Первый среди равных. Книга X - Жорж Бор

— Что по поводу Ильи Петровича? — задал следующий вопрос я.

— Ой, слушайте, а он же тут вместе с Александром, — спохватился Пескарёв. — Честно говоря, эти двое не расстаются со своим изобретением. Все таскают его с собой. Я пытался Илье Петровичу сказать, чтобы он положил его где-то, но тот все ждет, что вы приедете, чтобы сразу показать свои достижения.

— Понимаю, — слегка улыбнулся я. — Ну, ведите тогда к нему. Заодно и посмотрим, чего они там с Березой придумали.

Бывший ведущий учёный артефактного дома Воронцовых сидел за отдельным столом для особо важных жителей Сибыкина. Рядом с ним пустовало место самого Пескарёва, а чуть дальше стоял, наверное, самый роскошный стул во всём посёлке, предназначенный для меня.

На краю стола, явно чувствуя себя неуютно от такого положения, сидел Сашок. Староста Сумани все порывался куда-то идти, но Большаков величественным жестом останавливал своего молодого коллегу, призывая вернуться к обсуждению. А разговор при этом проходил очень бурно, и, к моему удивлению, одной из сторон этого обсуждения оказалась моя старшая сестра.

— Это слишком обременительно, — настойчиво повторила, видимо, не в первый раз, Настя. — Мы просто не можем постоянно нести такие издержки. Мы же не светлейшие князья, у которых бездонные карманы и запасы ресурсов на три поколения вперед. Когда это предприятие выйдет на уровень окупаемости и сколько нам придётся вложить за это время? А если ничего не выйдет?

— Я прекрасно вас понимаю, Анастасия Константиновна, — охотно и горячо ответил Илья Петрович. — Но и вы меня поймите! Подобные траты необходимы для полноценного развития производства. Вложенные сейчас всего какие-то пять миллионов рублей уже через полгода превратятся в двадцать, а может быть, даже в тридцать. Конкуренты на данный момент уже инвестировали сотни миллионов и продолжают вкладывать.

— Я подумаю над вашим предложением, — неохотно ответила Настя.

— Что за предложение? — усаживаясь рядом с сестрой, поинтересовался я.

— Илья Петрович предлагает нам выкупить часть мощностей одной локальной фирмы. Она входила раньше в холдинг Муравьевых и обеспечивала покрытие связи Тверской губернии. А сейчас на грани закрытия, потому что Павел Александиович распорядился изменить конфигурацию сетей.

— Отличная идея! — тут же произнёс я. — Сколько это нам будет стоить?

— Первоначальные вложения в районе трех миллионов, но в течение двух месяцев придется добавить еще пять.

— Делайте, — тут же ответил я.

Настя возмущенно посмотрела на меня. Судя по всему, они обсуждали этот проект уже долгое время и у сестры были причины отказать учёному.

— А все остальное твои планы мы за какой счет будем реализовывать? — тут же спросила девушка.

— Я думаю, что в ближайшее время у нас появится очень серьезный источник постоянного дохода, не связанный с аномальной зоной, — уверенно ответил я. — Поэтому о каких-то текущих тратах беспокоиться точно не стоит. Кстати, оплату нашим дружинникам стоит увеличить хотя бы в два раза. Ребята это заслужили.

— Что же за такой внезапный источник дохода? — со вздохом поинтересовалась Настя. По взгляду княжны я понял, что нужно чаще обсуждать с ней вопросы экономики семьи. Просто некоторые обстоятельства менялись слишком быстро.

— Аренда, — спокойно ответил я. — Тебе, кстати, стоит встретиться с бароном Ожеговым и обсудить ситуацию на его складской площадке. На данный момент ей уже должны были присвоить статус беспошлинного пространства.

— Вот как, — удивленно подняла брови Настя. — Хорошо, тогда завтра к нему съезжу, если, конечно, у нас не будет опять какой-то экстренной тревоги.

— Не будет, — заверил я сестру.

— Ярослав Константинович, могу я вмешаться? — тут же попытался переключить на себя внимание Большакова, но я жестом остановил я ученого.

Кредит доверия у артефактора был очень большой, но так бесцеремонно вмешиваться в разговоры с сестрой я позволять ему не собирался. Учёный моментально затих и виновато улыбнулся.

— Тогда я прямо сейчас напишу барону, — ответила Настя. — Мы согласуем время встречи.

— Замечательно, — улыбнулся я и теперь уже повернулся к Большакову, который все это время нетерпеливо барабанил пальцами по столу. — Ну, показывайте, Илья Петрович, вижу, вам прямо не терпится.

— Это настоящий прорыв, ваше светлость, — моментально забыв о неловкой ситуации, возбуждённо произнёс учёный. — Это не просто прорыв, это гениальное изобретение, которое перевернет весь мир! Всю связь в мире!

— Мне кажется, что подобное я от вас слышу удивительно часто, — рассмеялся я. — Что получилось сделать?

— Мы немного доработали ваши чертежи и собрали два тестовых образца, — достав из-под стола массивный старомодный чемодан, ответил Илья Петрович.

Хранилище изобретений артефактора выглядело настолько карикатурно, что не хватало только наручников, которые бы соединяли ученого с ручкой его переносного сейфа.

— Итак, — щелкнув замком, торжественно произнес Большаков, — представляю вашему вниманию два устройства связи, неподвластные аномальным возмущениям.

На последних словах артефактор театральным жестом перевернул чемодан, и я увидел лежащие внутри кирпичи. По сравнению с изящными современными моделями телефонов эти выглядели как первобытные рации — здоровенные, наверное, по килограмму каждый. Корпуса были увенчаны отсвечивающими серым нашлепками из серого кристалида.

— Выглядит… интересно, — не желая оскорблять изобретателей, произнес я.

— Ну, над дизайном еще, конечно, нужно поработать, — честно признался Илья Петрович, — но главная суть не в этом. Мы проверили эти устройства. Сборка по вашей схеме позволила запустить аппараты, и оценить примерный запас энергии, который удалось в них вместить. Без вреда для техники, его хватит примерно на год бесперебойной работы! Этот телефон не отключится никогда, что бы с ним ни происходило — даже разбитый на несколько частей. С большой долей вероятности он восстановится за счет использованной нами схемы части артефактной цепи.

— Вы сумели разобраться в структуре найденного артефакта? — удивлённо посмотрел я на Большакова.

— Что вы, Ярослав Константинович! Мы скопировали рисунок цепи на внутреннюю часть корпуса телефона. И он объединился, получив те же свойства. Но, к сожалению, дальше развить это направление не получится. Система начинает разрушаться.

— А что с дальностью? — поняв, что уже одного этого было достаточно для огромной премии изобретателям, поспешно уточнил я.

— Дальность проверили только в рамках Тверской аномальной зоны, — тут же ответил Большаков. — Александр уехал к графу Новикову и связался со мной с его границы. Первый звонок