Антон Шаффер - Арт-Джаз

— Друзья. — Голос у Владимира был под стать внешности. Это «друзья» раскатом грома прокатилось по комнате. — Друзья, сегодня за нашим столом присутствует новый человек. Вы все с ним уже знакомы, но я все же хочу представить его официально. Крылов Артем Викторович. Будем надеется, в будущем, а, может, уже и в настоящем, — верный боец Сопротивления, наш друг и соратник.

Арт поднялся с места и зачем-то слегка поклонился. Покраснев, он снова сел, и какое-то время выдерживал на себе любопытные взгляды членов командования.

— Я полагаю, — продолжил Владимир, — мы можем перейти прямо к делу. Все уже в курсе, что у нас возникла серьезная проблема. Мы потеряли важнейшего для нас человека — Арсения. Это значит, что мы потеряли не только друга, но и Проводника. Что еще хуже, мы лишились «эвакуатора», без которого, конечно, мы, может, и справимся, но нам будет куда сложнее. Без «эвакуатора» мы лишаемся продуктов, лишаемся вещей, лишаемся возможных союзников и помощников — таких, как Артем и Екатерина. Но это все, конечно, не конец света. Борьбу можно продолжать и опираясь лишь на свои ресурсы. Но, есть еще одна проблема. Мы можем сказать, что она нас не касается, но я все же считаю, что касается. И даже слишком. «Эвакуатор» есть у «ядерщиков». И они пользуются им в своих целях. Есть все основания полагать, что там, откуда прибыли Артем с Екатериной, военные вербуют людей. Может, дело обстоит еще хуже — они готовят базу для переброски туда своих сил. Этот вариант маловероятен, но исключать его нельзя. Таким образом, именно мы несем моральную ответственность за то, что «окно» продолжает оставаться открытым.

— Владимир, — вмешался полноватый человек, сидевший по левую руку от Командующего. — Я с тобой не согласен. Думаю, что мы не должны взваливать на себя этот груз. Не мы дали «ядерщикам» «эвакуатор»!

Стол оживился. Все принялись переговариваться. Но Владимир тут же пресек разброд и шатание:

— Предлагаю поставить вопрос на голосование. Крылов с Роговой тоже голосуют. Суть вопроса: нужно ли нам приложить все усилия, чтобы «эвакуатор» ядерщиков стал нашим?

Новость о том, что он допущен к голосованию Арту понравилась: наконец-то ему дали право голоса, а не в очередной раз решили все за него. Он переглянулся с Катей, и та едва заметно улыбнулась ему давая понять, что тоже рада такому раскладу. Нагнувшись к Арту, она прошептала:

— Думаю, все решится в нашу пользу.

Арту этого очень хотелось. Если присутствующие проголосуют против — это означало лишь одно: он останется здесь навсегда.

— Итак, — прервал его размышления Командующий. — Кто за то, чтобы организовать операцию и попытаться, возможно и дорогой ценой, но добыть прибор? Прошу голосовать.

Руки потянулись вверх. За столом было ровно двенадцать человек. Арт судорожно пересчитывал руки: одна, вторая, третья, четвертая… Так, его пятая. Катька уже проголосовала. Пять? Он уже отчаялся, но в этот момент вверх взметнулась рука самого Владимира, а вслед за ним — и Дмитрия. Семь!

Толстяк, который пытался перечить Командующему сидел теперь с понурым видом, впершись взглядом в стол. На лицах других членов командования, которые собирались голосовать «против», также было написано разочарование. Видимо, подумал Арт, ночью дискуссия была не шуточная. И вдруг он почувствовал, как под столом ему на колено легла Катина рука. Легла и застыла. Арт неуверенно опустил одну руку и положил ее сверху Катиной. Он думал, что она выдернет кисть, но ничего подобного не произошло — Катька даже не пошевелилась. Так они просидели до конца совещания, которое длилось после голосования считанные минуты. Решение было принято, а, значит, вскоре, предстояло крупное и очень опасное дело. Арт с трудом мог себе представить, как им удастся осуществить задуманное, но на обратном пути, в Лесу, Катя, все еще держа его за руку, заверила, что Командующий просто так слов на ветер не бросает.

Глава 13

Разработка операции под кодовым названием «Эвакуатор» началась в тот же день, хотя Арт узнал об этом, как обычно с некоторым опозданием. Но для обсуждения всех ключевых моментов его пригласили в «идеальный домик», где собрался узкий командный состав в лицу Командующего, Солдата и того самого толстячка, что изначально был против всей этой затеи. Кроме них присутствовали Арт и Катя.

