Год 1914-й. Пора отмщения - Александр Борисович Михайловский

- Не обращайте внимания на внешний вид маленькой проказницы, - пояснил мне месье Сергий, с нежностью глядя на удивительную девочку. - На самом деле это неизвестная в верхних мирах античная богиня по имени Лилия, покровительница первых подростковых Любовей и большой талант по части медицины. Ее настоящий возраст - более тысячи лет, но в связи со своей первой и основной профессией она должны выглядеть как девочка, только собирающаяся стать девушкой, ибо именно в этом возрасте как раз и делаются самые большие глупости от несчастной любви. И за своих детей тоже не беспокойтесь: мою помощницу не зря называют вытирательницей сопливых носов, ибо на ее попечении сейчас несколько княжеских, царских и королевских семейств с детьми самого разного возраста - от грудного до подросткового. Поскольку маленькие звереныши всегда должны расти в компании себе подобных, а иное никогда не доводило до добра, то и вашим малышам пребывание в этой компании не повредит. А теперь ступайте. Прежде чем мы снова встретимся, вам предстоит еще многое понять и изменить свое отношение к миру и людям.

- Идемте, Мари, - сказала мадам Струмилина, взяв меня под руку. - Сергей Сергеевич прав, вам и в самом деле нужно разобраться в себе, чтобы стать лучше, чище и умнее, а мы вам в этом поможем.

Семьсот сорок шестой день в мире Содома. Вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Мудрости.

Анна Сергеевна Струмилина, маг разума и главная вытирательница сопливых носов

Даже при поверхностном осмотре было видно, что женщина, которая стояла перед нами посреди комнаты, была полна множеством внутренних противоречий, отягощена фобиями и имела склонность находить у себя все новые и новые болезни. Отчаянно несчастная в личной жизни, они искала суть своих проблем в различных внешних обстоятельствах, не понимая, что они кроются в глубинах ее собственной личности. И это было главной причиной, по которой Мари Бонапарт в настоящий момент не только была непригодна к должности, уготованной ей Серегиным, но и неспособна достичь личного женского счастья. Ведь оно не в том, что и куда положено пихать, а в необходимости найти близкого и родного человека, который всей душой примет тебя такой, какая ты есть, подставит плечо в тяжелые минуты и будет с тобой рядом всю жизнь, а не только на официальных церемониях.

Тем временем Лилии надоело играть в гляделки с новой пациенткой.

- Ну что же, милочка, приступим к осмотру, - безапелляционно сказала она, облачившись в свой «докторский» прикид, - раздевайтесь...

- Как раздеваться? - испугано спросила наша гостья.

- Как-как, - передразнила маленькая богинюшка, - обыкновенно, догола. А иначе как я буду тебя осматривать, если ты с ног до головы закутана в эти дурацкие тряпки?

- Но я не могу... - растерянно пробормотала Мари Бонапарт, - ведь тут нет моей служанки...

- Ну вот, еще одна высокорожденная особа, которая без посторонней помощи не может ни раздеться, ни одеться, - вздохнула Лилия и хлопнула в ладоши. - Эй, невидимые слуги, разденьте мне эту даму догола, да будьте осторожны, не рвите никаких тряпок, они ей еще понадобятся.

Пара минут - и будущая французская императрица стоит перед нами нагая, будто Афродита, вышедшая из пены вод, то есть из нижних юбок и прочего белья. Впрочем, видали мы ту Афродиту во всех видах, в том числе и голой на нудистском пляже. Кондиции у Лилиной мамаши, я бы сказала, ниже среднего, ибо несколько тысяч лет беспорядочной половой жизни и пьянок до упаду разрушительным образом воздействуют даже на бессмертных богинь. Знавала я в прошлой жизни таких особ, что начинали как элитные секретарши больших боссов, а заканчивали... если не на помойке, то очень недалеко от нее. И все по той же причине. Мари Бонапарт на фоне подобных особ выглядела вполне прилично, ибо вином не злоупотребляла, да беспутствовала в меру, не пытаясь возместить недостающее качество количеством.

- Фактура и в самом деле неплохая, - хмыкнула Зул бин Шаб, - но я вижу, что главной проблемой этой красивой женщины является хроническая неудовлетворенность в сексуальных отношениях с мужчинами. И тем более для меня удивительно ее согласие вступить в постоянные отношения с мужеложцем, как будто не было лучших вариантов. А теперь, госпожа Лилия, ваше слово: прежде чем начать лечить психосоматику, мы должны знать, нет ли каких-либо врожденных повреждений на физиологическом и энергетическом уровне.

Лилия обошла свою пациентку по кругу, а потом ткнула ее указательными пальцами куда-то повыше крестца. Мари ойкнула.

- Терпи, голуба, - сказала маленькая целительница и продолжила свой сеанс диагностической пальцетерапии.

Тогда же и там же, Мари Бонапарт, по мужу принцесса Греческая и Датская

Больше всего на свете я хотела, чтобы это все поскорее закончилось. Я чувствовала себя крайне некомфортно, и это еще мягко сказано. Я воображала, как вся эта сцена выглядит со стороны... чрезвычайно, должно быть, нелепо: я, совершенно голая, ссутулившись, сгорая от стыда, стою перед тремя хозяйками этого места, одна из которых выглядит как девочка в докторском наряде, другая - как элегантная дьяволица-аристократка, и лишь мадам Струмилина имеет вид обыкновенной, хоть и экстравагантно одетой женщины.

Они, все трое, переговариваются между собой на русском языке, который я необъяснимым образом понимаю, и при этом время от времени делают в мой адрес саркастические замечания, отчего мне становится еще больше не по себе, и я сильнее сутулюсь, пытаясь сжаться в комок. Впрочем, я не вижу с их стороны никакой неприязни. Даже, наоборот, их короткие реплики говорят о вполне дружеском настрое. Но сама эта ситуация с «осмотром» настолько странна и... унизительна, что я чувствую: еще немного - и у меня случится истерика. Они со мной совершенно не церемонятся, и преспокойно обмениваются мнениями как о моей фигуре, так и о моих интимных проблемах.

«Дьяволица», представленная мне как мадам Зул, очевидно, опытная магнетизерка - она видит меня насквозь и прекрасно понимает, что меня беспокоит. И она мне прямо об этом заявляет... Но ведь это то, чего я ни за что бы никому не рассказала! Свою проблему я держала в тайне, чтобы меня не считали ущербной. А я ущербная - увы, это так, и я уже давно это знаю. С каждым прожитым годом, с каждым новым любовником я все больше убеждаюсь в этом. И это приносит мне страдания - я тоскую по тому, чего никогда не смогу испытать...