Эромант. Система Соблазнения (СИ) - Чехин Сергей Николаевич

— Вы что, со мной флиртуете? — строго спросила девушка.

— Лишь выражаю радость от вашего визита. Мои слова — не более, чем гостеприимство.

— И все же предупрежу заранее, что мне подходит лишь один вид отношений — деловые. Проще говоря, мне не нужны комплименты. Мне нужны данные.

Вы открыли предпочтение:

Корпоративная этика — с юных лет Кассандру учили думать лишь о благе Компании и устранять все, что мешает служить ей с полной отдачей. В первую очередь — романтические связи.

Ну, хоть еще бонусов не срезали — и на том спасибо.

— Данные? То есть, берете меня в напарники?

— Скорее, в сексоты. То есть, в секретные сотрудники.

— Тут вы не ошиблись. Я очень люблю заниматься сексотством. То есть, секретным сотрудничеством.

— Мистер Дуров… — Джонс холодно сощурилась. — Мне кажется, или вы на что-то намекаете?

— Ни в коем случае, — поднял ладони. — Лишь говорю, что готов служить вам верой и правдой.

— Правда? Вы уверены, что ни с кем меня не путаете? При виде агента люди обычно не отпускают скабрезные каламбуры, а исходят ледяным потом и забывают, как дышать. И это — еще с твердым характером и выдержкой. Малодушные же вовсе падают ниц и начинают заикаться, как еретики при виде инквизитора. Вы же ведете себя настолько дерзко и нагло, словно ничего не знаете о работе агентов. А такое возможно лишь в том случае, если вы попали на остров совсем недавно.

— Послушайте, — я подался вперед и перешел на шепот. — Я — простой парень, и впервые оказался среди дворян и чародеев. А они только и заняты тем, что болтают о политике и нахваливают девушек. Политика меня не интересует, вот и пытаюсь влиться в высшее общество, как могу. Если для вас это достаточное основание, чтобы бросить в застенки и допросить с пристрастием — что же, ваше право. Хоть сейчас, мне скрывать нечего.

— Вы слишком умно изъясняетесь для простого парня, — Кассандра и не подумала снижать градус подозрительности.

— А я и не говорил, что я — неотесанный рыбак.

— И чем же вы занимаетесь по жизни? — она изогнула тонкую острую бровь.

— Я — токарь, — честно признался.

— И у вас, конечно же, есть ремесленная грамота? И запись в родовой книге? И упоминания в переписях? И если я подниму архивы, то легко прослежу ваш путь в Новом Белгороде от первого крика до сего дня?

— Пожалуйста, — поднял ладони и откинулся на спинку. — Я вам и деталь выточить могу — какую захотите. Но вы, похоже, уже назначили меня главным подозреваемым.

— Потому что вы очень подозрительны, — с холодным интересом сказала девушка. — Вы — словно взрослый начитанный и рассудительный мужчина, невесть как оказавшийся в теле юнца.

— Ну, замечательно, — хмыкнул и глотнул вина. — Теперь обвиняете в том, чего вообще нет в природе. Похоже, от костра мне никак не отвертеться, да?

Она хотела что-то сказать, но тут раздался хлопок и скрежет — поддатый Пинкер встал из-за стола и заявил:

— Обед вышел отменный. Вино — выше всяких похвал. А после плотной трапезы неплохо бы подвигаться, чтобы не завязался жирок, — инспектор похлопал себя по пузу. — Так почему бы нам не насладиться танцами?

Сказано — сделано, дорогому гостю фиг откажешь. Служанки перенесли стол к окну, с площади под конвоем привели оркестр, и мокрые от жары и страха музыканты заиграли веселый мотивчик.

— Нет-нет-нет, господа! — Роджер пьяно тряхнул пальцем. — Не так быстро, а то и кишки завернутся. Давайте-ка что-нибудь медленное.

Заиграл «медляк», и янки тут же протянул руку Анри. Марию, как и ожидалось, трогать не отважился, а вот князя совсем не боялся. Не удивлюсь, если под вечер он предложит Михаилу опробовать невесту по праву первой ночи — с него станется. Я же, наоборот, хотел уязвить Мерлина и собрался подойти к блондинке, как вдруг меня окликнула Кэс:

— Саймон, вы не против?

