Бесконечный беспредел х2 - Роман Драксодий

тупо лезть в драку. И, во-вторых, как тебя вообще зовут?

— Сома, господин, — прохрипел пацан и, немного откатившись от Мяу, медленно встал на ноги, чтобы поклониться, при этом не хило так шатаясь.

— Принято, Николаич? — я посмотрел на старика.

— А? Что? — встрепенулся и одновременно напрягся он.

— Ты с нами или тебя высадить где-нибудь?

— С вами… — вздохнул он. — Куда ж мне теперь…

— Так, тут порешали, — я кивнул. — Мяу, ёпт, да встань ты уже! Мне на тебя смотреть больно!

Девушка грациозно перетекла из горизонтальной позы в вертикальную, и скромно сложила руки перед собой, при этом настолько мило потупив взгляд, что моё сердце вновь застучало в горле.

— Так, теперь ты, Гнюша, — я вперил взгляд в кудрявое стихийное бедствие.

Она удивлённо приподняла одну бровь.

— Ты меня бесишь своим высокомерием и если продолжишь в том же духе, то пойдёшь в жопу! Уяснила⁈

— В какую такую жопу? — ехидно поинтересовалась она.

— В жопу бати своего! А потом вместе с ним отправитесь в жопу мироздания! — прорычал я, ничуть не боясь гнева высших сил, у которых на меня слишком большие планы и надежды. — Если продолжишь корчить из себя принцессу, то я сделаю из тебя батарейку, запихну в самое огромное резиновое дилдо и подарю самой жирной жабе на ближайшем болоте! Я понятно излагаю?

— Нет… — она несколько раз растерянно хлопнула густыми ресницами.

— Да пофиг… Дальше. Мяу. С тобой всё понятно, я тебя услышал.

Мяу кивнула не поднимая глаз.

— Вы, — я повернулся к голове черепаха, в чьём клюве всё ещё тихо постанывала Сарацигаримит, и проворчал: — А вы меня просто раздражаете.

— Я стараюсь, хозяин, — изобразил самодовольную улыбку Долоящер, а древняя одними губами пожелала мне мучительной смерти.

— Так, Ибун, — я задумчиво уставился на здоровяка. — Ибун молодец, будьте как Ибун!

— Спасибо, брат! — он кивнул и отсалютовал мне божественной колотушкой.

— На здоровье, брат, — кивнул я в ответ.

Окинул сомнительным взглядом свой «легион» и понял, что у меня нет ни малейшего понятия, что же делать дальше.

— Господи, подай мне знак… — пробормотал я в пространство, пытаясь собрать скачущие мысли в кучу.

«Остановись и подожди!» — пророкотало из пустоты сверху.

Я вздрогнул и оглянулся на товарищей, но никто из них и бровью не повёл. Никто, кроме ухмыляющейся Гнюши, но она мне не товарищ!

— Ходу, панцирный! — прикрикнул я на черепаха, нервно вглядываясь в просеку, остающуюся за нами.

Ну нахер, что бы там ни было, я не хочу этого дожидаться! Оно, конечно, может без труда следовать за нами, по такой-то дороге, но буду надеяться…

Кстати, давно хотел кое-что спросить у Долбоящера!

— Слышь, зверь неведомый, а как вы свои туши прячете? С вашими габаритами вас бы уже давно всех переловили.

Он повернул голову, выплюнул подрагивающую Сарацигаримит и хитро прищурился. А в следующий момент начало происходить нечто невероятное!

Черепах по-прежнему подминал под себя деревья на ходу, но они чудесным образом распрямлялись зразу за его кормой, и даже следов от могучих лап не оставалось на мягкой почве. Я не сдержал любопытства и подскочил к краю панциря, где увидел, как могучие лапища по самые колени погружаются в землю как в кисель, который сразу затягивается. От самого же зверя исходило едва уловимое движение духовной силы, практически незаметное в окружающих нас потоках.

Заметив моё ошеломление, Долбоящер самодовольно оскалился и погрузился в почву ещё глубже, оставив над землёй только шею и небольшой пятачок панциря на котором сгрудились удивлённые мы. Теперь густой и высокий лес полностью скрывал нас от посторонних наблюдателей, а мы без единого толчка плыли через этот массив, как лодка по спокойной воде.

Ри и Сома восторженными глазами пялились на это чудо, мгновенно забыв про разногласия и вместе бегая от края к краю панцирного островка, когда особо толстое дерево, как резиновое, плавно подминалось черепахом, а затем так же спокойно распрямлялось.

— Он зверь стихии земли, чему вы так удивляетесь, ничтожества? — презрительно проворчала древняя, поднимаясь на трясущихся ногах и, ничуть не стесняясь, начала сгонять ладонями слюни со своего обнажённого тела.

— О, ты теперь снова разговариваешь с нами? — я улыбнулся.

— Я кое-что поняла и теперь думаю, как применить эти знания, чтобы убить тебя…

— Для начала, тебе придётся подкачаться, — я самодовольно скрестил руки на груди. — Сейчас твоё единственное преимущество в том, что ты блокируешь чужие потоки духовной энергии, а в остальном ты обычный человек. Пустая, если угодно. Я бы даже сказал — минусовая!

И широко улыбнулся собственной шутке. Единственный из всех. Как дурак. Ну да пофиг.

— Я могу прикончить тебя во сне, — равнодушно пожала плечами древняя и повернулась к Мяу: — Ты, дай мне одежду.

— Пфф, обойдёшься! — Мяу скрестила руки на груди и с вызовом взглянула на бессмертную.

— Старик, снимай свои лохмотья или я убью тебя! — теперь древняя обратила своё внимание на старика.

— Никто никого не убьёт! Завязывай с угрозами, — я решительно встал перед обслюнявленной Сарацигаримит. — Я бы мог сделать тебе одежду, если бы ты объяснила, как строить духовный дворец.

— Как это поможет? — она усмехнулась.

— Ну смотри, — я щёлкнул пальцами и в ту же секунду над нами появился падающий вниз духовный дворец Руона.

С следующее мгновение он пропал, вернувшись в мой внутренний мир, а древняя скептически вскинула бровь:

— И?

— Научи меня делать такое золото и я сделаю тебе из него одежду.

— Пф, ничтожество, ты хоть представляешь уровень концентрации, который необходим, чтобы сжимать духовную энергии и по капле выцеживать её из ядра души? Тебе этого не достичь и через тысячу лет…

Но я уже не слушал. Значит просто сжимать, да? Нырнул во внутренний мир и раскрутил свой духовный механизм на полную мощность, при этом постарался перекрыть поступление энергии из вне. Одновременно с этим представил принцип устройства звёзд и невероятное давление внутри них, что и попытался воплотить.

Внезапно, я что-то почувствовал, и с поверхности стремительно худеющего ядра поднялась тончайшая золотая пыль, похожая на пыльцу. Она, послушная моей воле, закрутилась хороводом микроскопических искорок вокруг моего пальца.

Лёгкое давление волей и вот в моих руках тончайшая золотая ниточка, от которой исходит странное ощущение уверенности, мощи, а так же родства.

Увы, но целой половины ядра хватило только на мини-бикини, что как бы намекало на масштабы трудозатрат, но, если я всё правильно понимаю, этот материал абсолютно ультимативный, хоть и медленно испаряется в реальном мире.

— … даже если ты обзаведёшься могущественными артефактами. Так что просто смирись со своей никчёмностью, ты жалкое….

— На, — я прервал тираду древней и швырнул ей