Темная лошадка. Начало пути - Архангельская Мария Владимировна

– Нет, – не поднимая глаз от планшета, отозвалась женщина.

– А что тебе снилось?

– Какие-то бои. В основном космические. Как будто я стою на мостике и распоряжаюсь. Глупо, я в жизни не командовал космическим кораблём, тем более боевым.

– Правда? – Рауль снова оторвался от своих карт и посмотрел на него. – Райан, а где ты служил во время Дейнебской?

– Я не служил.

– А что же ты тогда делал?

– Не помню.

– Тогда почему ты так уверен, что не служил? Райану оставалось лишь развести руками.

– Знаешь, – теперь Рауль говорил совершенно серьёзно, – я бы не удивился, если б вдруг оказалось, что в прошлом ты действительно был капитаном, а то и кем повыше. Привычка командовать чувствуется, знаешь ли.

– Рауль, – Давина оторвалась от своего планшета, – а где в Дейнебскую служили вы?

– Я? – Рауль вдруг опустил глаза и облизнул губы. – Ну, в начале войны… я служил на крейсере «Неустрашимый». Потом меня перевели на корвет «Затмение».

– Громкое имя, – заметила Давина.

– Да, но я там был младшим пилотом, не более того.

– Крейсер «Неустрашимый»? – Райан нахмурился. – Но постой, это же был…

– Флагман Бенгальского флота, да.

– Так ты служил под началом адмирала де Веги?

– И не просто под началом. Я был его адъютантом.

Райан с Давиной молча смотрели на него. Рауль вздохнул.

– Когда началась война, в смысле – для Федерации началась, я стал просить о переводе. Мне всё казалось, что в войну должность адъютанта – это для канцелярских крыс. Хотя де Вега труса никогда не праздновал и за чужими спинами не отсиживался, так что и его ординарцы, случалось, гибли… Он не хотел меня отпускать, но в конце концов пошёл мне навстречу. Вы не представляете, как я был ему благодарен! Тогда он казался мне чуть ли не идеалом. Адмирала, солдата, патриота… Я им восхищался. А теперь думаю – если бы я тогда его пристрелил, он бы, по крайней мере, умер героем. Не стал бы предателем. И Ниобея…

– Ниобею ты бы не спас, Рауль, – сказал Райан. – В данном случае де Вега всего лишь исполнял приказ. Конверса или Игена. Спасти Ниобею ты мог бы, лишь пристрелив их, но тогда…

– Да, я знаю, – Рауль криво улыбнулся. – Тогда бы мы проиграли дейнебам. Права была Мариса – никогда не знаешь, что может выкинуть даже вроде бы хорошо знакомый человек. Я долго думал, что же заставило Марка де Вегу перебежать к Альянсу, но так и не смог этого понять. Не за свою же шкуру он боялся, в самом деле!

– У Конверса в начале войны было не так уж мало сторонников в Федерации, – заметила Давина. – Вспомните заговор Лутцева. Тогда Симон Конверс был героем, победителем дейнебов, спасителем отечества и всё такое. В то время как власть и командование Федерации себя изрядно дискредитировали.

– И это повод для предательства?

– Возможно, он искренне счёл, что Федерации лучше быть завоёванной. Что Альянс вдохнёт в неё новую жизнь, так сказать.

– Да пошёл он… в задницу с такими соображениями! – Рауль вскочил, оттолкнув столик. – Может, он, превращая мой дом в пыль, и выполнял приказ, но командиров, отдающих подобные приказы, он выбрал себе сам. Конверс с Игеном… Я не знаю, можно ли назвать их предателями. Они с самого начала воевали за Альянс, и если не создали его, то сделали государством. Но де Вега…

Он замолчал и снова плюхнулся на стул. Его собеседники тоже молчали.

– Знаете, я надеюсь однажды с ним встретиться, – после недолгой паузы вдруг признался Рауль. – Всего один раз, больше мне не понадобится. Я понимаю, что это невероятно, но всё равно надеюсь. Может быть… когда война закончится… Де Вега ещё может выйти сухим из воды, и если я должен буду заплатить жизнью за то, чтобы этого не произошло – что ж, я заранее согласен.

– Месть не приносит успокоения, Рауль, – грустно сказал Райан. Ему и в самом деле стало тоскливо. Чувства друга сейчас прямо-таки кричали, что его слова – не поза и не маска, но чужая ненависть всегда удручала Танни.

