Молот Люцифера - Нивен Ларри

Вокруг костра осталось сидеть шесть человек. Тим, Эйлин и… «Меня зовут Брэд Вагонер, — сказал великан. — Это Роза, Эрик и Консенсион. Имя для мальчика выбрал я, в моей семье было такое имя, для девочки выбрала жена — Роза. Думал, что и дальше так будет делать, если у нас появятся еще дети». — Похоже великан был рад, что есть с кем поговорить.

— Я — Эйлин, а это Тим. Мы… — Эйлин запнулась. — Разумеется, это было б неправдой — сказать, что мы рады с вами встретиться. Но, наверное мне это следует сказать в любом случае. И мы очень вам признательны за кофе.

Дети вели себя очень тихо. Роза Вагонер, обняв, привлекла их к себе и что-то тихо говорила им по-испански. Дети были совсем маленькие, лет пяти-шести, не больше, они прильнули к матери. На них были желтые нейлоновые плащики и теннисные туфли.

— Вы сели на мель, — сказал Тим.

Вагонер кивнул. И ничего не ответил.

Он справится с двумя такими как я, подумал Тим. И у него — жена и двое ребятишек. Нам лучше убраться отсюда — пока он не переломил мне шею и не забрал «Блейзер». Тима охватил страх. И было стыдно, потому что Вагонеры не сказали и не сделали ничего, чтобы проявились подобные подозрения. Просто уже одно то, что они находились рядом…

— Все равно ехать некуда, — сказал Брэд Вагонер. — Мы — из Бейкерсфилда, а от него мало что осталось. Наверное, нам сразу же следовало уйти в горы, но мы думали, что надо бы разыскать в городе что-нибудь съестное. И прочие припасы. И опоздали: плотина успела обрушиться. — Он глянул на возвышающийся над ним крутой склон холма. — Если дождь прекратится, может быть, мы попытаемся для себя разыскать какое-нибудь место. Пойдем пешком и будем искать. А у вас есть какие-нибудь планы? — Великан не смог скрыть прорвавшиеся в его голосе мольбы.

— Не то, что планы… — Тим уставился в угасающее пламя. — Мне подумалось, что я знаю кое-кого там наверху. Я имею в виду политика, на которого дал много денег. Сенатора Джеллисона. — Там. Теперь с этим наверняка покончено. И что теперь делать?

— Джеллисон, — задумчиво пробормотал Вагонер. — Я голосовал за него. Может, можно на это рассчитывать? Вы еще будете пытаться добраться туда?

— Да только об этом я и способен думать, — голос Тима прозвучал безнадежно.

— Что вы собираетесь делать? — спросила Эйлин. Взгляд ее (случайно ли?) упал на детей.

Вагонер пожал плечами.

— Найти какое-нибудь место и начать все сначала, так, наверное, — он рассмеялся. — Я строил высотные дома. Зарабатывал на этом много денег, но… такой хорошей машины, как у вас, так и не приобрел.

— Вы бы удивились, узнав, сколько она мне стоила, — сказал Тим.

Огонь костра угас. Пора. Эйлин пошла к «Блейзеру», Тим следом. Брэд Вагонер остался сидеть — вместе с женой и детьми.

— Я не могу этого вынести, — сказал Тим.

— Я тоже, — Эйлин взяла его за руку, сжала. — Мистер Вагонер! Брэд…

— Что?

— Идите к нам. Садитесь, — Эйлин подождала, пока Вагонеры разместятся в «Блейзере»— взрослые на заднем сиденье, дети на полу сзади. Потом развернулась и поехала вниз по склону. — Жаль, что у нас нет хорошей карты.

— Карты у меня есть, — сказал Вагонер. Вытащил из внутреннего кармана мокрый лист бумаги. — Осторожней, она когда мокрая, легко рвется. — Это была изданная автоклубом карта округа Туларе. Немного более полная, чем карта Шеврона, которой располагали Тим и Эйлин.

Эйлин замедлила ход «Блейзера», остановилась. Внимательно осмотрела карту.

— Вот этот мост — тот самый, который разрушен?

— Да.

— Погляди, Тим: если мы вернемся назад и поедем к югу, там дорога, ведущая в горы…

— Что означает, что мы слишком уж долго ехали по Южной Тихоокеанской.

— По Южной Тихоокеанской. Слишком уж, черт побери, долго, — сказал Тим.

— По Южной Тихоокенской? — спросила Роза Вагонер.

