удивление бесстрастно.

– Потому что… сегодня день рождения Каллума.

Глава 4 × Минерва В одной стране волшебной, где все наоборот, Сияет солнце ночью и летом снег идет.

Я потрясенно глядела на сестру и не верила своим глазам. Она пела. В такую минуту – и петь! К тому же пела она неправильно. Я помнила слова: «В одной стране волшебной, где все не так, как тут, летают рыбки в небе и весело поют». Я затрясла головой. Что со мной, в самом деле? Джуд Макгрегор сейчас разрядит в нас свой пистолет, а я не могу думать ни о чем, кроме дурацких детских песенок. Я покосилась на Джуда: вдруг он застрелит нас просто за то, что моя сестра поет?

– Ты готов отпустить Минни? – неожиданно спросила его Сеффи.

– Я без тебя никуда не уйду, – тут же возразила я.

– Поверь мне на слово, туда, где я скоро буду, тебе не хочется, – ответила Сеффи, и ее взгляд прожигал меня насквозь.

Я смотрела на сестру, и меня вдруг охватил необъяснимый ужас, но не за Сеффи: я боялась ее саму. В этот момент я поняла, что совсем не знаю сестру. Не имею о ней ни малейшего представления. Она на одной стороне пропасти шириной в галактику, а я на другой.

Сеффи повернулась обратно к Джуду:

– Ну так что, Джуд? Отпустишь ее?

– Положим, нет.

– Тогда свяжи ее и запри в спальне или ванной, но, прошу тебя, не делай ей ничего плохого, – сказала Сеффи.

– Тоже не могу, – ответил Джуд с полным безразличием. Шагнул вперед, палец уверенно лег на спуск.

– Погоди. Не надо, пожалуйста. Погоди! – Я подняла руки, словно могла заслониться от летящей пули. – Погоди, Джуд. Папа даст тебе все что захочешь. Любую сумму. Право выступать публично. Или выпустит из тюрьмы всех членов Освободительного Ополчения. Что угодно!

В моем голосе слышалась совершеннейшая паника. Но я не хотела умирать.

Я не хотела умирать…

– Каково это – знать, что проживаешь последние секунды на этой земле? – мрачно спросил Джуд.

Я не ответила. Что я могла ответить?

– Теперь вы знаете, через что пришлось пройти моему брату, когда его вели на эшафот, чтобы повесить, – сказал Джуд. – Я сделаю так, что вы обе будете страдать, как страдал Каллум. Никуда не буду спешить. Вам