Кай из рода красных драконов 2 (СИ) - Бэд Кристиан

Что ещё? Змеи? Ну, змею бы я поймал и сварил. Хотелось свежего мяса. И картошечки. Эх…

Бурка не сразу решился идти со мной. Он долго колебался, а потом полночи ворочался на кедровой подстилке. Но утром сказал, что свои — всё равно считают его погибшим. И потащился следом.

Сначала волк шёл неохотно. Оглядывался, вздыхал. Я напоминал, что вообще-то его не держу.

Спрашивал:

— А может, назад не поздно пойти?

Но Бурка вздыхал и молча шагал дальше. Похоже, решил, что сгину я без него. Я ведь полез (по его понятиям) в самое пекло.

Тогда я начал размышлять вслух: а что за опасности нас ждут? Что будем делать в ставке терия Вердена? И как быть с волчатами, которых поймают для будущих всадников? Ведь придётся теперь их как-то спасать?

Когда Бурка услыхал про волчат, глаза у него заблестели. И постепенно волчара мой перестал оглядываться. И начал даже что-то мурлыкать себе под нос.

Спасителем себя, наверное, ощутил?

Авантюрист Бурка был ещё даже похлеще меня. Ему так и чесалось вставить везде свои пять копеек: мол нечего осторожничать! Надо переть напролом! Если сумеем втереться к врагам в доверие и пробраться в ставку, то надо сразу рвануть в шатёр к колдунам и передушить их всех до единого!

Именно в них — всё зло! Без колдунов воины терия Вердена ничего не стоят! Человечья армия их дальше сама легко сможет разбить!

Я посмеивался про себя: что ж ты без меня не полез всех душить? Но молчал.

Понимал, что Бурка мой, по сути, совсем подросток. Он сам не знает, на что способен, не знает, чего боится. А языком развоеваться способен каждый.

Мы оба не знали, насколько сильно рискуем, как велика угроза разоблачения? «Но риск так хорошо пахнет, — заявил мне волк. — Даже получше драконьей крови!»

Шагали мы до полудня, до самого пика жары. Потом немного повалялись в тенёчке.

Сухого мяса мне не хотелось, и я потихонечку намекал Бурке, что, сожрав колбасу, он лишил меня ценных припасов. Не пора ли ему отплатить мне добром и чуть-чуть поохотиться?

— Не то, чтобы марала какого-то завалить, — размышлял я вслух. — А уточку бы или зайца? А мы бы его на огонь и ням-ням?

Бурка отнекивался. Он всё ещё был сыт.

Я решил — ладно. Обед пропустим, а на ужин — привал сделаем пораньше. И тут уже мой лохматый друг должен честно мою колбасу отработать.

Волк сдался. Аргументы у меня были очень убедительные: немного сухого мяса в мешке и всего полмешочка муки.

Повалявшись немного, мы снова потопали между гор.

Дорога шла через каменистый лес. Видимо, здесь сходил когда-то ледник, оставив кругом огромные валуны.

Бурка начал рассказывать мне, что если пройти долину Эрлу насквозь, что настоящим людям (то есть волкам-оборотням) решительно запрещено уже много веков, то можно добраться до мест, где водятся дикие драконы. Они вкусные, и в них — куча магии!

Он был такой весёлый и радостный, и вдруг запнулся на полуслове. Лицо его застыло, а глаза опасно блеснули.

Я остановился. Огляделся и прислушался. Но ничего тревожного не заметил.

Мы шли по звериной тропе и как раз планировали выйти на торную, человеческую.

Ну, подустал я скакать через камни и торчащие из земли сосновые корни. Хотелось для скорости пройти по тропе, которую используют караванщики, а к вечеру снова свернуть с неё в лес, чтобы лишнего не палиться.

Сверху караванная тропа хорошо просматривалась. Раньше она контролировалась патрульными облётами барсов — мы шли по их территории, а теперь — облётами врагов — найманов терия Вердена.

Волчьи всадники у них назывались найманы, и нам с Буркой пора было привыкать к этому названию. Мы же вроде как сами шли записываться в найманы.

«Чего стоим-то?» — хотел было сказать я, но Бурка дёрнул меня за рукав и потащил в кусты.

Веса и роста мы с ним были похожего, да я и поддался. И мы оба ввалились в колючую акацию.

