Тротил. Диверсант-взрывник из будущего (сборник) - Корчевский Юрий Григорьевич

– Занимайте свободные топчаны и отдыхайте. После подъема завтрак и – к комиссару.

– Он всегда такой?

– Да нет. Сам удивляюсь, какая муха его укусила.

Едва добравшись до топчанов, окруженцы сразу отрубились. Тяжело давшаяся переправа, голод, потеря боевых товарищей, нелепый приговор – и все это за одну ночь. За многие дни Саша впервые спал спокойно, чувствуя себя в безопасности.

Утром дневальный прокричал: «Подъем!»

Они позавтракали черным хлебом и кипятком – не нашлось даже заварки и сахара.

Батальон построился во дворе дома, хотя по численности он едва дотягивал до полноценной роты. Одежда на всех была гражданская, вооружение – самое разное: наше, отечественное, трофейные винтовки и единственный пулемет «максим» – на колесном станке Соколова и без щита.

На свежий взгляд ополченцы выглядели ну, в лучшем случае, партизанами. Возраст – самый разный, но большинству людей – за сорок лет. Понятное дело – молодежь сразу в армию призвали, и в городе остались только те, у кого была бронь, или те, кто не годились по здоровью к строевой службе.

Комиссар поставил боевую задачу:

– Немцы высадились ночью на лодках в районе городского кладбища. Наша задача – уничтожить десант. Вопросы есть? Нет? Товарищи красноармейцы, шагом марш!

Ополченцы вразнобой, группками потянулись к выходу со двора.

Бывшие окруженцы подошли к комиссару, получили свои красноармейские книжки.

– Догоняйте!

Чего их догонять? Последние ополченцы только выходили на улицу. Но и отставать нельзя, Саша и его товарищи города не знали.

Идти оказалось недалеко, старое кладбище было на берегу Днепра. Еще на подходе к нему ополченцы услышали беспорядочную стрельбу. По команде они, пригнувшись, рассыпались цепью и стали перебегать от городских зданий к кладбищу.

Саша, Сергей и Иван держались вместе. У них уже был боевой опыт, а главное – они доверяли друг другу. Как себя проявят ополченцы, неизвестно. Многие из них до войны были гражданскими специалистами – учителями, токарями, грузчиками, и как они поведут себя в первом бою, предсказать было невозможно.

Бой шел где-то в глубине кладбища, а сюда залетали лишь шальные пули.

Ополченцы добрались до ограды, перемахнули ее. Местечко не самое веселое – памятники стоят, кресты высятся. Вот и до царства мертвых немцы добрались. А ведь на кладбищах испокон веку шуметь было нельзя.

Впереди грохнул взрыв гранаты.

– Ползем туда, посмотрим, – скомандовал своим бойцам Саша.

Ползком они добрались к месту стрельбы.

Понять что-либо из происходящего было невозможно – стреляли со всех сторон. Где свои, где немцы? Бой, видимо, разбился на отдельные схватки.

Из-за зарослей кустов, деревьев, из-за громоздящихся памятников видимость была почти нулевой.

Из-за кустов появилась голова в немецкой каске. Саша дал по ней очередь, однако в ответ – никакого движения. Промазал, что ли?

Неожиданно в воздухе кувыркнулась немецкая граната на длинной деревянной ручке. Она упала перед памятником. Бойцы прижались головами к земле. Взрыв! Памятник их прикрыл от осколков не хуже дота, только оглушило сильно.

После применения гранат немцы обычно шли в атаку. И сейчас получилось так же.

Едва Саша приподнял голову над могильной плитой, как из кустов появились три немецких пехотинца. Сашу они не видели, поскольку смотрели вперед – он же лежал сбоку. Очередью Саша срезал всех троих.

Они поползли к убитым немцам. Сергей вытащил у гитлеровцев гранаты из-за пояса, Саша снял подсумки с магазинами.

«Экипировку» окруженцев за счет немцев прервала очередь, раздавшаяся рядом. Саша вскинул автомат, но это стрелял Иван.

Внезапно из-за куста, растущего у могилы, появился немец.

– Серега, брось гранату за те кусты!

Сергей неловко, из положения лежа, перебросил гранату через кусты. Когда она взорвалась, Саша бросился к месту взрыва. Там лежал немец, изрешеченный осколками.

