Темная лошадка. Начало пути - Архангельская Мария Владимировна

– Райан, тебе плохо? – вдруг спросила Мариса. Потиравший висок Танни молча покачал головой.

– Я, кстати, читала в сети, что теоретически возможность существования Тёмных звёзд была обоснована давным-давно, – заметила Давина.

– От теории до практики – дистанция огромного размера, – не уступал Рауль. – Да и не всему, что есть в сети, можно верить. Вот если бы это было на официальном сайте какого-нибудь института или обсерватории…

– А ты ходишь на такие сайты?

– Нет.

– Тогда откуда тебе знать, может там уже что-то такое и есть?

– Ну, знаете, если бы да кабы…

Райан вдруг поднялся, тяжело опершись о стол обеими руками и разом оборвав разговор. Все умолкли и вопросительно посмотрели на него. Однако бывший десантник ничего не сказал. Он чуть покачнулся, глядя остановившимся взглядом на пустую бутылку, а потом вдруг начал заваливаться вперёд и вбок, на край стола. Ульрих мгновенно вскочил, оттолкнув стул, и поймал падающего Танни, что, впрочем, не помешало тому сбить со столешницы тарелку и пару бокалов. Посуда зазвенела, красное вино выплеснулось на паркет, словно кровь из раны. Все повскакали с мест. Дейнеб осторожно опустил обмякшего Райана на пол, Мариса обежала стол и кинулась к нему, Давина схватила меню и нажала на значок, обозначающий воду.

От ближайших столиков начали подходить люди, кто-то потребовал вызвать врача. Телохранители бдительно придвинулись поближе и встали рядом. Мариса громко объявила, что она и есть врач, после чего решительно потребовала расступиться и дать упавшему воздуха. Подъехала автоматическая тележка с заказанной водой и одним, по числу заказа, стаканом. Оглянувшись в сторону дальнего угла, Давина увидела, что Канхо с Пикардо тоже поднялись со своих мест и подошли поближе.

К счастью, обморок длился всего пару минут, и вскоре веки Райана дрогнули, а Мариса, приподняв его голову, поднесла к его губам стакан. Отпив пару глотков, Танни сел, сфокусировал взгляд на Марисе, слабо улыбнулся ей, потом его глаза скользнули в сторону, словно он хотел отыскать кого-то и не мог.

– Давина…

– Я здесь, – телепатка подошла поближе, встав так, чтобы он мог её видеть.

– Ты нас напугал, – сказала Мариса. Но Райан словно не услышал её.

– Давина, – он глядел только на Мортимер. – То имя… и дата… Я вспомнил их.

– Очень хорошо, – торопливо произнесла Давина, всей кожей чувствуя, сколько вокруг посторонних ушей. – Мы сейчас вернёмся в училище, и там вы мне всё расскажете.

– Имя? – повторил в тишине Рауль. – Какое ещё имя?

Давина опять невольно оглянулась на генерала с полковником, словно призывая их на помощь, и тут Райан поймал её за руку.

– Давина, там, во сне… – его голос звучал слабо, но настойчиво. – Тот свет, который есть, но его нет. Помните? Я знаю, что это такое. Давина, я был на Тёмной звезде.

4

– Ну-с, молодой человек, – поинтересовался генерал Канхо, – можете мне объяснить, зачем вам понадобилось во всеуслышание выкладывать то, что вы дали подписку не разглашать?

Всё ещё бледный Райан тяжело вздохнул:

– Прошу прощения, господин генерал. Я был… немного не в себе.

Генерал пристально посмотрел на него.

– Вам нехорошо?

– Нет, господин генерал.

– Врёте. Уж голова-то наверняка болит.

– Да, сэр, но это пустяки. Скоро пройдёт.

Джозеф Канхо хмыкнул. Они вчетвером сидели в отдельном кабинете ресторана: генерал, полковник Пикардо и Райан с Давиной. Пикардо с явным интересом смотрел то на Танни, то на Канхо, а Давина, похоже, дорого бы дала, чтобы оказаться где-нибудь подальше. По крайней мере, так казалось Райану – женщина всегда очень тщательно экранировалась, так что о том, что с ней происходит, можно было судить лишь по внешним признакам. Даже связь между ними, которую Райан чувствовал постоянно, хотя временами забывал о ней, как забывают о кольце на пальце, не позволяла ему заглянуть под её щиты. Генерал Джозеф Канхо, кстати, этим походил на капитана Мортимер: ни тени эмоций не прорывалось сквозь глухой барьер, огораживающий его разум.

