Книжные черви 3 - Фаусто Грин

Так что у нас будет около часа, чтобы всё обнести.

Княжна подошла к мужчинам и небрежно бросила на пол саблю и маску.

– Твой план, что мы поехали поддержать тебя на турнир, как видишь, работает, – Ленский показал список звонков, и он был пуст.

– Дождёшься от вас поддержки, – ответила Мери и кивнула на Карамазова.

– Я считаю, что все средства хороши, – сказал Ленский. – В реальном бою никто с тобой церемониться не будет. Можешь использовать телекинез – используй, можешь оглушать – оглушай.

– Всё так, как здесь иногда говорят: «Джентльменство – это до первой разницы в счёте в финалах». К тому же у меня тут свои интересы, знаешь, приятно самоутвердиться за счёт так называемых «чемпионок». Они там всех побеждают по всему миру, а тут проигрывают всухую, – Мери инфернально захохотала. – У меня вопрос: мы пить-то будем до кражи или после?

– Во время, – хмыкнул Иван.

***

Квартира Курагиных находилась в доме по соседству со знаменитым «Елисеевским магазином». Трое молодых людей, одетых в чёрное, подходили к парадной, когда свет в доме замигал и погас. Вместе с освещением отключились и домофон, и сигнализация. Поднявшись на третий этаж, Владимир открыл дверь, и троица проникла в квартиру. Мери показалось, что она находится в каком-то музее. Позолота, бархат, красное дерево, перламутр; дорогие предметы интерьера, несколько ванных комнат, две спальни, столовая, кабинет, гостиная и ещё какие-то комнаты. Похоже, квартира занимала целый этаж. Владимир тут же стал отодвигать картины, висящие на стенах.

– Что ты ищешь? – спросил Иван.

– Сейф. Давайте торопитесь. Не на экскурсии.

Мери стояла возле комнаты, которая была заперта, и с интересом смотрела на замок.

– Может тут?

Мужчины подошли к ней. Карамазов посмотрел на Ленского.

– Что? У меня нет ключей.

Мери вздохнула, закрыла глаза, и замок скукожился, после чего все вошли внутрь. Иван включил фонарик. Перед ними была небольшая комната в красно-золотых тонах. На стенах висели разного рода плётки, верёвки для шибари и множество самых невероятных игрушек для взрослых. Мери бесцеремонно сняла со стены кляп и стек и посмотрела на Ивана.

– К ноге.

Карамазов не растерялся, посветил фонариком в поисках чего-то, увидел небольшую тумбочку, открыл ящик и достал кружевные трусы.

– После вас, юная леди.

Ленский закатил глаза, понимая, что эту парочку необходимо немедленно направить в нужное русло.

– Инквизитор, ты не брезгуешь брать это в руки? Я вот опасаюсь, что это стринги не Элен, – с отвращением сказал Шутце.

– Ой!

Княжна засмеялась, а Карамазов брезгливо бросил сомнительный предмет одежды на пол.

В комнате Элен грабителям улыбнулась удача: обилие драгоценностей поражало.

– Она ломбард ограбила? – спросил Карамазов. Но у Ленского не было на это ответа.

Кроме украшений, в доме бывших коллег друзья нашли изрядное количество валюты. Княжна, перегружая пачки денег в спортивную сумку, пыталась прикинуть, сколько это в переводе на рубли, но постоянно сбивалась со счёта.

Владимир, тем временем, потрошил комод в поисках ценных бумаг, но так ничего не нашёл.

Иван вышел из кухни, и в руках у него был маленький мешочек.

– Угадайте, что.

– Жемчужины, – без промедления ответил Ленский.

– Красавчик, – отвесил поклон Иван. – Володя, это только мы идиоты и не использовали ничего в личных целях, или как?

– Я думаю, они боялись Барыни и рассчитывали только друг на друга. Может, что-то планировали. Может – нет. Не знаю. Нам, как минимум, это пригодится.

– Хочешь использовать их?

– Нет, это подстраховка. Появятся вопросы – отдадим. Рубинов там нет?

– Увы.

Когда большая часть ценных вещей лежала по сумкам, троица спокойно вышла из квартиры и закрыла за собой дверь.

Холодный ветер дул с Невы. Владимир передал сумку Ивану.

– Ты куда?

– До утра не ждите, – небрежно бросил Ленский, махнул своим подельникам и скрылся среди редеющей толпы Невского проспекта.

***

Когда Мэл и Онегин вошли в квартиру Марго, в доме были только Муму и Тёркин. Василий при виде Маши подскочил и крепко обнял девушку, приподняв её над полом. Муму приветственно кивнула.

– Никого нет? – спросил Стрелок.

– Марго и Базаров куда-то пошли. Чичиков сказал – будет через полтора часа. Мы здесь наблюдаем.

– Я хочу поговорить с Сашей, – твёрдо сказала девушка.

– Он не будет тебя слушать, – спокойно ответил Тёркин. – Период бешенства закончился, и теперь он просто молчит и отказывается есть. Хоть насильно корми.

– Пожалуйста, Вась. Пусть она попробует, – поддержал Мэл Евгений.

– Он слушать нас не хочет. Девочку почему станет? – спросила Муму. – Даже не друзья они.

– Мы вместе попробуем. Мне есть что сказать, – ответил Онегин. – Я думаю, Саше будет интересно, что происходило с Родионом в последние дни.

Тёркин мрачно вздохнул.

– Плохая идея, – сказала Муму.

– Если что-то пойдёт не так, мы уйдём. Острые предметы брать не будем, – сказала Мэл.

Василий ещё раз вздохнул и посмотрел на Муму.

– Ну, давай дадим им попробовать. С Сашей план Онегина выглядит более рабочим, чем если я просто ворвусь в школу, изобью Кирсанова и выпытаю из него информацию.

– Не одобряю я план этот. На разговоры не ведутся Непримиримые.

– Давай попробуем. Может, Саша и тебе поможет, – сказал Василий, который прекрасно знал, что Муму сильно переживает из-за того, что у неё не получилось разбить чары, под которыми был Герасим, и что она до сих пор надеялась его спасти.

– Я не в ответе за истерику, Док которую закатит, – хмыкнула Муму.

***

Александр Чацкий лежал на кровати и обнимал рубашку Родиона. Время перемешалось в его голове. Сколько дней прошло с момента его смерти? Несколько? Неделя? Больше? Саша уже не мог плакать. Саша ничего не хотел говорить. Всё, чего он желал, – это заснуть и не проснуться. Чтобы больше не нужно было никого терять.

Интерлюдия Чацкого

«Он шёл искать по свету, подальше от столиц, безумные ответы средь рек, камней и птиц», – доносилось откуда-то сверху. Слова еле улавливались, голова раскалывалась, а в глазах всё двоилось.