Час Кицунэ - Олла Дез

деревянным помостом, чтобы можно было переходить от двери к двери и не спускаться на землю. Мои дзори тоже стояли возле моей отодвигающейся сёдзи*.

Мужчина стоял рядом с открытой соседней дверью и его ярко освещал свет, льющийся из комнаты. Его сёдзи была расположена не рядом с моей, но все же неподалеку.

Волос на голове у мужчины не было, он был гладко выбрит, грудь была обнажена, а из одежды на нем красовались только штаны с поясом, за который был засунут кинжал танто с причудливым узором. Мужчина был прекрасно сложен и красив. Только его выражение лица мне очень не понравилось — надменное и злое.

У его ног сидела девушка, и он держал ее за волосы, намотав их на руку. Это она кричала, только сейчас я уже не могла разобрать: не был ли этот крик частью игры, потому что испуганной или замученной она явно не выглядела. Скорее рассматривала меня с любопытством и удивлением.

Ну еще бы! Зрелище, однако: девушка в просторных штанах и подпоясанной рубахе, без должного кимоно и с двумя обнаженными клинками.

Я сама уже и не знала, как выбраться из создавшегося положения, как вдруг за спиной у мужчины выросла…гора. Вот и в самом деле — гора. Тень, которая была выше дверного проема, оказалась огромным мужчиной. Он отодвинул в сторону бритого с девушкой и сделал шаг мне на встречу.

Я открыла рот, разглядывая его и не находила слов.

«Твою же дивизию!! Твою же дивизию!!» — только и проносилось у меня в голове, пока я его рассматривала.

Это был гигант под два метра ростом, и мне пришлось бы сильно запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо, если бы я стояла с ним рядом. И он тоже был обнажен по пояс. Только в отличие от первого мужчины, у него даже оружия не было заткнуто за пояс-оби**. На нем были легкие штаны от кэйкоги***, а верхняя часть одежды для тренировок была небрежно накинута на одно плечо.

Он явно был старше, чем первый мужчина, и на вид ему можно было дать лет тридцать или тридцать пять. Он был не только чрезвычайно высок, но и прекрасно сложен. На великолепном теле я разглядела несколько шрамов. А еще они украшали его щеку, но при этом не портили, а скорее добавляли мужественности красивому лицу. Черные волосы были короткими и зачесаны назад. Лицо с характерными восточными чертами было скорее суровым, а не злым. Он внимательно меня рассматривал и пока не сказал ни слова.

«Зачем такому гиганту оружие? Он и голыми руками кого хочешь заломает. Да твою же дивизию! Я, кажется, влипла в историю. И главное, даже из комнаты выйти почти не успела, так и стою на пороге!», — снова пронеслось у меня в голове.

— Брат, отойди! — раздался голос с другой стороны от меня.

«Окружили. Их уже трое на одну маленькую меня. Я бы возгордилась, да пока что-то не хочется», — мелькнуло у меня в голове.

И я повернула голову и, мягко пружиня, сделала осторожный шаг назад. Маленький шажочек просто, чтобы обзор был лучше. К нам присоединился третий обнажённый по пояс мужчина. Только на этот раз, вооруженный длинной катаной. Он был ниже, чем гигант, стоящий перед бритым мужчиной и женщиной, но такой же мощный и сильный. Взгляд, направленный на меня, был тяжелый и совершенно точно не дружелюбный. Его длинные волосы были стянуты на затылке в небрежный хвост.

«Да что же они все голые-то? Везет мне на обнаженных мужчин. Просто поветрие какое-то! Тестостерон на квадратный метр зашкаливает. Его можно ложками черпать и докапывать в качестве допинга если кому-то не хватает!», — проносились глупости у меня в голове, а вот как выпутываться из переделки, я пока не представляла.

— Брат, отойди! Это букэ-но-онна****! — еще раз настойчиво проговорил тот мужчина, что был вооружен обнаженной катаной.

Женщины могли владеть оружием, особенно если они были из сословия самураев. Такую женщину обычно называли онна-бугэйся. Они могли принимать участие в битвах и реально сражаться наравне с мужчинами. Меня же сейчас назвали букэ-но-онна, это означало, что я, возможно, не участвовала в битвах наравне с мужчинами. Это говорило скорее о моем происхождении и, возможно, о том, что я получила традиционный для женщины самурайского класса минимум знаний в рукопашной борьбе и фехтовании.

Но, судя по обнаженной катане и по тому, что младший мужчина достал из-за пояса кинжал-танто, воспринимали меня вполне серьезно.

«И не ошибаются же! Я и в самом деле очень серьезный противник», — мысленно хмыкнула я.

Я сделала еще один малюсенький шажочек вглубь своей комнаты. Это не было отступление. Я просто меняла диспозицию на более выгодную.

«И как выпутаться-то и при этом никого не убить?», — пронеслась первая здравая мысль у меня в голове.

— Опусти катану, Ёсихиро! — вдруг приказал гигант глубоким голосом, который я сразу узнала.

Именно этот голос заставил мою кожу покрыться мурашками там, на тропинке в деревню. Властный, сильный, с бархатными нотками, ласкающими все внутри меня. Я перевела на него взгляд и зависла, глядя в лукавые глаза, в которых сейчас играли смешинки. Он явно не считал меня угрозой.

— Тамэ, она перережет тебе горло, и никто не спасет! — не согласился Ёсихиро-но Минамото.

— Это глупо, брат! — сказал тот, что стоял за гигантом.

— Я сам разберусь. Ёсихиро, Юкииэ, убрали оружие! — снова скомандовал гигант, и его послушали.

Теперь я отчетливо понимала, кто передо мной. Этого гиганта звали Минамото-но Тамэтомо*****, и он был средним сыном главы клана Минамото. А вот тот, что с катаной, был его младшим братом Ёсихиро-но Минамото******. А мужчина, который стоял за спиной старшего брата, был самым младшим из братьев — Минамото-но Юкииэ. У них был еще старший брат, рожденный, в отличие от них, от старшей жены отца. А они все были сыновьями наложниц. Их матери были разными женщинами, но только это особого значения не имело. Имя женщины вообще чаще всего не упоминалось. Был важен отец и род, к которому они принадлежали — Минамото. Все же беседа Нобу с главой деревни не вся прошла мимо моих ушей.

— У маленькой лисички есть зубки, но это не значит, что она укусит? Да? Рыженькая? — весело сказал Тамэтомо-но Минамото.

Я и в самом деле, отступая, встала под ярко-рыжий традиционный фонарь, который, бросая на меня свет, сделал рыжей мою одежду и кожу. Традиционно фонари