Император Пограничья 25 - Евгений И. Астахов
— Артефакты связи и магические датчики можете пока оставить в ящиках, — сказал я. — Аура Абсолюта глушит любую магическую коммуникацию вокруг Бастиона. Ни магофоны, ни амулеты связи здесь не работают с первого дня осады.
Недорубко кивнул без тени удивления.
— Князь Светлояров это предвидел. Вторая половина пакета — чистая электроника на базе Шанхайских компонентов, не завязанная на магию. Портативные рации, проводные коммутаторы, электронные датчики движения. Работает на батареях и радиоволнах. Полагаю, магическое подавление на них не влияет.
А вот это я оценил по-настоящему. Десять дней мы координировали оборону через пеших гонцов, Живую картографию и Воинскую связь. Электроника, не зависящая от магии, решала проблему, вот только производил её в промышленных масштабах один Шанхай, и достать такой объём оборудования разом было задачей, посильной считанным людям на континенте. Светлояров, очевидно, был одним из них: либо закупил заранее, либо держал на складах, предвидя ситуацию, в которой магическая связь окажется бесполезной. И то и другое говорило о ресурсах и предусмотрительности, которые я предпочитал не недооценивать. Впервые за полторы недели я получал возможность управлять обороной, а не затыкать дыры собственным телом.
Разумеется, Светлояров заодно отращивал себе обратно глаза и уши в зоне боевых действий. Электроника не завязана на магию, зато завязана на того, кто её произвёл и приобрёл. Не удивлюсь, если через каждую рацию и каждый датчик новосибирский князь получал возможность слушать, записывать и анализировать всё, что происходило в радиусе покрытия. Впрочем, мне сейчас было плевать на его мотивы, потому что воевать с Абсолютом без нормальной связи — всё равно что рубиться в кромешной темноте.
— Принято, — бросил я. — Начинайте разворачивать своё добро прямо сейчас. К вечеру мне нужно покрытие стен и ключевых секторов.
Недорубко козырнул и зашагал к своим.
Из хвоста колонны тем временем выгружались бойцы князя Багратуни. Эти полторы сотни людей выглядели заметно бодрее остального конвоя, хотя тряслись в тех же грузовиках и прорывались через тех же тварей. Смуглые черноволосые солдаты в камуфляже спрыгивали на мостовую деловито, без суеты, и сразу выстраивались, не дожидаясь окрика. Среди них я насчитал десяток магов, и двое из этого десятка по плотности ауры тянули на Магистров. Остальные разнились от Подмастерий до Мастеров.
Ко мне подошёл их старший, коренастый мужчина лет сорока с густыми чёрными усами и цепкой хваткой ладони. Капитан Аветисян, как он представился. Багратуни направил отряд в помощь Детройту, как и обещал: полторы сотни бойцов, несколько магов. Отдельной колонной идти не рискнули, ждали попутного конвоя и присоединились к Витязям ещё в Новом Амстердаме.
— Горцы? — уточнил я, окинув взглядом выстраивающуюся шеренгу.
Те выпрыгивали из грузовиков с таким видом, будто наведённая Абсолютом зима — это нормальный вторник. Подозреваю, что для людей, выросших на высоте двух-трёх тысяч метров, понятие «холодно» начинается в тех температурах, при которых жители равнины уже пишут завещание.
— Горцы, — с гордостью откликнулся Аветисян. — Ваша зима нас не напугает.
Пригласив командиров и ключевых магов на оперативное совещание в штабе, я отправился прочь.
* * *
Мы собрались в конференц-зале штаба, где лежали развёрнутые карты Детройта и окрестностей, испещрённые пометками. Присутствовали Арбитры в полном составе, мои спутники, Бьёрн, Торвальд, Корнелиус, Стефан, и, конечно, Мари-Луиз. Прибывшие с утренним конвоем тоже заняли места: Недорубко устроился с краю, положив перед собой блокнот с пометками, капитан Аветисян сел рядом с ним, скрестив руки на груди. Строганов и Шуйский расположились напротив друг друга и оба старательно делали вид, что второго не существует. Герсдорф сидела по правую руку от Хранительницы, спина прямая, будто палку проглотила, руки аккуратно сложены на колене, лицо не выражало ничего. Велеславский явился последним, сел, откинувшись на стуле и стал слушать.
Я обозначил ситуацию. Хлад отступил, получив повреждения, но жив. Портал по-прежнему функционирует, привязанный к телу Абсолюта, и армия Бездушных продолжает получать подкрепления. Сидеть и ждать означает дать врагу восстановиться. Нужно атаковать, не затягивая с этим.
Герсдорф слушала, и на первом же перерыве, когда я перешёл от обзора к конкретной тактике, позволила себе ремарку:
— Берлинская академия изучает Абсолютов двести лет, — произнесла баронесса ровным голосом, глядя мне в глаза. — Вы изучали их, по вашим словам, по семейным архивам. Простите, если я оставлю за собой право подвергать ваши решения сомнению.
Клара привыкла к тому, что она глава Арбитров и оперативные решения принимаются внутри подразделения. Я был чужаком, князем из захолустья Содружества, который по решению политиков командовал операцией. Берлинский Феникс не устраивала сцен, потому что была слишком профессиональна для этого. Её замечание прозвучало спокойно, почти буднично.
— Сомневайтесь, мне-то что, — ответил я. — Главное, исполняйте.
Я сформулировал план, для которого потребуется штурмовая группа из лучших бойцов и магов. Территория вокруг Чёрного Вигвама пуста, гражданских нет, а значит, можно использовать самую разрушительную магию без оглядки на сопутствующий ущерб. Для максимальной эффективности нужно заранее продумать тактические связки, комбинации заклинаний, а для этого мне необходимо понимать возможности каждого участника.
Недорубко поднял руку, дождался кивка и спросил коротко, по-военному:
— Штурмовая группа — это ударный кулак. А кто держит периметр, пока кулак бьёт? Мои ребята привыкли воевать хоть со Жнецами, хоть с Кощеями, в охранении толку от нас будет мало.
— Гарнизон Детройта обеспечивает внешнее оцепление. Для ваших талантов найдётся иная работа.
Это сотника, похоже, устроило.
Аветисян, до сих пор молча изучавший карту, ткнул пальцем в один из подходов к Чёрному Вигваму.
— Здесь овраги и промёрзший лес. Мои люди знают, как воевать на пересечённой местности, для нас это привычная работа. Если нужен фланговый заслон на западном направлении, мы возьмём это на себя.
— Учту.
Строганов, сидевший с каменным лицом, процедил, не глядя на меня:
— Каковы будут наши задачи?
Фраза звучала так, будто каждое слово причиняло ему физическую боль, но граф произнёс её целиком, и это уже было чем-то. Шуйский рядом молча кивнул, подтверждая интерес.
— Определимся по ходу совещания, — ответил я. — Криомант и аэромант в штурмовой группе лишними не будут.
— А кто назначил князя Платонова координатором операции? — спросил Велеславский, ломая вдребезги деловой тон совещания.
Вопрос был адресован не мне, а всем. Старый металломант сидел, скрестив руки на груди, и его седая голова была чуть наклонена набок. Глаза за шестьдесят лет боевой практики не
