Вопрос верности - Казаков Дмитрий Львович

– Понятно, – кивнула Марта. – Всех офицеров у вас убрали как раз перед тем, как загнать в штрафники?

– Точно, – Алан нахмурился, единственный глаз злобно блеснул. – Так что когда мы не захотели идти на гибель, вести бойцов оказалось некому. Пришлось мне. И я справился, как мог…

Лицо его, и так страшное, на мгновение перекосилось. Превратилось в жуткую маску ярости и боли. У Марты после этого пропало желание расспрашивать, что да как было на Тубане.

– Не пугайтесь… – прохрипел Алан, пытаясь улыбнуться. – Это быстро проходит. Ничего страшного. Ваш тактик сказал, что вы освободите лагерь через полтора часа?

– Да, мы постараемся быстрее, но… – Марта развела руками.

– Я понимаю. Но пусть мои парни пока вылезут из машин, разомнутся. Вы не против?

– Нет.

Алан на мгновение отвел взгляд, передавая команду через ком-линк, а затем очень внимательно уставился Марте в лицо.

– Как думаете, что дальше будет с нами? – спросил он.

– Вам дадут отдохнуть, вооружат и сделают какой-нибудь Восьмой Свободной Бригадой. Командира могут прислать из Ставки, а могут назначить и тебя. А потом опять придется воевать.

Из транспортеров выпрыгивали бойцы, с удивлением озирались, глядели на море, на горы. Выглядели эти форсеры не лучше, чем чернокожий субтактик – комбинезоны в прорехах, на броне шрамы, оружие такое, что его хоть сейчас на свалку. Вид у них был мрачный и затравленный.

– Воевать? – проворчал Алан. – Но за что? Для чего? Чего хотите вы, Верные, ради чего восстали? Понятное дело, что вы спасли нас от уничтожения, но просто так погибать за вас мои девицы и парни вряд ли будут.

– Пророк лишил нас права на жизнь, и мы вынуждены отстаивать его с оружием в руках, – сказала Марта. – Мы не хотим, чтобы нас считали существами второго сорта, не желаем, чтобы дело Эволюции погибло.

– Достойные цели. Они стоят того, чтобы сражаться, – Алан улыбнулся, и на этот раз у него получилось. – Ладно, пойду я к своим. Им надо растолковать, что к чему. А то все случилось очень неожиданно – три дня назад мы сражались в пустыне Тубана. Потом вдруг объявили перемирие и сказали, что нашлись сумасшедшие, решившие воевать за всех. Как бы мои не начали психовать.

– Я понимаю. Удачи.

– И тебе удачи, подруга.

Марта проследила, как он уходит, прихрамывая на одну ногу. Потом развернулась и зашагала обратно к лагерю.

Ее ждал ворох дел размером с Харр, величайший пик Норли.

Транспортер преодолел подъем и выбрался на ровный участок. Двигатель загудел чуть мягче, чем раньше. Марта, последние несколько часов продремавшая в кресле рядом с водителем, открыла глаза и потянулась.

– Ну надо же, почти приехали, – сказала она, вглядываясь в черные скалы у обочины, в горы на востоке, над которыми висело солнце.

Позади осталась ночь в дороге, бешеная буря, нагнавшая их неподалеку от военной базы номер шесть. Тогда пришлось на некоторое время остановиться и переждать буйство стихии. Когда связь восстановилась, поехали дальше, свернули от Длинного лимана и к утру добрались до столицы планеты.

Конечной целью путешествия являлся крайний север обжитой части материка, тот полуостров, где находится портал на Шип. Подробностей не знала даже Марта – то ли они просто сменят охрану, то ли будут участвовать в какой-то операции. Единственное, в чем была уверена – скоро их ждут несколько часов отдыха на «объекте номер три», том самом, где были найдены комбинезоны с повышенной степенью защиты.

Так гласил маршрутный лист, присланный вчера из Ставки.

Дорога повернула, стал виден вход в тоннель, перегороженный шлагбаумом, и пост рядом с ним.

– Этого тут раньше не было, – проворчал водитель.

– Специально для нас сделали, – хмыкнула Марта и принялась вызывать постовых.

Охранявшие въезд на военную базу форсеры уяснили, кто перед ними, и шлагбаум поднялся. Штабной транспортер нырнул в тоннель, замелькали по сторонам серые стены, осветительные блоки на потолке.