– В общем, наделали вы дел, господин курсант. Хорошо хоть, говорили тихо, так что вас слышали лишь стоящие рядом. Но даже четверо – это уже слишком много. Конечно, и с них можно взять подписку, и это будет сделано, и всё же… Ладно, – вдруг перебил сам себя генерал. – Что случилось, то случилось. В следующий раз будьте осторожней.

– Слушаюсь, господин генерал.

– Можно не так официально, – Канхо поморщился и махнул рукой. – Разговор у нас с вами будет долгий и откровенный. Так что если хотите что-то спросить – спрашивайте.

Настал черёд Райана пристально посмотреть на него.

– Господин генерал, вы псионик пятого разряда?

– Да.

– А какова природа вашего дара? Телепатия… Телекинез… А что третье?

– Телепортация, – генерал снова хмыкнул. – У вас сейчас загорелись глаза, как у мальчишки, но вынужден вас разочаровать: самого себя я телепортировать не могу. И вообще ничего живого, включая растения. Только неодушевлённые предметы очень ограниченной массы и на очень ограниченное расстояние. Не более двух километров. Хотя, когда я работал в разведке, эта способность, случалось, бывала очень полезной.

– Я думаю, господин генерал.

За столом повисла пауза. Генерал и курсант молча смотрели друг на друга через стол.

– И это всё, что вы хотели спросить? – наконец нарушил молчание Канхо.

– А остальное, я полагаю, вы мне сами скажете, сэр. Если сочтёте нужным.

Генерал хмыкнул в третий раз.

– Капитан Мортимер была права в отношении вас. Ну, что ж… Как вы, должно быть, сами понимаете, ваши сверхбыстрые темпы обучения нас заинтересовали. Мы сделали всё возможное, чтобы выяснить, кто вы такой и чем занимались, прежде чем попасть в Федерацию. Вам интересно, что именно мы о вас узнали?

Райан кивнул. Давина посмотрела на Канхо и снова уставилась в стакан с соком.

– Практически ничего, – обрадовал генерал. – Вернее, не практически, а просто ничего. Никто из наших агентов ни на Гере, ни на какой-либо иной планете Альянса не сумел найти никаких следов некоего Райана Танни, который подходил бы под ваше описание. Самое вероятное объяснение – им просто не повезло, и вы никогда не привлекали к себе внимания. Во время Дейнебской очень многие архивы и базы данных пострадали, так что поиски были связаны с определёнными трудностями. Но также вполне вероятно, что все сведения о вас были засекречены. Или что вы сменили имя, когда переселились на Ханаан. Одно другого, кстати, не исключает.

– То есть, вы полагаете, я не тот, за кого себя выдавал?

– Весьма вероятно. Вы появились в Федерации семь лет назад, вскоре после того, как Альянс стал собственно Альянсом, то есть из союза планет превратился в единое государство. И что сразу бросается в глаза: нигде в ваших документах нет упоминания о том, что вы – псионик. Хотя сокрытие таких вещей – прямое нарушение закона, но вы пошли на это и в течение нескольких лет успешно скрывали свою истинную сущность. Вопрос – почему?

– На этот счёт, господин генерал, я вам ничего не могу сказать, – Райан развёл руками. – Я просто не помню.

– А я и не требую от вас немедленного ответа, хотя, не скрою, очень хотел бы его получить. Более того, я даже не уверен, что обман был сознательным. Вполне возможно, что ваши проблемы с памятью начались куда раньше, чем вы получили свою контузию.

– Вы хотите сказать, что… кто-то почистил мне память?

– Кто-то… или, может, даже вы сами, я не исключаю и такого. Иные виды защит и блоков прячут информацию даже от своего носителя.

– Но тогда напрашивающееся объяснение – я был шпионом, – ровным голосом произнёс Танни.

– И это возможно, – так же спокойно кивнул генерал. – Но маловероятно. Какой прок от шпионарядового? Вы ведь даже не при штабе служили. Если б вы выполняли задание, о котором сами не должны были до поры до времени знать, нашлись бы те, кто проследил, чтоб вы делали именно то, что нужно. Куда более правдоподобным представляется другое объяснение: вы бежали от чего-то. Бежали и спрятались.