Толстячок оказался третьим по значимости человеком в рядах Сопротивления — это Арт понял в ходе беседы. Звали его Игорем и на поверку он оказался неплохим парнем, но немного упертым.

— Володь, я все же считаю, что это полное сумасшествие. — скороговоркой заговорил он, как только началось оперативное совещание. — Мы даже не знаем, где они хранят прибор. Я уже не говорю, что мы понятия не имеем, где у них «окно». Даже если «эвакуатор» окажется у нас в руках, что мы с ним будем делать? Ты вспомни, сколько Арсений блуждал, прежде чем нашел нужные точки!

Игорь раскраснелся и несмотря на холод, по лицу его потекли струйки пота, которые он то и дело вытирал рукавом своего ватника. В целом, говорил он толково, но в словах его сквозил сплошной пессимизм. Именно на это и указал в первую очередь Командующий:

— Игорек, с такими настроениями как у тебя вообще лучше носа на улицу не высовывать! Да, я согласен, что это будет непросто, но ты пойми, что нам главное захватить прибор. Пусть потом у нас уйдет пять, десять, двадцать лет на поиск «окна», но рано или поздно мы его все равно найдем. Москва — город большой, но все же… Мы должны пытаться, а не стоять на месте. Понимаешь меня?

— Понимаю, — угрюмо отозвался Игорь, который, похоже, и правда, все понимал, но отчего-то давал задний ход — видимо, действительно не верил в успех мероприятия. — Ладно. Чего уж там. Все решили уже ведь…

— Вот именно, — перехватил инициативу Владимир. — Все решили. Так что не будем попусту тратить время. Мы с Димой накидали кое-какие мысли. Я хотел бы их озвучить.

Первый вариант сводился к следующему: предлагалось осуществить широкомасштабное наступление на город с участием всей имеющейся в наличие техники. В общих чертах можно было с определенной долей уверенности говорить о том, что в случае успеха и захвата высокопоставленных военных из числа «ядерщиков» из них можно было бы выбить нужную информацию. Но здесь риск был крайне велик — можно было потерять кучу людей, машин, но так ничего и не добиться.

Второй вариант предполагал более тонкую работу, но выполнять ее должны были уже не военные, а…Артем.

— Слушай внимательно, Артем. — Командующий говорил медленно, с расстановкой, чеканя каждое слово. — Ты в праве отказаться. Операция может стоить тебе жизни — это я говорю тебя прямо и без обиняков. Теперь о сути. Есть идея отправить тебя в город в качестве, скажем так, засланного казачка. Дело в том, что несмотря на жестокую реальность, люди и здесь у нас продолжают мигрировать, перемещаться с места на место — в определенных пределах, конечно. И наша армия, и армия «ядерщиков» так или иначе пополняется из приходящих из других районов людей. «Ядерщики» вообще-то занимаются рекрутингом, объезжают деревни, села, маленькие города и отбирают подходящих себе людей. Ты бы им подошел. У нас есть люди, которые служили у военных, а потом перебежали к нам. Они тебя проинструктируют по полной программе. Расскажут про все проверки, все подводные камни. Но здесь надо решиться. И понимать, что твое пребывание там может затянуться на очень долгий период — ни на день, ни на два, а, возможно, на годы. И то, результат гарантирован не будет — ведь не факт, что тебе удастся выяснить хоть что-нибудь про прибор. Но игра стоит свеч. А вдруг получится?

Арт внимательно выслушал Владимира, и в голове у него закрутился один лишь вопрос, который он и озвучил:

— Владимир, а почему я? То есть, почему бы не послать туда кого-нибудь из ваших людей? Зачем идти именно мне — я же автомат в руках толком держать не умею! Прихлопнут там меня в два счета — и все.

Владимир хитро улыбнулся и чуть прищурил один глаз:

— Вопрос абсолютно верный. Почему ты? Я отвечу тебе на него. Но сначала, расскажу немного о человеке, которой зовут Игнат Краснов. Еще его называют Игнат Красный, а иногда и просто Красный, безо всяких Игнатов.

— Кто он? — спросил Арт.

— Диктатор Новой России. — Глаза Командующего превратились в две ледышки, от чего Арту стало не по себе. — Это страшный человек, Артем. Очень страшный. Он убил сотни, да что там сотни — тысячи людей! Он лично расстреливает, пытает. И ему все равно кто перед ним — здоровый мужчина, хрупкая женщина или дитя. И лишь одна его слабость известна всем. Он обожает живопись. Он жить не может без картин. И что самое удивительное, по нашей информации больше всего он любит… как ты думаешь что?

Арт задумался, но ответа так и не нашел. Он вопросительно посмотрел на Владимира, который явно наслаждался моментом. Выдержав паузу, он ответил сам: