Тафгай - Владислав Викторович Порошин

Я помимо своей воли вновь развернул Катюшу к себе передом, и она сама уже сообразила, чем нужно теперь заняться, когда оказалась сидящей на корточках перед моим «фрезерным инструментом».

«Что это за сленг? — возмутился внутренний я. — Какой ещё фрезерный инструмент? Короче, делай что ты там обычно привык, а я подумаю о более важных вещах! Итак, никакая это не компьютерная загробная симуляция. И вообще это обычная земная жизнь, но в прошлом, а именно в 1971 году. На вопрос, как я перелетел сюда из 2021? Ответ был только один — хрен его знает. Я помню кинофильм „Назад в будущее“, но там паренёк летал на машине времени. А я? Я же ехал по проспекту Калинина в Твери на своей „Тойоте Королле“ и тут меня протаранила какая-то сволочь на лексусе. Дальше сквозь пелену уходящего сознания, мелькнули врачи скорой помощи, операционный стол и смерть».

— Да! Да, мой хороший! — Застонала в позе буквой «г» Катерина. Я, значит, пока в своих мыслях ковырялся тут уже во всю — третья стадия пошла! Лихо!

«Потом меня нёс куда-то тоннель, который видят иногда люди, побывавшие в клинической смерти. И вот я вместо кого-то появился здесь. На вопрос, куда делся тот, кто жил в теле до меня? Я тоже ответил просто — хрен его знает».

— Да, мой хороший! — Взвизгнула вахтёрша. — Шлёпни меня как следует! Да, вот так! Да!

«Можете немного потише? — я снова возмутился творившимся безобразием в маленьком подсобном помещении. — Не даёте сосредоточиться! Совесть поимейте! Мне почему-то пришла в голову карточная игра „Пятикарточный покер“, где одну карту ненужную можно скинуть, а вместо неё взять другую. Вот так вот, скорее всего нас с прошлым хозяином тела и поменяли. Его — скинули, а меня — выдали».

— Да! Ещё! Вот так, да! — Подтвердила мою догадку Катерина и, содрогнувшись всем телом, обмякла.

Решив, что процесс «починки кипятильника» завершён, я вынул из «глухого отверстия» свою ещё в рабочем положении «фрезу». И хотел было уже покинуть помещение для всяких хозяйственных нужд, как Катя меня резко остановила.

— А как же ты? — Посмотрела растеряно она на меня снизу вверх.

— Всё, с этого дня берусь за ум, — честно признался я. — Нужны перемены…

— Вам мужикам только красивых подавай, так? — Захныкала Катюша.

— Некрасивых не бывает, — пробурчал я. — Хочешь быть красивой — будь ей. Я тебе упражнения для раскачки попки и всего остального завтра нарисую. Через три месяца себя не узнаешь. Но нужно будет попотеть. Питание сбалансировать.

— Я всё сделаю, я послушная, — мурлыкнула Катя и быстро прильнула к моему инструменту, который я вовремя не зачехлил.

«Нужно будет ненасытную вахтёршу замуж выдать, — подумал я. — А то домой придётся через окно ходить. Ведь терпеть не могу женских слёз и истерик!»

До своей комнаты я всё-таки ближе к часу ночи добрался. Ещё попил чай с Катериной после «починки кипятильника». Показал несколько упражнения для прокачки ног и попки на себе. Оказалось, у нас в общаге на первом этаже в левом крыле была комната с боксерской грушей, штангой, гантелями и гимнастической стенкой. Кто бы что не говорил, а забота о рабочем классе в СССР была не только на словах!

«С завтрашнего дня, точнее уже с сегодняшнего, займусь своими мышцами основательно. Что-то они немного одрябли», — подумал я, стуча в 404-ую. Дверь открыл заспанный сосед в одних семейных трусах. Невысокого роста, среднего телосложения парень. Волосы светло-русые, глаза — не разглядел.

— Завтра же на работу, чего так поздно? — Промычал он.

— В библиотеке был, — соврал я. — Несколько томов Большой Советской Энциклопедии махом проглотил. Только на одном закопался.

— На каком? — Опешил сосед.

— Там, где написано про руководящую и направляющую роль партии, — я вошёл в комнату и заглянул в заварочный чайник — пусто.

«Кстати, а кто это такой и как его зовут?» — спросил я свой сексуально-ненасытный организм.

«Василий, Василёк, молодой специалист, инженер, поселили с тобой, чтобы он помог тебе в школе вечерней молодёжи учиться», — выдал мне информацию мозговой компьютер.

— Руководящая и направляющая роль? — Пробубнил про себя Василий, усевшись на свою кровать и накинув на плечи одеяло. — Наша партия она и руководит, она и направляет… Слушай, давай я тебе завтра всё объясню. Сейчас поспать бы.

Василёк улегся обратно, но тут же подскочил и вернулся в прежнее вертикальное положение.

— А с тобой всё в порядке? — Спросил растеряно он. — Я тут уже месяц. И ты каждый день, то пьешь, то баб водишь, а чаще эти два дела совмещаешь. Иногда пропадаешь где-то на несколько дней. Что сегодня-то случилось?

— Хватит, пора браться за ум, — я порыскал глазами в поисках банного полотенца. — Так жить больше нельзя. Во что нормальная комната превратилась! Обои кое-где разодраны, скатерть прожгли. Даже радио и то висит по диагонали. Дверь пока не закрывай, я в душ.

По ночному коридору с полотенцем в одной руке, с зубной пастой и щёткой в другой я прошёлся сначала в один конец коридора, и обнаружил там туалет и комнату с умывальниками. Затем прошлёпал в другое крыло, и там находчивые архитекторы воткнули туалет и умывальники.

«А где же у нас здесь душ?» — спросил я сам себя.

«В подвале, один на четыре этажа», — ответил мозг моего нового тела.

Глава 5

«Легко сказать — начинаю новую жизнь. А как это воплотить в реальность? С чего начать? Куда податься?» — думал я, шагая по проспекту Ильича. Затем повернув на улицу Автомобильную, ноги сами меня привели на площадь перед хоккейным стадионом «Торпедо». На входе в эту под открытым небом спортивную арену красовалась большая афиша: «Внимание всем! 1 октября состоится открытие XXVI-го чемпионата СССР по хоккею. Играют „Торпедо“ Горький — „Спартак“ Москва».

Конечно, в удовольствии посмотреть на то, как готовится город к стартовой встрече с москвичами, я оказать себе не смог. Я беспрепятственно прошёл через бесхозную вертушку, и поднялся на главную трибуну. В хоккейной коробке прямо по бетонному покрытию пацаны гоняли футбольный мяч. За баталией наблюдал дедушка интеллигентной внешности, в шляпе и с