Год 1914-й. Пора отмщения - Александр Борисович Михайловский

мир за вашими скальпами, а отнюдь не за золотом. Люди, разжигающие жестокие войны исключительно из своих мелких мстительных побуждений, недостойны того, чтобы продолжать жить на этом свете. И добро бы это была только франко-германская война, которую вы бы быстро проиграли, не вовлекая в это дело посторонних. Нет, ради обретения Эльзаса и Лотарингии вы, не дрогнув сердцем, решили бросить в огонь сражений всю Европу, убить миллионы, чтобы через двадцать лет зайти на еще один кровавый круг, ибо в Германии и других странах, разрушенных вашими стараниями, тоже будут свои реваншисты. Нет, прощения за такое быть не может, и только немедленная безоговорочная капитуляция способна смягчить вашу участь.

- Но, месье Сергий, мы предлагаем вам деньги, очень большие деньги! - в отчаянии вскричал Леон Деско. - Неужели вы не понимаете, что больше вы не получите нигде и ни от кого? Британцы прижимисты как скупой рыцарь, у царя Николая просто нет такой суммы, а кайзер Вильгельм уже потратился на дурацкие взятки Турции и Болгарии, которые ему никто не собирается возвращать.

- Месье Деско! - рявкнул я, выпуская на свободу разъяренного архангела. - Вы идиот или глухой? Я же сказал, что мне не нужны ваши миллиарды, а нужны только мерзкие шкуры французских политиканов и денежных мешков, чтобы прибить их на стену Собора Парижской Богоматери! Точнее, не так! Преступление, которое вы совершили, предусматривает не только ваш разгром, физическое уничтожение и моральное осуждение на веки вечные, но и конфискацию всего движимого и недвижимого имущества - как у нынешнего французского государства, так и у частных лиц и банковских групп, являвшихся спонсорами и бенефициарами этой войны. Сто лет назад русский поэт Пушкин написал такие строки: «Все куплю - сказало злато, все возьму - сказал булат». Все, до сантима, а не те жалкие пять миллиардов, которые вы пытались мне всучить только что. Уничтожив Третью Республику, я переустрою вашу Францию на основе просвещенного и социально-ответственного абсолютизма, чтобы в дальнейшем вашей страной управляли умные люди, отвечающие за свои слова и дела, а не кучка политических говорунов и авантюристов. А деньги, конфискованные мной у французского правительства и банкиров, я вложу в ваши же сельское хозяйство и промышленность, ибо ничего не намереваюсь брать даром, в порядке контрибуции, а за все буду платить звонкой монетой. Французские народ, который вы бросили на бойню вместе со всеми прочими, тоже находится под моей защитой. На это и на кое-что еще, у меня имеется полный мандат от Творца Всего Сущего - самого высокого начальства во всех подлунных мирах. Аминь!

В подтверждение моих слов за окном грохнул гром, почти одновременно двери в кабинет раскрылись, и появилась Бригитта Бергман во всем великолепии арийской снежной королевы, а позади нее в коридоре маячили плечистые остроухие из конвоя.

- Господин Леон Эжен Обен Коллар Деско, - провозгласила она, - вы арестованы по подозрению в соучастии развязывания общеевропейской войны с многомиллионными жертвами среди всех европейских народов. Руки за спину, швайнехунд, и на выход! Если ты не пойдешь добровольно, то мои девочки погонят тебя пинками.

Месье Деско смерил взглядом «девочек» богатырского телосложения, после чего ссутулился, сложил руки за спину, позволив надеть на себя наручники, и покорно направился на выход. Когда за ним закрылась дверь, я посмотрел на его помощников (один худой и высокий, другой пониже и поплотнее) и сказал:

- А вы, месье, как люди, мелкие до микроскопичности, можете быть свободными. Но при этом у меня к вам есть одно поручение. Кто из вас двоих старший?

- Я, монсеньор! - вытянулся худой, сделавшись еще выше.

- Как зовут? - спросил я.

- Эрве Грегуар, монсеньор! - ответил он.

- Так вот, Эрве, - сказал я, - ты все слышал и видел. Сейчас я открою для вас проход прямо в Бордо, на набережную Луны, а там недалеко и до того места, где пока еще заседает ваше правительство. Пойдешь туда и доложишь своему начальству все, как было. Мол, месье Деско они теперь увидят только рядом с собой на скамье подсудимых или в аду в соседнем котле. И еще скажи, что я никогда не казню тех, кто сдался добровольно. Самое страшное, что им грозит в таком случае -это ссылка в отдаленные, но довольно приятные для жизни места, а те, кто будут сотрудничать со следствием, и вовсе могут угодить во вполне цивилизованное общество, а не как Робинзон Крузо, на пальму с обезьяной. Надеюсь, ты понял меня?

- Так точно, монсеньор! - еще раз вытянулся француз.

- В таком случае вот тебе это, - сказал я, вручая Грегуару свой «портрет». - Это своего рода магический беспроводной телефон. Достаточно провести пальцем по картинке, и я выйду на связь. Но это не тебе, а твоим начальникам, чтобы они не искали способов дать мне знать о том, что в их головы наконец пришла светлая мысль сдаться. А если нет, то всуе меня лучше не беспокоить, ибо в таком случае живые начинают завидовать мертвым. Понял?

- Так точно, монсеньор! - ответил Эрве Грегуар.

- Тогда идите, - сказал я, открывая портал в Бордо. - Счастливого пути.

Часть 60

Семьсот шестьдесят третий день в мире Содома. Поздний вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Пока Франция упревала в котелке, в Румынии продолжалось оттеснение остатков армии в Карпаты, а в Болгарии зрел кулак ударной группировки (ни там, ни там, ни там ничего не изменится еще как минимум сутки), я решил заняться Аквилонским направлением, поскольку поступающая с той стороны информация не лезла ни в какие рамки. И больше всего меня интересовал присоединившийся к аквилонцам космический корабль Русской Галактической Империи. Превдоличности по поводу этого государственного образования остались в полном недоумении: мол, не было такого в их мире никогда, и точка, и даже нации такой не было, так как после краха Византии в шестом веке некому было принести на Русь светоч православия, а без него русский народ просто не мог возникнуть. Гай Юлий в недоумении - это то еще зрелище. Зато Сати Бетана сразу опознала «Неумолимый», назвав его «Несокрушимым».

С подобного корабля, первого в своей серии, и началась Русская Галактическая Империя. В результате катастрофических событий выпав из своей реальности, «Несокрушимый», то есть его искин Кандид, явился к нам на Землю