Туман над Венерой - Джон Б. Харрис
Она опустила руки. Деккер и Меган вошли в пещеру. Несколько секунд Деккер ничего не видел. В пещере — круглой, как пузырь, выдутый в скале, — горели тусклые огоньки и метались какие-то тени. Затем, когда немного привыкли глаза, Деккер разобрал на противоположной стороне две голубоватые, люминисцирующие массы. От них шли какие-то трубки к странному аппарату с пультом и кнопками. А на каменном возвышении между двумя огнями лежал маленький Дик.
Деккер в ужасе открыл рот. Он слышал, как рядом вскрикнула Меган. На мгновение он не мог поверить своим глазам. И это малыш Дик? Что же, какая сила превратила здорового ребенка в жалкую кучку почти голых костей?
Он неистово повернулся к Иссе.
— Что ты сделала с ним? — воскликнул он голосом, полным гнева и отчаяния. — Ты убила его? Он… он мертв?
— О, нет. Это необходимо, Дик. Должен сначала пройти период катаболизма прежде, чем начнется анаболическая фаза. Он не страдает, он ничего не чувствует. И опасности почти нет. Только если потревожить его.
— Но как ты могла так рисковать? — спросила Меган с перекошенным от ужаса лицом. — Как можешь ты выносить это зрелище? Это же твой родной ребенок!
— Как я могу? — рассмеялась Исса. — Пойдемте наружу, Дик и Меган, и я вам покажу.
Когда они направились к выходу, что-то шевельнулось в тенях в дальнем углу пещеры. Меган обернулась.
— Что там? — тревожно спросила она.
— Это? Всего лишь Айвор, — безразличным голосом ответила Исса. — Он помогал мне. Идемте же наружу, Меган и Дик.
Она провела их шагов пятьдесят по выступу, затем остановилась.
— Стойте здесь, — велела она. — Нет, Меган, немножко дальше. Вот так…
Меган отпрянула, глядя вниз с обрыва у ее ног.
— Ты используешь Ключ, Исса? — спросила она.
Деккер проследил за ее взглядом. В скале была мелкая ниша около метра шириной, а в центре ее — отверстие, уходящее на неизвестную глубину. Из отверстия торчала труба из прозрачного металла.
Под самым концом трубы, служащий для нее опорой и тянущийся поперек ниши, находился мелкий бассейн из хрусталя в форме подноса. Бассейн был полон до краев какой-то жидкостью, прозрачной, как вода, но гораздо более подвижной, поверхность которой была покрыта рябью от тысяч волн и водоворотов. Она искрилась и сияла, так что казалось, будто эта жидкость смеется.
А у одной стороны бассейна плавал в жидкости диск из тяжелого металла. Поверхность его была косо срезана и покрыта сеткой ярких зеленоватых линий. Должно быть, подумал Деккер, это и есть Ключ Гветингримма.
Исса наклонилась и дотронулась до диска. Чуть повернула его кончиками своих длинных пальцев. Казалось, он двигался с трудом, словно жидкость в бассейне сопротивлялась. Когда диск шевельнулся, Деккеру показалось, что он чувствует какую-то слабую вибрацию в воздухе.
— Да, я использую Ключ, — сказал Исса, распрямившись. — Я узнала о нем много, гораздо больше, чем знал когда-то старый Ичачшар… Но я привела вас сюда, чтобы показать, что и зачем я делаю с малюткой Диком. Стойте оба спокойно и постарайтесь ни о чем не думать. Так мне будет легче.
Она положила правую руку на лоб Беккера, а левую — на голову Меган. При ее прикосновении Деккер почувствовал на коже теплые электрические покалывания. Пальцы Иссы слегка шевельнулись, словно она погрузила их сквозь кости черепа в сам мозг. Она замерла, потом кивнула и резко надавила основанием ладони на глаза Деккера.
Возникло ощущение, словно внутри возник странный, мощный круговорот энергии. Деккер почувствовал, как в него проникают чужие импульсы. Сердце его забилось мощными толчками, словно сердце великана, аконечности, казалось, начали расти, и пронизал их какой-то свет. Одновременно его затопила такая радость, что Деккер едва сумел сдержаться. Ему хотелось громко, ликующе закричать, воздеть в восторге руки к небесам. И с внезапной ясностью он понял, что то, что называлось жизнью, было лишь компенсирующей разновидностью смерти — что до этого момента он был прикован цепями к телу, которое гнило и разлагалось, даже пока еще дышало и двигалось. А теперь он стал по-настоящему живой. Он был как орел, которого долго держали в клетке, и, наконец, выпустили на волю, дали расправить крылья. Он был свободен.
Исса сняла руку с его головы.
— Твоя кость срослась, Дик, — сказала она. — И твое лицо и плечо тоже зажили, Меган.
Деккер, все еще ошеломленный тем, что только что испытал, взглянул на Меган. Громадный синяк на ее плече исчез, кожа лица стала гладкой и блестящей. Деккер принялся развязывать узлы перевязи, державшие шину на его руке. И еще не сняв их, он уже понял, что рука цела и здорова.
— А что почувствовала ты, Меган? — спросила Исса.
— Я почувствовала… — Меган запнулась, на глаза ее навернулись слезы. — Я почувствовала… — снова начала она, затем беспомощно протянула руки. — Ты же знаешь, Исса, что я почувствовала. Ты ешь пищу вечности. Бессмертная Исса! Ты тоже испытываешь эти чувства?
— Да, постоянно. Теперь ты поняла, Меган, почему я рискнула маленьким Диком, моим дорогим мальчиком?
— Поняла, — медленно ответила Меган. — Правильно это или нет, но я не могу тебя винить. Никто из когда-либо живших не смог бы поступить иначе.
Исса кивнула и несколько секунд пристально глядела на нее.
— Когда-то я любила вас обоих, — сказала она. — Дик был моим мужем, а ты, Меган, моей сестрой. Но прежде, чем вы уйдете, я бы хотела сделать тебе подарок, Дик. Я не могу дать его Меган. Ее разум отличается от твоего. Если я что-то попытаюсь сделать с ней, то либо убью ее, либо оставлю идиоткой. Но я могу кое-что дать тебе. Не бессмертие, нет. Это невозможно. Но я могу дать тебе двести, двести пятьдесят, триста лет жизни. Ну как, Дик, примешь ты мой подарок? — Она улыбнулась и вновь поднесла руку к его голове.
Деккер почувствовал, как сладкое ожидание пламенным медом пробежало по его венам. Он, казалось, ослаб от груза тоски и восторга одновременно. И это все будет принадлежать ему — время, пространство, столетие, наполненное сияющей жизнью, более совершенной, чем любое человеческое существование. Все его, его этот замечательный подарок Иссы. Его…
Но часть его разума задала вопрос. Деккер не хотел слышать этот вопрос и все же не мог не услышать: А что будет с Меган? Деккер нехотя повернулся и взглянул на нее.
Меган улыбалась ему. Ее милое коричневое личико светилось от счастья — она радовалась за него. Лишь глаза были слегка