На территории базы пришлось сбросить скорость и вслед за офицером-провожатым двигать на стоянку номер тринадцать, находившуюся в северо-восточном углу огромного подземелья. Стоило машине остановиться, Марта встала из кресла и через узкую дверцу протиснулась в кузов.

– Времени у нас три часа, – сказала она Фатиху. – Организуй завтрак и проследи, чтобы все было в порядке. А я прогуляюсь до города, посмотрю, чего в Ставке творится.

– Пешком? – ужаснулся Санчес.

– Найдем попутную машину, – успокоила его Марта. – Наверняка, они между Гроллом и базой так и шныряют. А ты, кстати, и займешься поисками.

Телохранитель справился с задачей на отлично. Через полчаса Марта оказалась в тесной кабине курьерского джипа, а еще через двадцать минут – на центральной площади столицы Рахонависа.

– Спасибо, – сказала она курьеру, плотному усатому тактику, и принялась открывать дверцу.

– Не за что, – буркнул от в ответ.

Гролл выглядел почти так же, как и месяц назад. От потолка, где расположены вентиляционные отверстия, тянуло свежим воздухом. Торопливо шагали озабоченные форсеры, у входа в административный комплекс стояли часовые, пахло камнем и чем-то кислым.

– Удивительно, – проговорила Марта, – провела тут всего ничего, а чувство такое, что вернулась домой.

– Вполне возможно, что эта планета станет домом для нас всех, – очень серьезно ответил Санчес.

Мимо часовых прошли внутрь административного комплекса, по лестнице поднялись к кабинету Рогхерна. Марта толкнула дверь приемной и шагнула внутрь.

– Прошу прощения, но главнокомандующий занят, – тут обнаружился сидевший за столом незнакомец, судя по виду – из местных уроженцев. Глаза его недружелюбно сверкнули. – У него совещание.

– Ничего, Эрик не станет возражать, если я в нем поучаствую, – Марта даже не замедлила шага и не обратила внимания на гневные вопли. Вошла в кабинет, и на нее уставились семь пар удивленных глаз.

Одна принадлежала Рогхерну, еще четыре – делегатам Ставки, и две – незнакомым форсерам.

– Марта? – глава Верных не удивился ее появлению. – Заходи, присаживайся, познакомься с нашими новыми соратниками. Это Таке, – невысокий форсер с узкими глазами склонил голову, – и Райнарт, – этот оказался рослым и плечистым, и отвесил неожиданно изящный поклон.

– Очень приятно, – буркнула Марта, проходя к свободному стулу. – Извините, если вас прервала.

– Честно говоря, ничего страшного, – Рогхерн огладил подбородок. – Так, обсуждаем вопросы идеологии.

– Самые насущные вопросы! – воскликнул Райнарт приятным и звучным голосом. – Без определения того, кто ты есть в этом мире и к чему необходимо стремиться, нет разума! Нет разумного существа!

– Зря пришла, – сказал Марте на ухо оказавшийся ее соседом Альберто. – Этот тип уже полчаса промывает нам мозги. Вещает, что Пророк – на самом деле враг Эволюции, что мы – последние защитники Стального Кодекса, и что никакого мира с предателями. Я устал, честное слово.

Но другим делегатам, судя по блестевшим глазам, речи Райнарта нравились. А он говорил и говорил, не забывая красиво жестикулировать. Голос его полнила безграничная убежденность в своей правоте, взор пылал фанатизмом.

– Зря или не зря – посмотрим, – шепотом ответила Марта, разглядывая оратора.

Большинство мужчин-форсеров голову брили, другие оставляли короткий ежик, у многих волосы не росли вообще. Райнарт мог похвастаться черной и очень густой гривой. Стянутая в «хвост» на затылке, она красиво падала на спину и притягивала внимание.

Почувствовав, что на него смотрят, Райнарт повернул голову, встретился взглядом с Мартой и неожиданно ей улыбнулся. А она, удивляясь сама себе, смущенно опустила глаза.

Рогхерн мастерски воспользовался паузой.

– Спасибо за пламенную речь, – сказал он. – Мы поняли твою позицию, Райнарт. Вопросы организационного порядка тоже обсудили. Мелочи можно уточнить с Альберто, он у нас ведает общими проблемами, – белокожий форсер заметно скривился. – Всего хорошего, размещайтесь, увидимся послезавтра.