Тим не стал объяснять. Они ехали к югу, пока не обнаружили возле дороги укрытое от дождя место, выемку в холме. И остановились, чтобы поспать. Сиденья Тим и Эйлин сначала уступили Вагонерам. И, укутавшись пластиковым листом, скорчившись под ним, ждали, когда настанет их очередь.

— Возвышенность — сказал Тим. — Она тянется к северу. И к востоку. А этой дороги на карте нет, — дорога была с гравийным покрытием, но, похоже, она находилась в хорошем состоянии. И, похоже, по ней можно было проехать. Она шла как раз в том направлении, что нужно.

У Эйлин кончались остатки надежды, а у «Блейзера» кончались остатки горючего, и все же Эйлин свернула на эту дорогу. Дорога шла вверх — сквозь горы. Это просто везение — что удалось наткнуться на нее, и еще большее везение, что ее не уничтожили ливень, грязевые оползни и ураганы. Но никакое везение не может помочь, если дорога перекрыта заставой.

Четверо высокого роста мужчин, огромных, словно футбольные звезды — или мафиози, как их показывают на экране телевизора. Рост и ружья придавали им вид отнюдь не дружелюбный. И они отнюдь не расплывались в улыбках. Желая узнать, что все это означает, Тим выбрался из машины. В одиночку. Один из мужчин пошел вниз по склону навстречу ему. Остальные остались стоять в стороне. И один из них (или это кажется?) показался Тиму знакомым. Кто-то, кого он видел на ранчо сенатора? Впрочем, какая от этого польза? И помимо этого «знакомого» были и другие, вооруженные, вставшие по ту сторону перегородившей дорогу баррикады.

Тим торопливо заговорил (при этом его очень беспокоило, что выглядит он как настоящий бродяга): — Мы едем к сенатору Джеллисону. Хотим навестить его. — Произнес он это властным голосам — что стоило ему немалых усилий и большого самоконтроля.

Тон его не произвел ни малейшего впечатления. — Имя?

— Тим Хамнер.

Мужчина кивнул: — Продиктуйте, как пишется, по буквам.

Тим продиктовал. Его почему-то обрадовало, что его имя незнакомо дозорному. Мужчина крикнул стоявшим позади: — Чак, посмотри, значится ли в списке сенатора Хамнер. Х-а-м-н-е-р.

Один из стражей заметно отреагировал на эту фамилию — даже сделал шаг вперед к баррикаде. Тим был уверен, что где-то видел его прежде.

— У нас есть список людей, которых велено пропускать, — сказал первый стражник. — И, дружище, это короткий список. Есть у нас и еще один список — перечень профессий. Вы врач?

— Нет…

— Кузнец? Слесарь? Механик? Станочник?

 «А отставной плейбой вам не нужен? Или астроном? — Тим вспомнил о Брэде Вагонере. — Или подрядчик по строительству зданий?» Он хотел высказать все это, но его прервали.

Из-за грузовика, стоявшего возле баррикады, донесся голос: — Хамнера нет.

— Извините, — сказал Страж. — Мы не хотим, чтобы вы перекрывали нам обзор дороги. Так что будем очень обязаны, если вы уедете со своей машиной — так, чтобы мы ее больше не видели. И не возвращайтесь обратно.

Расскажете о своей мечте и она никогда не исполнится. Тим повернулся было, чтобы пойти прочь. Но…

Но нельзя уйти, уйти на смерть, даже не попытавшись хоть что-нибудь сделать. Тим увидел Эйлин и Розу Вагонер, глядящих на него из машины. Их лица сказали ему все. Они — знали.

Пытаться разыскать другую дорогу? Глупо. Бензин в машине почти на исходе, ну а, предположим, если удастся ее найти? Эти люди знают, что-где в этой местности расположено. Если есть не поврежденная дорога, ведущая в горы — они ее перекроют.

Идти пешком? На краю ранчо сенатора Джеллисона возвышается большая белая скала размером с небоскреб. Может быть удастся добраться туда. И получить там пулю…

И все же, подумал Тим. Если я гожусь на что-нибудь — так это для разговоров. Бессмысленно и бесполезно пробираться ползком через заросли… Он повернулся к баррикаде. Страж глянул на него раздосадованно — но не наставил пока винтовку прямо на Тима.

— Ваша машина на ходу, — сказал Страж, — а вы не ранены. Я обязан заставить вас уехать.

— Ческу! — закричал Тим. — Марк Ческу!

— Здесь, Ческу, — отозвался один из мужчин. — Здравствуйте, мистер Хамнер.

— И вы позволите вот так мне уехать? Даже не поговорив со мной?