– А ты когда-нибудь кому-нибудь мстил? Может, я и правда не найду успокоения. Но пока де Вега жив – мне покоя точно не будет.

– Рауль, мне жаль, что так случилось, но вы не должны винить себя, – тихо произнесла Давина. – Вы не могли предотвратить то, чего никто не мог предусмотреть. Ведь на самом деле ваша жажда мести родилась из чувства вины. Нет, я не читала ваших мыслей, но ведь вам всё кажется, что, убив человека, в котором вы так обманулись, вы сумеете что-то исправить, не правда ли? А это не так, поверьте.

– Может быть, – Рауль снова склонился над картами. И безо всякой телепатии было видно, что продолжать разговор он не хочет.

10

– Смотрите-ка, Давина, – Райан наклонился над плечом женщины, указывая на цифры в документе. – Нас пытаются уверить, что в посёлке на Храмовой горе жило всего полторы сотни человек. А тут – данные о закупках продовольствия. Видите?

– Как минимум на число, вдвое большее, – согласно кивнула Давина и помолчала, изучая список продуктов. – При этом, судя по ассортименту, разносолами жителей посёлка не баловали.

– Да, только самое основное. Я там нашёл данные по фруктам – их закупали в десятки раз меньше.

– А я тут тоже кое-что нашла. Как вы думаете, сколько в горнодобывающем посёлке нужно охраны?

– Ну, если там разгул хищников… Человек двадцать, наверное.

– Здешние хищники, как и прочие наземные животные, в большинстве своём зимой впадают в спячку, а летом стараются держаться подальше от людей. Нет, мне объяснили, что где-то в тех местах якобы находятся повстанцы. Именно поэтому охраны там держат пять десятков. Плюс охранный периметр такой, что военной базе впору, плюс тяжёлое оружие.

– Ну, в принципе, логично, – после короткого размышления сказал Райан.

– Да, может быть. Но смотрите – пять десятков, это в лучшем случае два взвода. Сколько там может быть офицеров? По официальным данным – один, и к нему парочка-троечка унтеров. Но вот взгляните, я делала выписку: Ян Гервиг, рядовой, оклад соответствующий. Но к этому прилагается огромная премия, плюс ещё какие-то наградные и прибавки без объяснения причин…

– В общем, набирается неплохое офицерское жалованье с премиальными, – согласился Райан. – Вы искали телепатов?

– Да, по логике вещей, им должны платить много. Учитывая, что их деятельность незаконна и должна оплачиваться так, чтобы имело смысл рисковать.

– Что ж, давайте посмотрим остальных.

Спустя два часа поисков им удалось выявить ещё с полдюжины высокооплачиваемых за непонятно какие заслуги рядовых. У Райана уже начало рябить в глазах от чёрных строчек, цифр и имён. Но сдаваться он не собирался.

– И, что характерно – почти все уволены незадолго до нашего прилёта, – подвела итог Давина. – Хорошо, если хоть этого Гервига на месте найдём.

– Кстати, по меньшей мере одному последнюю премию выписали уже после увольнения.

– Интересно, что по этому поводу скажет милейшая госпожа Солер.

– А ничего. Платили много? Стычки с повстанцами были, вот и награждали отличившихся. Уволили потом всех? Сокращение у нас было. Деньги зачислены уже после увольнения? Спасибо, что помогли выявить ошибку нашего бухгалтера. Куда потом делись эти люди? А мы им не сторожа. Нет, идти к Солер смысла нет.

– Но, кстати, это интересная мысль, – заметила Давина. – Инопланетнику исчезнуть без следа на Нильфхеле, особенно на нынешнем Нильфхеле, не так-то просто. Если их куда-то от нас спрятали, то этот объект должен принадлежать самой «Аталанте».

– Или властям, – Райан потёр затёкшую шею. – В любом случае, надо шерстить транспортную службу.

– Но это уже завтра. Я устала и хочу есть.

Они тщательно скопировали все обнаруженные данные, после чего выключили компьютеры и заперли кабинет. К ждавшей их машине капитан и лейтенант спустились в молчании.

– Забавно, – заговорил Райан уже после того, как всепогодник взмыл в небо, направляясь к гостинице. – Мы с вами – телепаты, а занимаемся работой, с которой справился бы любой клерк. Виртуальные бумажки перебираем.