Из-за памятника слева вышли несколько ополченцев с винтовками.

– Хорошо – на своих вышли! А то стреляют со всех сторон, и где немцы, не понять.

– Вот что, братья-славяне! Заберите у немцев автоматы. Стрельба накоротке идет, здесь автомат сподручнее.

Ополченцы забрали оружие у убитых немцев. Они вертели автоматы в руках и так и сяк. Видно было, что пользоваться оружием никто из них не умел, и в руках держали его первый раз.

Видя заминку, которая недопустима в ближнем бою, Саша решил взять инициативу в свои руки.

– Смотрите! – Он отсоединил магазин, взвел и опустил затвор, показал, как откидывать и складывать приклад. – Все очень просто, в ближнем бою, как здесь, такой автомат – в самый раз. Занимайте позиции за могилами, рядом с нами.

Едва ополченцы неловко улеглись, как из-за ивы выбежали трое немцев и с ходу открыли огонь. Ополченцы дружно ответили. Два немца повалились на землю, третий скрылся. Тяжело воевать в таких условиях, когда враг может появиться внезапно из-за любого куста или вылезти из склепа. Оказываешься с ним буквально нос к носу, и успех схватки решают не минуты, а мгновения.

Но основательно повоевать сегодня на кладбище не удалось. В воздухе раздался противный свист.

– Ложись! – заорал Сергей.

Бойцы сразу упали, а ополченцы слегка замешкались.

Минометная мина взорвалась неподалеку, одного ополченца ранило в руку. Остальные же уцелели лишь благодаря тому, что осколки принял на себя памятник. Потом один за другим последовало еще несколько взрывов.

Минометные выстрелы были не слышны, скорее всего, минометы били с другого берега Днепра, а их огонь немцы вызывали по рации.

– Отходим! – раздался чей-то крик.

Ополченцы подхватили под руки раненого и выбрались с кладбища. Когда они стали пересекать небольшой пустырь, отделяющий их от зданий, несколько мин взорвалось с небольшим недолетом.

– Бегом! – закричал Сергей.

Все рванули вперед, а через несколько секунд на том месте, где они только что стояли, взорвались мины.

У разрушенного здания ополченцы отдышались, перевязали раненого.

– Вы местные, ведите его в госпиталь или больницу! – приказал Саша.

От кладбища ополченцы перебежками бежали к городу – группками и поодиночке. Насколько можно было увидеть, ряды ополченцев значительно поредели. Конечно, немцы обучены, имеют боевой опыт, вооружены автоматами. А им противостоят, по сути, гражданские люди – необученные, не понимающие тактики боя и вооруженные винтовками. «Кроме потерь, в истребительном батальоне ничего больше из этого не получится, – решил Саша. – Да, они патриоты и горят желанием сразиться с врагом, но сами они сейчас – не больше, чем пушечное мясо».

Внимание Саши привлек один из ополченцев. Он то бежал по полю, то полз. Добрался до города живым, но предельно огорченным. Увидев ополченцев, подошел, расстроенно махнул рукой.

– Ну что за оружие?! Я только два раза и успел из нее выстрелить.

В руках он держал снайперский вариант самозарядной винтовки «СВТ-40». Винтовка была сложна, боялась пыли, но при правильном уходе и смазке служила верой и правдой. Ее, захваченную в качестве трофея, с удовольствием использовали немцы.

– Да кто же тебе ее дал? – удивился Саша.

– Я в Осоавиахим ходил, в стрелковый кружок.

Парень показал значок «Ворошиловский стрелок» на лацкане пиджака. М-да, одно дело – стрелять из «мелкашки» или трехлинейки, и совсем другое – из снайперской винтовки. Мало того, что надо знать устройство винтовки и уметь пользоваться оптикой – так ведь и патроны надо тщательно отбирать. Патроны, даже из одной пачки, могут отличаться друг от друга. Это для непосвященного они выглядят одинаково. Разная посадка пули в гильзе, капсюля в гнезде, на доли миллиметра отличающийся диаметр дульца гильзы – все это влияет на точность выстрела.

– Дай посмотрю! – Саша протянул руку.

Прицел ПУ, четырехкратный, цел. А затвор здесь заклинило в заднем положении. Решение пришло сразу.

– Меняю на автомат, – не раздумывая, сказал Саша.