Бесконечный беспредел х2 - Роман Драксодий

кашлем. Воины закрывали лица тряпками и руками, а вместо боевых кличей лишь пихали соседа по строю плечами, призывая к действию. Но никто так и не решился.

Наконец, один плезиозаврообразных монстров не выдержал и попытался сделать нам кусь. Он резко вытянул длинную, гибкую шею в мою сторону и огромная зубастая пасть разверзлась прямо перед моим лицом.

Громко взвыл Вихрь и чудовище длинной макарониной втянулось в шланг с противным хлюпаньем и треском костей. Моё тело мгновенно наполнилось силой и энергией и, войдя в режим форсажа, я совершил мгновенный рывок к остальным тварям и ураганом прошёлся по их рядам, всасывая всех.

Это был уже совершенно иной уровень! Я двигался на пределе и настолько быстро, что когда последний хвост скрылся в трубе пылесоса, наездники чудовищ поглощённых только начинали падать.

Когда тела с громкой руганью грохнулись на мокрые камни, я уже стоял на спине черепаха и демонстративно похрустывал суставами пальцев и шеи, делая этакую разминку с наклонами в стороны и потягиванием.

Удивительно, но подобная демонстрация силы мгновенно отрезвила последних из активистов и вновь воцарилась тишина. Никто не хотел умирать ради пустой мести и все чего-то ждали.

Я же воспользовался этой паузой и выдал из пылесоса густое, концентрированное облако жизненной энергии поглощённых чудовищ, которое накрыло панцирь целиком, и в которое черепах поспешил сунуть голову, жадно втягивая чистую силу огромными ноздрями.

Меньше минуты нам потребовалось, чтобы восстановиться. Тут, конечно, сказался мой опыт, ведь с каждым разом я всё лучше и ловчее пользовался чудо пылесосом. Когда туман ЖЭ рассеялся, перед ахнувшей толпой стояли мы — живые, здоровые и пышущие силой и уверенностью. Даже Гнюша приняла человеческую форму и скользила надменным взглядом по завороженным такой быстрой метаморфозой лицам присутствующих. В её пышной причёске с треском проскакивали красные молнии, а светящиеся красным глаза оставляли в воздухе световые линии при каждом движении головы.

Старик Николаич с удивлением ощупывал себя и двигался настолько ловко и гибко, что это вообще не соотносилось с его дряхло-бомжеватым видом и вызывало когнитивный диссонанс. Пацан просто сиял и исполнял какие-то нелепые удары в воздух, будто тот задолжал ему кругленькую сумму.

Мяу во всю обнималась с сестрой и беспрестанно спрашивала как та себя чувствует. Древняя, как всегда, бормотала проклятия и желала нам сдохнуть, а Ибун пафосно опирался на божественное яйцо на палке и пристально смотрел на меня, чего-то ожидая.

А я понятия не имел, что делать дальше. Чисто технически я выполнил обещанное Мяу и теперь из глобальных задач осталось только поручение бога и, как следствие, путешествие домой. Вот только как подступиться к божественному заданию я, честно говоря, вообще понятия не имел…

— Хочу жрать и трахаться! — внезапно пророкотал черепах, которому надоела эта неопределённость и он обвёл людей хитрым взглядом прищуренных глаз.

Все разом отшатнулись и побледнели от такой перспективы.

— А если мы отказываемся? — донёсся из толпы робкий голос.

Все стали крутить головами в поисках смельчака, но тот ловко затерялся.

— Меня сожри! — вдруг закричала Сарацигаримит.

Она подбежала к краю панциря и прыгнула прямо в пасть удивлённого черепаха. Тот пожал плечами, насколько это вообще позволяла его физиология, и активно задвигал челюстями.

— А если не хотите сдохнуть в муках, то преклоните колени и признайте господина Ёпта! — внезапно закричал наш пацан.

Он запрыгнул на голову Долбоящера, от чего последний слегка обалдел, но жевать не перестал. Я же находился в таком ахере, что замер истуканом.

— Господин Ёпт собирает легион по велению Бога, чтобы спасти всех людей! Вступайте в наши ряды и обретите силу и славу!

И только я собрался одёрнуть зарвавшегося пацана, как в толпе послышались крики:

— Мы никогда не предадим Орден Познания!

— Старшие придут сюда и разберутся с вами!

— Это вы сдохните в муках!

— Вперёд, браться, нападём все вместе!

После последней фразы люди резко расступились в стороны, создав пустую зону отчуждения вокруг крикливой группы в знакомых мне доспехах. Они героически подняли оружие, видимо намереваясь подороже продать свои жизни, но чего-чего, а вот драться мне ни с кем не хотелось от слова «совсем».

Нужно всё объяснить и закончить уже этот балаган. И только я открыл ьыло рот, как над площадью разнеслись стоны, исходящие из пасти черепаха. И все взгляды устремились туда.

Долбоящер демонстративно раскрыл мощный клюв и все увидели то, что мы уже видели — его язык обвивал стонущую от удовольствия древнюю в самых неприличных позах.

Мужская часть толпы побледнела, а женская покраснела.

— Лучше смерть! — роптали мужики.

— А может вступить к ним? — тихо шептались женщины.

— Был бы у меня такой духовный зверь, я бы и замуж не пошла никогда! — громко объявила рослая воительница, на которой из доспехов был только бронелифчик.

Со всех сторон раздалось женское хихиканье.

Короче, атмосфера окончательно скатилась в какую-то дичь и я устало махнул рукой черепаху:

— Валим отсюда. Нужно подумать, что делать дальше.

Черепах кивнул и побежал сквозь расступившуюся толпу, прочь из города.

Глава 27

Больше всего я переживал, что нам в спину полетят снаряды или техники, но люди быстро вернулись к привычному занятию и начали выяснять отношения, а именно, в свете новых вводных, всерьёз решили проверить на прочность армию ордена познания. Однако, судя по крикам, перевес был на стороне революционеров и обычным гражданам уготована учесть если не рабов, то пролетариата уж точно.

Под подобные размышления я гордо смотрел вперёд, пока черепах ломился через ограждающий город лесной массив и оставлял за собой широкую просеку. Всё это происходило под непрекращающиеся сладострастные стоны, доносящиеся из пасти ухмыляющейся зверюги.

Кажется, такими темпами древняя вновь почувствует вкус к жизни и у нас появится шанс на познание древних техник и секретов. Но в этой ситуации мне одно было непонятно: неужели на Долбоящера не действует её блокировка духовной силы?

И только я хотел поднять на обсуждение этот немаловажный (на самом деле нет) вопрос, как на меня налетела Мяу и настолько крепко прижалась к моей спине, что я без труда ощутил все изгибы её тела.

«А вот и награда подъехала!» — усмехнулся я про себя, но внешне никак не отреагировал и продолжил стоять в гордой позе победителя.

— Спасибо, Ёпт! Я теперь навечно твоя рабыня! — тихо прошептала она дрожащим от смущения голосом, но в нём было столько искренности и благодарности, что моё сердце подпрыгнуло и гулко забилось где-то в горле.

— Да будет так! — провозгласил я, стараясь сохранить твёрдость в голосе, и резко повернулся,