— Ты чего? — спросил я одними губами. Я так умел — боевая жизнь научила. Очень чётко артикулировал, помогал себе жестами, и меня понимали.

«Там!» — показал он рукой.

И приложил ладони к голове, топыря пальцы, словно у него оленьи рога выросли.

— Лось?

Бурка замотал головой.

— Шаман?

— Колдун, — прошипел он едва слышно. Его потряхивало от возбуждения.

— Один?

Бурка принюхался. Было очень забавно наблюдать, как ноздри раздулись на человечьем лице, и нос даже зашевелился немного.

Я сделал знак рукой: «Пальцами покажи»?

Бурка показал мне сначала один, потом три пальца.

— Колдун и три стражника?

Он кивнул.

Надо же. И всё это — только по запаху? Силён.

— Патруль? Засада на тропе? Пункт пропуска?

Бурка наморщил лоб, показал на линию на ладони, напоминающую тропинку, потом сорвал травинку и положил на ладонь, перегородив «тропу».

Ясно, значит, блокпост.

Справа текла река, не обойдёшь. Придётся уходить влево и опять немного подняться в горы. И спускаться потом по бездорожью. Или…

— А ещё кто-то рядом есть?

Я сделал широкий круг руками.

Бурка на этот раз прислушался. Видно, и слух у него был тоже на высоте. Развёл руками — мол, непонятно. Вроде бы запах он чует, но звуков никаких нет.

— Может, они далеко? А запах приносит ветер?

Волк только плечами пожал.

Я задумался: один бы, конечно, пошёл в обход, но двое против четверых, учитывая челюсти Бурки, не так уж и мимо.

А колдун — это не только очень опасный враг, но и мешочек с ценными прибамбасами, вроде хоргона, который я уже вроде бы научился использовать.

Сделал Бурке знак — отступаем. Он неохотно кивнул и поплёлся за мной.

Но далеко я отходить не стал.

— Разведку надо бы провести, — сказал, как только мы покинули опасную зону, где нас могли, по мнению волка, увидеть или услышать. — На дерево можешь залезть?

Он с сомнением кивнул.

— А зачем?

— Посмотрим, как они там сидят? Кучно — или на расстоянии? Есть ли у них отхожее место, и далеко ли оно? Камни какие-то рядом?

— Так ты напасть на них хочешь? — оживился Бурка и чуть не завилял временно отсутствующим хвостом. — Только… там же колдун!

— Ну и что?

— Он швыряет молнии и может усыпить особыми заклинаниями!

— Но глаз-то на спине у него нету.

— А разве хорошо нападать со спины? — удивился волк. — Так же нельзя.

— Нельзя, — легко согласился я. — Но если очень надо — то можно.

— А нам очень надо? — засомневался Бурка.

— У колдуна есть то, чего нам не хватает. — Меня разбирал смех от наивности волка, и я изо всех сил сдерживал улыбку. — Очень ценное.

— Чёрные камни? — предположил Бурка.

Я едва не прыснул:

— Медикаменты, бро! В походе — это самое ценное. Майа дала мне три связки сушёных трав, Шасти — какой-то порошок для варки эликсира. Но у колдуна явно припрятаны серые шарики-печати — хоргон! Это не только оружие против демонов, но и лекарство от ран.

— У тебя же есть один? — удивился Бурка.

— Был. Но я его Шасти оставил. Не мог же я бросить жену без оружия?

Бурка наморщил нос: шучу, что ли?

— А ну — дай-ка сюда твой мешок? — попросил он.

— Бери! — Теперь уже удивился я.

Волк запустил в мешок руку и вытащил серый шарик! Наверное, он и хоргон тоже чуял.

Ну, Шасти! Подсунула! Ох уж, эта девчонка!..

— Мда, — только и смог сказать я.

А вот Бурка, повертев в пальцах хоргон, заулыбался радостно.

— Я только рассказы про него слышал! Какой свеженький! Самый сильный сейчас! Он когда старится, то белеет!

— Надо же, — удивился я.

— Их же втроём можно зафигачить хоргоном! — ликовал Бурка. — И никто не догадается, что это дикари с гор напали! Ты же умеешь его активировать!

Это был аргумент.

Хоргона жалко, конечно, но барсы и волки — не знают такого оружия. И обращаться с ним не умеют. А значит, наше нападение не вызовет ответных репрессий для местного населения.