Настоящий американец 2 - Аристарх Риддер

class="p1">— Точно! А на воздух он взлетел потому что курил возле аммиачной селитры, — гость смотрел на меня и ухмылялся.

— Этот вопрос лучше задать экспертам.

— А они уже сказали, что это осколочные гранаты, — просветил он меня. — Ты случайно не хранишь их в гараже?

— Случайно не храню, — безразлично отреагировал я на провокацию. Если даже найдут при обыске частицы пороха к тем гранатам их все равно не пришить.

Сперва я думал, что Каллахен дружок Френсиса, сейчас же больше склонялся к версии, что он или из полиции, или занимается частным сыском. Скорее, второе, коп сразу бы показал свой значок.

— А ты мне нравишься, парень, — заявил гость после минутного продавливания меня взглядом. — Хорошо держишься. И с врагами расправляешься с выдумкой. Ни какая-то банальная пуля в голову или автоматная очередь, а нападение в музее, взрыв на ферме и дорожная авария — творчески подходишь к делу и не повторяешься. Хотя на счет Теди не настаиваю, может и правда, он сам навернулся. Выпить Теди был не дурак.

— Мистер Каллахен, я так и не понял цель вашего визита, — мне надело смотреть как он развлекается и пытается вывезти меня из себя. — Вы, конечно, интересные вещи рассказываете, хоть и непонятные, и я не прочь их послушать, но может все же ближе к делу?

— Стики должен был убить я, — услышал я совсем не то, на что расчитывал. Думал весь этот балаган — подводка к шантажу. Хотя, может так оно и есть, но гость еще не отыграл номер до конца и нас ждет второй акт. — Я ждал этого долгих три года. Гребаных три года я искал того, кто меня подставил! — закричал Каллахен. — Пока готовился к встрече, мечтая, как буду медленно, полоска за полоской снимать с него кожу, отрезать яйца, выкалывать глаза, вырывать зубы и ногти, заявился ты и лишил меня мести!

Гость в своем гневе стал похож на сумасшедшего, и я почувствовал как бледнею. Оказаться один на один с психом — тот еще экстрим. Я рефлекторно глянул в сторону стола, в ящике которого лежал пистолет.

— Не дергайся, — Каллахен словно прочитал мои мысли. — Да не собираюсь я тебя убивать. Расслабься, — сам он тоже, казалось, остыл и вновь стал походить на нормального человека. — Хотя сперва, признаюсь, хотел выбить из тебя всю дурь, чтобы впредь не переходил дорогу взрослым дядям. Но это было до того, как я навел о тебе справки, — гость хищно улыбнулся.

Понятно, узнал, что я богат. Значит вот он финал. А что отлично все разыграно. Снимаю шляпу таланту режиссера и актера в одном лице. Сперва огорошил меня новостью, что знает, что я убийца, дал мне проникнуться осознанием ужаса ситуации, затем пошла психологическая обработка, демонстрация своей силы, причем отыгранная им роль садиста — отличный выбор. Все клиент запуган и готов к употреблению.

Вот только он не учел две вещи. Я не убивал Чарльза Фрэнсиса. Разумеется, я не выдам ему настоящего убийцу. Мне Перри нужен на свободе. У меня на него большие планы, а еще, как бы это нелепо не выглядело, но я не хочу причинять боль его сестре. Эмма как-то сразу запала мне в душу. И даже после того как я узнал, что у нее не все в порядке с головой, мое отношение к ней не изменилось.

А второе — я только выгляжу на двадцать с хвостиком. Так-то мне намного больше. И за свою первую жизнь смог убедиться, что у шантажистов нельзя идти на поводу, это только усугубит проблему, с ними надо расправляться, или безжалостно, или по закону.

В этот раз будет не по закону. Мне нельзя быть замешанным в историю с убийством, это очень пагубно отразится на моей репутации. А она мне просто необходимо в свете стоящих передо мной целей.

— Ты, оказывается, отлично ведешь дела. Восстановил пивоварню, скоро откроешь еще один завод. И у тебя есть несколько патентов. Не боишься, что кто-нибудь на все это позарится?

Я не ответил, продолжал молча на него смотреть.

— Ты меня не понял, Фрэнк, — он вновь заржал, а я заметил, что меня уже тошнит от его лающего смеха. — Я пришел к тебе не для того, чтобы все забрать. Я пришел, чтобы предложить тебе свои услуги.

— Какие услуги? — я опять услышал совсем не то, что ждал. крышевать что ли он меня задумал в стиле бандитских 90-х?

— Тебе нужен человек, который будет заниматься обеспечением безопасности твоего бизнеса. А я как никто подхожу на эту должность.

— А ты вообще кто? — задал я главный на сегодня вопрос.

— Бывший рейнджер, бывший коп, в настоящий момент имею лицензию частного детектива.

— И какие дела у тебя были с Фрэнсисом?

— О, это долгая история. И как только мы с тобой договоримся я тебе ее поведаю.

— Слушай, я тебя вообще не знаю. Приходишь, рассказываешь какие-то бредни, намекаешь что если я не дам тебе работу, ты пойдешь к копам.

— Стоп, стоп, — притормозил он меня, выставив вперед ладонь. — Если мы не договоримся, то я просто уеду из Мидлтауна. И на этом все. Каллахена никто не может обвинить в неблагодарности. Ты убил моего врага, я, конечно, на тебя за это зол, — скрежетнул он зубами, видимо вспомнил о сорвавшихся пытках Стики, — но факт, есть факт. Так что я тебе должен.

— Я не убивал Чарльза Фрэнсиса! — произнес я по слогам для доходчивости.

— Как скажешь, Фрэнк, как скажешь, — покладисто согласился он.

Мне оставалось лишь закатить глаза и помянуть добрым словом своего адвоката, за грехи которого приходится отдуваться. За воспоминанием последовало сравнение ситуаций. Получалось, этот Каллахен провернул со мной тоже самое, что я с Мэтьюзом.

И смешно и хочется грязно выругаться одновременно.

Странный гость ушел, дав мне время «на подумать» над столь щедрым предложением, и я начала думать, правда, о другом. Понимал, что заверения Каллахена о том, что если не договоримся, то он без всяких выкрутасов уедет из Мидлтауна и забудет обо мне — всего лишь слова.

Можно было его послать, вот только на ту ночь, когда убили Фрэнсиса у меня нет алиби. И если кому-то из местных копов понравится версия «Фрэнк Уилсон — убийца», мне придется сдавать Мэтьюза. А если у адвоката заготовлено липовое алиби, то можно предложить на роль подозреваемого Клинта Каллахена.

На ужине у Роджера Фицпатрика, куда я был накануне приглашен оказался и шериф округа Оринджа, который в отличии от шефа полиции Мидлтауна не испытывал по отношению к Уилсону неприязни.

Вот только