Сила Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

— Маркус, — вздохнула Саблеслава и покачала головой. — Князья в столице такие же гости, как и все остальные. Здесь есть только один хозяин — Государь! Но что делать, если какому-то князю нужно кого-то наказать? За дело? Особенно, если этот кто-то вольный боярин, как ты. В таком случае созывают Суд князей. Десять князей из числа тех, кто в данный момент находится в столице, выступают в роли судей. И оглашают боярину приговор. И это совсем не шутки.

— Всё верно, — подтвердил безопасник её слова. — Только я бы ещё добавил, что Суд князей созывают лишь после разрешения Государя.

Приплыли! Что-то я где-то явно не туда свернул. С Великим князем связываться вот совсем не хотелось бы. Абсолютно разные весовые категории у нас. Слон и Моська, по-другому и не скажешь. Одно его слово, и о боярине Северском даже воспоминаний не останется.

— Не всё так печально, боярин, — видя перемены на моём лице, произнёс Фрол Витальевич. — Смерть Артёма Стародубского на тебя повесить не так-то просто. В академии на воротах ведётся журнал, в котором отмечают всех, кто находится на её территории. Понимаешь, к чему я?

— Я всё ещё в академии? — сообразил я.

— Да. И я даже не буду докапываться, каким образом тебе удалось её незамеченным покинуть. Главное сейчас тебя вовремя вернуть обратно. И сделать это так же незаметно. Что, впрочем, большого труда не составит.

— Тогда зачем созывать этот суд, если нет никаких доказательств моей вины?

— Вот и меня это тоже интересует, — пожал он плечами. А затем переел взгляд на Саблю. — Именно по этой причине, Саблеслава Мечеславовна, я и интересовался вашим отношением к боярину.

— Меня позовут быть одной из судей? — сообразила Сабля.

— Ваше имя заявлено, — подтвердил её предположение безопасник.

— Эх, придётся всё же перебираться в гостиницу, — грустно вздохнула девушка.

— И чем быстрее, тем лучше, — снова согласился с ней Фрол Витальевич.

— Зачем? — не понял я. Что-то вообще соображалка перестала работать, после слов о Государе.

— А затем, молодой человек, что большинство заявленных в судьи князей будут не на вашей стороне. Княгиню Ульчинскую включили в этот список по той причине, что все вокруг уверены, что она вас, мягко говоря, недолюбливает.

— Ага, понятно, — кивнул я. И тут же спросил: — А кто все те князья, которые будут против меня? Я вроде как ни с кем особо и не знаком.

— А это не важно, Маркус, — произнесла княгиня. — Хватит того, что они о тебе слышали. И зная тебя, вряд ли слышали что-то хорошее.

— Вот сейчас прям обидно было, — чуть слышно пробурчал я. Но спорить не стал, так как в принципе был с ней согласен.

— Что касается князей… — задумчиво протянул Трёхозёров. — Созвал суд князь Стародубский. Богдан Мстиславович. Младший брат Государя. И вот что ему от тебя нужно, я пока не понимаю. В хорошем отношении к Артёму он замечен не был. Так что тут явно присутствует личный интерес.

— Хреново, — вздохнул я.

— Из других князей будут князья Мамлеев и Козловский. Они родичи Артёма. И они думают, что ты, боярин, их дочерей вдовами оставил. Так что от них ничего хорошее ждать не приходится.

— Да уж, — покачала головой Сабля. — Умеешь ты, Маркус, врагов наживать.

— Дальше идёт князь Балховский, — продолжил безопасник.

— А они ещё остались? — удивилась княгиня, хищно оскалившись. — Какое упущение!

— Князь Засекин…

— Не знаю такого, — покачал я головой. — Чем я ему не угодил?

— Пока не выяснили, — ответил Трёхозёров. — Далее идёт князь Мерцалов.

— Вот жеж… — не сдержался я.

— Ага, я так понимаю, его ты знаешь?

— Его дочку. И она меня отчего-то не любит.

— Надеюсь ты её не… — пристально посмотрел на меня Фрол Витальевич.

— Нет! — твёрдо ответил я на его взгляд. — Я её случайно сумкой ударил. Тяжёлой.

— Ну тогда всё не так страшно. На такое не обижаются. Но готовиться всё же надо к худшему. Князья вообще довольно злопамятны.

— Есть такое, — подтвердила его слова княгиня.

— Следующим у нас идёт князь Трубецкой. Насколько я успел выяснить, с его внебрачной дочерью ты, боярин, в довольно хороших отношениях.

— Да что вы говорите! — ласково-ласково произнесла Сабля, посмотрев на меня убийственным взглядом.

— Мы с ней просто деловые партнёры! — тут же заявил я, невольно бросив взгляд на дверь.

— Конечно, конечно, — покивала девушка, зачем-то снова выпустив когти и воткнув их в подлокотники кресла.

— Далее — князь Мещерский. Этот тоже должен быть на твоей стороне.

— Да, на его дочь вчера напали Неизвестные, — произнёс я, покосившись на Саблю. Но она вместо того, чтобы снова злиться из-за очередной княжеской дочери, вдруг заметно напряглась. Интересно… — А я вроде как её спас.

— И последний, — покивав моим словам, продолжил Трёхозёров, — князь Нарышкин Вячеслав Вячеславович. Как я понял, он присутствовал во время вчерашнего нападения?

— Да, — подтвердил я. — И был настроен ко мне весьма благосклонно.

— Что ж, это не может не радовать. Но всё равно получается, что против тебя, боярин, князей больше.

— А кто десятый? — спросила княгиня, всё ещё задумчиво хмурясь.

— Мстислав Олегович Рюрикович. Наследник.

Отчего-то после этих слов на меня навалилась какая-то дикая усталость. Тут, видимо, и непростой вчерашний день сказывается, и переживания по поводу Эльзы, и бессонная ночь. После отрезвления от Верочки был заметный прилив сил. А сейчас вот кажется, что вырублюсь даже стоя.

— Мы ещё с тобой, Маркус, всё подробно разберём, — продолжил Трёхозёров. — Суд только послезавтра. А сейчас нужно незаметно вернуть тебя в академию. А вам, княгиня, покинуть этот дом и придумать причину, почему вы вообще сюда приезжали.

— Тут и придумывать особенно нечего, — пожала плечами Сабля. — Я доставила к боярину его сестру.

— Ну-у… — задумался безопасник. — В принципе, пойдёт.

— Боярин! — в кабинет, предварительно постучав, заглянул Михалёв. — К тебе боярыня Тришкина и боярский сын Зубов приехали.

— Ох! — вздохнул я, и с силой провёл ладонями по лицу. Ещё раз вздохнул и, глядя