Год 1914-й. Пора отмщения - Александр Борисович Михайловский

ответственный руководитель, всей душой чувствующая ответственность за тех, кто поручен ее попечению.

- Я принимаю ваше предложение, - кивнул Коба, - и должен сказать, что люди, взявшиеся за строительство социалистического государства там, где никакого государства еще не было по определению, вызывают мое глубочайшее уважение.

- Кстати, - сказал Сергей, - среди всех прочих попаданцев-пропаданцев, укрепивших наше государство, оказались три взвода морской пехоты, происходящие из несколько необычных миров, где благотворные изменения произошли через вмешательство свыше. Два мира относятся к самому началу двадцатого века - видимо, у Посредника вышел дуплет. В одном из них, откуда к нам пришел взвод поручика Авдеева, вместо царя Николая Россией правит его брат император Михаил Александрович, великий и ужасный. Этот монарх масштаба Петра Великого показал козью морду своим боярам и прочим казнокрадам, сделал великое послабление простому народу и заблаговременно устроил победоносную для России Первую Мировую войну в скоротечном варианте «лайт», в результате которой с карты мира исчезли Австро-Венгрия, Румыния и Османская империя. В другом мире на троне в Петербурге вместо своего брата сидит императрица Ольга Александровна, а правит страной триумвират из государыни, ее наставника из будущего Великого канцлера Павла Одинцова и супруга князя-консорта Александра Новикова, в кругах высшей аристократии имеющего прозвище «Викинг», а у британцев «Воин Пришельцев». Австро-Венгрия там, на момент попадания к нам взвода подпоручика Акимова, была еще жива, а вот Румыния и Оттоманская Порта уже приказали долго жить. Внутренняя политика императрицы Ольги так же, как в первом мире, была милостива к сирым и бедным и неласкова к зажравшимся нуворишам и аристократам, с которых спрашивали той же мерой, какой им было дано. Третий взвод под командой тогда лейтенанта, а нынче капитана Гаврилова самый интересный, так как попал к нам с Великой Отечественной Войны, где в январе сорок третьего года Красная Армия не сражалась под Сталинградом, а штурмовала... Стамбул. И товарищ Сталин в Кремле тот же самый, а поди ж ты, какие изменения. Сергей Сергеевич, скажите, вам что-нибудь известно об этих мирах?

- Известно, Сергей, - сказал я. - Во-первых, о мире царя Михаила мы знаем больше всего, потому что оттуда еще в самом начале наших приключений мы получили ударную летающую машину -штурмоносец «Богатырь», с экипажем из двух человек. И так уж получилось, что командовавшая этим аппаратом штурм-капитан Елизавета Дмитриевна, урожденная княжна Волконская, стала моей законной и единственной супругой. В ее времена, то есть в начале двадцать первого, а не двадцатого века, Российская империя - это величайшая промышленная и научная держава, знаменитая высоким благосостоянием самых широких кругов своего населения и имеющая стратегическое превосходство над всеми геополитическими противниками, вместе взятыми. Вот так и передай своему поручику Авдееву и его людям: их труды и подвиги легли в основу такого могущества, которое нам с тобой, Сергей, даже трудно и представить. Во-вторых, о мире императрицы Ольги мы знаем очень мало, нам известно лишь то, что он существует, а также то, что среди его основателей числится князь-консорт Александр Новиков. Упомянутый тобой великий канцлер Одинцов магическими методами из точки ветвления миров не просматривался, и информация о том, что это был триумвират, а не дуумвират, для меня весьма интересна. В-третьих, прежде чем отвечать по поводу того мира, из которого к вам пришел капитан Гаврилов, хочу спросить, упоминал ли он о таком человеке как генерал Бережной?

- Да, - подтвердил Сергей, - упоминал. И поручик Авдеев в своем мире так же служил под командой генерала Бережного, женой которого была царская сестра Ольга Александровна.

- В таком случае, - вздохнул я, - все сходится. Капитан Гаврилов к вам, и тевтоны-сатанисты в мир античных богов прибыли из одной и той же реальности. Чуть попозже я вам выдам копию копии рукописного фолианта Фридриха фон Меллентина. «Записки о Великой Войне. Книга Битв и Книга Исхода». Только вот сей опус написан по-немецки - найдется у вас кто-то, кто переведет вашим товарищам то, что в ужасе думал о них побежденный враг?

- Переводчики найдутся, - ответил Сергей, - к тому же искин «Нового Тобола» Бенедикт сможет отсканировать эту книгу, включить ее в свою библиотеку и выдать перевод на любом из официальных языков галактической империи.

- Ах вот оно как, - сказал я, - ну что же, так даже лучше. Тогда мы можем не заморачиваться с магическим копированием, и на некоторое время передать вам для копирования имеющийся у нас экземпляр. А теперь, поскольку наш разговор уже давно вышел за пределы легкой беседы за завтраком, я предлагаю закруглить его на этой оптимистической ноте. Сейчас я представлю вашу делегацию одному из моих изначальных подчиненных старшине Антону Змиеву, служащему у меня кем-то вроде офицера для особых поручений, и он покажет вам в нашем Тридесятом царстве каждый потаенный уголок. А потом мы снова поговорим, прежде чем вы вместе с товарищем Лениным вернетесь к себе в Аквилонию, чтобы доложить вашему руководству о том, что вы здесь видели и слышали.

- Погодите, Сергей Сергеевич, - не поднимая головы, сказала вдруг Ольга Александровна из четырнадцатого года. - Я бы тоже хотела отправиться в Аквилонию вместе с господином Ульяновым, моей любимой племянницей и ее женихом... возможно, для того, чтобы остаться там навсегда. Мир, где от женщины требуется желание вступить в брак, а от мужчины только согласие, как мне кажется, подойдет для меня лучше всего.

- А как же господин Куликовский? - спросил я мягким, почти отеческим тоном. - Или вы его уже не любите?

- Не знаю, любовь это или просто желание бежать от бесконечного ужаса, - пожала плечами любимая тетушка цесаревен из четырнадцатого года. - Я еще ни в чем не уверена, и, прежде чем с головой кидаться в этот омут пустой и бесцельной жизни, хочу посмотреть на возможную альтернативу. Быть может, быть в мире Аквилонии, если мне позволит господин Петров, я смогу обрести не только мужскую любовь, но и дело по душе, а также уважение людей, не связанное с моей принадлежностью к царствующему дому Романовых.

- Мы рады любым добровольцам, - ответил Сергей, - а таким, как вы, в особенности. Ваша аль-тер-эго в мире своего имени показала, на что вы способны. И хоть царства вам мы не обещаем, но душа у вас с ней одна на двоих или даже на троих... Прибыв к нам, вы первым делом посетите кабинет профориентации, и там многоуважаемая Сати Бетана скажет вам, чем