И протянула ладонь.

— А как же деловые отношения? — удивился я.

— Корпоративы — неотъемлемая их часть, — Джонс хищно сощурилась.

— Э-э… — в задумчивости почесал затылок. — Я — парень простой и всяким вальсам не обучен…

— А кто-то играет вальс? Ни за что не поверю, что городской мужчина ваших лет совершенно не умеет танцевать. На мой взгляд, это весьма… подозрительно.

— Опять вы за свое? — качнул головой и сжал тонкие холодные пальцы. — Хорошо, но потом не вините за испорченные туфли.

— Я просто выставлю вам счет, — Кассандра ухмыльнулась.

Мы сошлись недалеко от выхода: моя рука — на ее талии, ее рука — на моем плече, ладони вместе — и неспешно закружились.

Я то и дело косился на пол, чтобы не наступить партнерше на ногу, она же неотрывно сверлила меня исподлобья, явно выискивая, к чему еще докопаться.

Но если я с честью выдержу этот прием, то отведу подозрения не только от себя, но и от хозяев и выиграю нам время для маневра.

— Как думаете, эти слухи — правдивы? — вкрадчиво спросила партнерша.

— Про чужака? Не знаю. Но дыма без огня не бывает. Вам бы лучше спросить того, от кого этот слух пошел. Он и на чужака, уверен, укажет.

— Так он уже указал. Вернее, дал приметы. Молодой, высокий, стройный шатен со светлыми глазами, — с каждым словом намека в голосе становилось все больше.

— Ну, под это описание вся молодежь города подходит.

— А еще умеет выпускать молнию из рук. Это тоже вся молодежь у вас умеет? Я наслышана о талантах и смекалке новых белгородцев, но что бы настолько…

— К чему все эти расспросы? — равнодушно пожал плечами. — Достаточно одного касания кристалла — и все тайное сразу станет явным. Или вас забавляет играть со мной, как кошка с мышкой?

— Не такой уж вы и мышонок, — Кэс расплылась в змеиной улыбке. — Однако ваше сердце стучит столь быстро, словно вы трижды оббежали городские стены. Чего вы так боитесь, мистер?

— Боюсь вашей реакции на мой ответ.

— Я никогда не наказываю за правду.

— Дело в том, что я еще не танцевал с такими красивыми, властными — и что уж греха таить — откровенно опасными девушками — да еще и так близко. И это… заводит. Теперь можете бить, — подставил ей правую щеку, однако спутница лишь усмехнулась.

— Я не бью, когда мне говорят правду. Я бью, когда отказываются ее говорить.

Вы открыли привычку:

Награда за честность — Кассандра привыкла наказывать за ложь, а к правде относится весьма лояльно — даже к неудобной.

Очки отношений: +35

Очков до повышения: 465/500

Блин… Еще пара удачных комплиментов — и интерес со стороны мегеры обеспечен, а там и до симпатии недалеко, а вместе с ней откроется флирт — и дело пойдет гораздо быстрее.

— А ваша сестра вас тоже заводит? — вопрос американки окатил, будто ведро ледяной воды.

— Не понял, — произнес довольно резко. — Что за намеки?

— Вы говорите, что танец со мной возбуждает в вас мужскую силу. Однако чаще смотрите не на меня, а на Арину. И почему-то создается очень стойкое ощущение, что вы ее ревнуете — и к инспектору, и к будущему мужу.

— Чушь собачья. Просто Пинкер распускает руки, а для меня это — неприемлемо.

— Вы лжете, мистер Дуров, — Джонс победоносно усмехнулась. — И это впервые так хорошо заметно. Вы же сами видели, что инспектор не опускал ладони ниже талии, даже несмотря на подпитие — а это показатель величайшего уважения с его стороны. Так что варианта остается два. Либо в маленьком городке так мало подходящих пар, что брат засматривается на сестру… либо вы вообще не родственники. Ну так что, мистер Дуров? Сразу признаетесь — или мне помочь?

Штирлиц никогда не был так близок к провалу. И чтобы нас не взяли за задницы, пришлось резко повышать ставки и эскалировать ситуацию до предела.

— Брат засматривается на сестру? — с вызовом хохотнул ей прямо в лицо. — Здесь русский город, а не Алабама.