Книжные черви 3 - Фаусто Грин

всех обманывал. Я планирую добраться до него и задать несколько вопросов. И очень надеюсь, что вы постараетесь ко мне присоединиться.

Кабинет Барыни сотряс гомерический хохот.

– А теперь заткнитесь все и послушайте меня! Остап не для того пожертвовал собой, чтобы вы сорвали нам весь план в последний момент.

– ЧТО?! – вырвалось у Онегина.

– Ося, в отличие от вас, не был идиотом. Он предполагал, что на самом деле ожерелье – это какая-то ширма. Просто не понимал, какая. И Бендеру очень повезло, что он подружился с одним из Непримиримых, которого крайне достало руководство. Пока вы белосоветили, мы решили действовать. Нужно было убедить Барыню и компанию в моей лояльности. Что, как ни ожерелье и убийство одного из своих, даст такую уверенность в моей преданности. Больше всего мы опасались, что меня убьёте вы, но Непримиримым я всё же показался полезным. Тут Ося всё верно рассчитал. Я остался с ними и пытался выяснить, что же на самом деле и кто замышляет. И, видимо, Остапова удача теперь со мной. Я всё понял. Я нашёл один занимательный дневник. Спросите Муму, кто такие Настасья Филипповна, Германн и Катерина. Эта девочка, Катерина, наблюдала за тем, как Чёрный Человек стравливает всех между собой. А ещё, насколько я понимаю, он участвовал почти во всех призывах Непримиримых. Смекаете? Этому упырю зачем-то нужно призывать нас и убивать нашими же руками.

– Подожди! – закричал Чичиков. – Откуда такая уверенность, что это Чёрный Человек всех призывает?

– Привет, Некромант! Я говорю, что это всего лишь предположение. Если с вами вдруг Муму, может быть, она знает, когда умерли первые герои?

– Андрей Болконский и Владимир Дубровский. Они погибли вместе с Катериной, Настасьей Филипповной и Германном, – передал слова Муму Герасим. Его собственный голос казался гиганту совсем отрешённым, и то, про что говорила Муму, ощущалось каким-то далёким воспоминанием, но он не мог выдавить ни слова про то, что сам был свидетелем этих событий. Будто пытался восстановить в голове сон, который ещё помнил, когда пробудился, но к середине дня, как ни старался, – забывал.

– Муму как-то сильно изменилась за лето, – сказал Печорин, все ещё пытаясь понять, кто на проводе. – Они поубивали друг друга.

Муму залаяла.

– С этого момента Черви пытались отомстить Непримиримым, и это было взаимно. И вы все начали истреблять друг друга.

– Да, – подтвердил Герасим. – Но в мотивах Непримиримых не было мести. Была лишь борьба за выживание.

– Ты ещё кто? – не унимался Искуситель.

– Гриша, это тот самый Герасим, – представил новоприбывшего Тёркин.

Печорин выругался.

– Значит, жив. В каком году всё произошло? И где?

– В 1930. Тела нашли в подвале Политеха, – проинформировал Чичиков. Он хорошо знал историю предыдущих героев от Солохи, которая рассказывала ему практически все нюансы.

– Итак, героические герои, как я понял, ожерелье у вас, а где шкатулка?

– Шкатулка??? – не понял Тёркин.

– Поня-я-я-ятно, – разочарованно протянул Искуситель. – Перелопатьте грёбаную усадьбу, там должна быть белая костяная шкатулка. Раз с вами Герасим, возможно, он что-то знает.

В воздухе повисло давящее молчание: все напряжённо обдумывали слова Печорина. Наконец Женя нарушил тишину:

– Где ты сейчас? Может, хочешь приехать и помочь с поисками?

– Э, нет, Женя. Я, конечно, хотел бы, чтобы вы поверили мне, но, скорее всего, вы мне не поверите и решите меня убить. А у нас с Шельмой, извините, был другой план по спасению мира. Когда я всё найду, то позвоню Васе, а пока никого не уничтожайте. И не умирайте сами. А то это грозит чем-то очень нехорошим.

Печорин отключился. После некоторого всеобщего молчания первым заговорил Чацкий:

– Я не верю, что он говорит правду. Зачем Остапу так делать? Шансы на успех операции были минимальные!

– Зато Шельма был чертовски удачливым, – возразил Паша.

– Но Печорин выяснил, что у Чёрного Человека действительно есть какой-то план, – рассудил Василий. – Мы не можем ни опровергнуть, ни подтвердить это. Поэтому предлагаю сейчас сделать следующее. Женя, Саша, Паша – забирают ожерелье и едут домой. Муму, если хочешь, можешь поехать с ними. А я с Герасимом останусь здесь, может, всё же попробую найти что-то полезное. Заодно надо тела похоронить. И решить, что дальше делать…

– У этих бедолаг никого не было. Они жили в поместье в комнатах прислуги, – пояснил Герасим. – Это контролировалось. Варвара Петровна забирала паспорта и телефоны. Покидать здание строго запрещалось. Чёрный Человек следил за всем. И если что-то шло не по плану…

– Развели тут крепостное право, – плюнул Онегин. – Вы вообще все безумцы.

Герасим почесал затылок.

– Он мучил нас: никто не мог уйти, – прошептал мужчина. А затем он попытался сказать что-то ещё, но слова не шли, словно какое-то колдовство не давало ему их произнести.

– Зараза, – выругался Тёркин. – Это я не на тебя, Гер… А можно тебя так называть?

– Барыня дала мне имя Тацит. Её сын назвал меня Герасимом. И вы так зовёте. Но я не буду против, если вы будете звать меня моим настоящим именем – Андрей.

Немного посовещавшись, Чичиков, Онегин и Чацкий покинули злополучное место и направились в сторону посёлка, увозя ожерелье с собой. Василий Тёркин с Герасимом и Муму остались на время в особняке, чтобы тщательнее изучить все уголки и укромные места в здании и на территории, в поисках заветной шкатулки, а также похоронить погибших. К сожалению, перерыв всё, искомую вещицу герои так и не нашли, зато, позднее, Солдат в одной из комнат наткнулся на маленький рубин и положил его к себе в карман. На всякий случай.

«Ещё один. В хозяйстве пригодится», – про себя подумал Василий. После они втроём направились на выход, покидая опустевшую базу Непримиримых. Здесь больше нечего было делать.

***

В дверь звонили. Громко. Долго. Настойчиво. Когда Иван дошёл до двери с желанием убить всех, кто нарушал его сон, он увидел на пороге заплаканную Мери, в руках которой был фехтовальный чехол.

– Что? – испуганно спросил Карамазов.

Девушка бросилась в объятия Ивана и зарыдала.

– Он всё знает… Они всё знают! Может быть, Ленский сдал, может – ещё что… Он всё знал, он забрал деньги, всё забрал… Сказал, что, если я не убью Печорина, он и до тебя доберётся. Я не могу так больше!.. Я просто не могу! – кричала в истерике Княжна и билась в руках Инквизитора.

Иван