К истокам зла - Оро Призывающий

обратно и поглядела на тарелку перед собой. Что за гадость… нет, никакого аппетита, ни малейшего. Килетта отодвинула блюдо прочь.

— Они уехали сюда и не вернулись, — пожал плечами Корриган. — Дорога дальняя, а они все прибыли из-за морей. В путешествиях такое бывает!

— Не вернулись? — Килетта сощурилась. — Хочешь просто прирезать их, пока они сидят у нас в застенках, тихо и не поднимая шума?

— Именно это я и хочу сделать, моя королева, — кивнул Корриган. — А затем от всего отказываться, если прибудут послы. Мы никого не видели, и…

— Послы⁈ — вскочила Килетта снова. — Какие послы могут прибыть к нам из стран, где всем заправляют смертепоклонники? А может, они ещё и пришлют к нам послами какие-нибудь гниющие трупы, а?

Разумеется, никаких гниющих трупов в числе послов Фальрии быть не могло, и Килетта это знала. Гротлинг — тот, старый Гротлинг, до изменения реальности — был первой и единственной страной (из известных ей), где скелеты и зомби были кем-то, кроме служителей Анкубы.

Но… сейчас Килетте было не до логики и не до фактов. К тому же, после всего пережитого ни она, ни Корриган не делали разницы между гниющим трупом — и мирным обывателем, вся вина которого была лишь в молитве, обращённой к Анкубе.

— Если послы какой-то из этих стран, — прошипела Килетта, — сунутся на нашу территорию — их ждёт то же самое. Мы — Светлый Гротлинг! Наш первый и единственный жест доброй воли — это сообщение о том, что будет, если поклоняющиеся Смерти мерзавцы вступят на наши земли. Пускай внимают предупреждению или отправляются к своей демонической покровительнице!

— Мы не потянем войну на два фронта, — попытался осадить её Корриган. — Первый фронт — это Геневис, который, я верю, ещё проявит себя. Каждая из стран, с которой мы рассоримся, будет вторым, третьим и так далее…

Он покачал головой.

— К тому же, у нас в столице полно торговцев из Фальрии. Никто из них не оказывался смертепоклонником… может быть, там, как и в Санглате, просто свобода вероисповедания?

Ему всегда было тяжело это понять. Человеку, мир которого погиб, сожранный ордами зомби, уничтоженный тёмной волей некромантов, почти невозможно было представить, что же заставляет людей — обычных, простых людей, не злодеев и не убийц! — поклоняться Богине Смерти.

— Трое аристократов, — Килетта отодвинула кресло и вышла из-за стола; жаркое остыло окончательно. — Узнай, откуда они. Я напишу королям этих стран дипломатическое письмо с извинениями, в котором оповещу, что смертепоклонники, пересёкшие наши границы, нарушают законы Гротлинга и подлежат смерти. А затем…

Она покачала головой.

— Казнь. Смертельная казнь, без каких-либо украшений! Я хочу, чтобы люди — жители моей собственной страны! — видели, что бывает с такими, как эти негодяи.

Она усмехнулась.

— Ну а наше собственное подполье… то, на которое мы сделали ставку — их такие меры только подстегнут работать быстрее, и рано или поздно они выйдут на связь с Геневисом.

Килетта поглядела на Корригана.

— Выполняйте, лорд.

— Есть, моя королева, — почтительно кивнул тот.

Глава 67

Определенно, пленники

Нас грубо и с силой впихнули в тесную камеру — и, пока мы пытались встать с пола, за нашими спинами загремела решётка. Чёрт. Могли бы и повежливее, особенно с бывшим королём… И очень надеюсь, что и будущим тоже.

— Верну себе трон — казню к чертям собачьим, — проворчал я. Чушь, конечно: кто будет мстить простым стражникам, когда есть настоящий виновник всех наших злоключений?

— Лучше помолчи, — буркнул Тилль, вставая и поправляя очки. Я огляделся по сторонам — и понял, к чему это он. Мы были не одни в помещении.

— И вас тоже? — произнёс прямо передо мной басовитый голос. — Кому из Богов молились, пленнички?

— Анкубе, — я медленно поднялся на ноги и осмотрел говорящего. Внушительный тип… внешне он выглядел силачом, а его лихо закрученные усы придавали ему какое-то сходство с гусаром или кем-то вроде. — А вы, незнакомец?

— Отчего же незнакомец? — хмыкнул он. — Нам теперь здесь сидеть ещё невесть сколько, поэтому зовите меня графом Рихтером. Моя вина ровно в том же, что и ваша: помимо Клораса, почитал и его наречённую сестру. Вы ведь, полагаю, тоже не фанатик, почитающий её одну?

— Именно так, — кивнул я. — Рад знакомству, граф, и ещё больше рад встретить тут человека, который не теряет ни присутствия духа, ни остроумия. Я Венс Гольт, купец, а это Шиаль, мой секретарь.

Я хотел было прибавить «мы прибыли из Фальрии», но в последний момент передумал. Откуда этот тип? Хорошо, если из Санглата, а если тоже из Фальрии? Слово за слово, захочет пообщаться с земляком — и обнаружит, что я вовсе не тот, за кого себя выдаю?

Конечно, ожидать какого-то подвоха от графа можно было едва ли, но… осторожность не повредит. Мы и так пренебрегли ей, когда сунулись сюда.

— Что ж, господа, располагайтесь, — граф гостеприимно и радушно похлопал по сырым тюремным койкам. — Здесь нет сословий и званий; местные стражники уравняли нас в них.

Он указал рукой куда-то вперёд — туда, где за решёткой что-то неопределённо чернело.

— Вон там сидят ещё четверо. Двое дворян, как и я, из Калистора, и ещё два купца с Санглатского побережья, что имели неосторожность поклоняться Гиару, покровителю моряков.

Да, кажется, был такой бог — или, точнее сказать, мелкий божок, уровня той же Хиалы — в местном пантеоне. Может быть, в новой версии реальности мореходство распространено сильнее, и он теперь набрал больше силы?

— Значит, привет товарищам по несчастью, — пробормотал я, садясь на край койки. — Мы с Шиалем прибыли из Фальрии.

— Разве в Фальрии почитают Анкубу? — раздалось напротив. Кажется, вот и один из новых соседей.

— Почитают, — подтвердил «Хиаль». — Не все, но многие, и мы с молодым господином Венсом в том числе.

Самым сложным было не сбиться с выдуманных имён; мы с Тиллем повторили их по сто раз, и всё равно я боялся не отреагировать,