Мастер Трав. Том 7 - Ваня Мордорский
Шип медленно вышел из моей кожи и Виа прекратила высасывать мою кровь. И я ощутил, как в этот момент случилось то, ради чего я всё это начал.
Граница между «я» и «она» не исчезла, я по-прежнему был собой, а она — Виа. Но она (граница) по обоюдному согласию стала проницаемой, туда и обратно. В любую секунду Виа могла прикоснуться к моему сознанию, а я — к ее, и для этого не требовалось Слияние.
[Уровень взаимодействия с «Виа»: 100 %.]
Открыт навык: «Глубокая Связь» (ур. 1).
Свойства: Постоянный канал восприятия. Носитель «видит» глазами симбионта на расстоянии до ~1000 шагов.
Снижение ментальной нагрузки от связи. Симбионт занимает меньше «места» в общем лимите.
Освобождён ~1 слот.
Двустороннее восприятие боли и ощущений в полном объёме.
Симбионт «Виа»: получено «Зачаточное самосознание» (1 %).]
Я медленно выдохнул.
Это было то, чего мне не хватало.
Я открыл глаза.
Голова шла кругом сильнее, чем после дуба. Только это было другое головокружение, не от истощения и перенапряжения, а от… перенастройки. Будто кто-то внутри моего черепа переставлял мебель: вот сюда новый канал восприятия, сюда — голод как фон, сюда — тепловые пятна, сюда — вибрации воздуха, по которым Виа ощущает мир. Всё для того, чтобы мой мозг в любую секунду без задержки мог переключиться на восприятие Виа. Без последствия и головной боли.
Я лег на подстилку.
Виа сползла с моей руки и тоже свернулась рядом. Спокойная и какая-то совсем другая, чем десять минут назад.
Зачаточное самосознание, — повторил я про себя. — Всего лишь один процент. Я-то всё это время думал, что у неё уже есть сознание. Вот, значит, как? Я ошибался.
Значит то, что я до этого момента принимал в ней за самосознание, не было таковым. Это было что-то очень близкое — оформленные инстинкты, сильная воля, зачатки собственного выбора, — это было очень близко к самосознанию, но не оно.
Самосознание началось сейчас. Хотя нет… путь к нему начался раньше. Он начался тогда, когда я дал ей имя — Виа. Вот тогда ее инстинкты и желания начали оформляться вокруг чего-то постоянного, вокруг центра-имени.
А сегодня она сделала следующий шаг.
Прямо сейчас в голове была мешанина: я в прямом смысле чувствовал себя и Виа, и собой одновременно.
Я привыкал. Сколько я лежал — не знаю. Минут тридцать, наверное. Может чуть больше. Я попробовал встать — и комната качнулась так, что пришлось опереться о стену.
Тогда я просто лежал, дышал, смотрел в потолок и пытался привыкнуть к тому, что у меня теперь два набора чувств. Один — мой собственный, человеческий. Второй — её, лозы. Они были очень близко, но не сливались. Они шли параллельно, как два пути.
Я решил попробовать, и направил ее к стулу, где лежал кинжал. При этом было ощущение, будто я просто управляю своей рукой. Виа двинулась туда, но это не было приказом — она просто делала это понимая, что мы заодно. Она обхватила кинжал — и у меня было ощущение, что это я схватил его своей рукой.
Удивительно… Это что-то новое.
Для такого «управления» мне не нужно было закрывать глаза или приказывать. Я просто подумал как хватаю кинжал — и Виа это сделала, «подключенная» к моему сознанию.
Через пару мгновений она принесла мне кинжал. Надо такое взаимодействие потренировать как следует. Это открывает новые возможности.
Еще несколько минут я лежал ничего не делая сам, и не заставляя Виа что-либо делать. Успею. Сейчас нужно привыкнуть к этим двум потокам. На это нужно время.
Дверь скрипнула вырвав меня из размышлений.
— Элиас, ты как?
— Живой. — ответил я не открывая глаз.
Это было тяжело.
Грэм вошел внутрь.
Ладно, надо вставать, пора. Так можно еще долго лежать.
Я сел и посмотрел на Грэма.
И неожиданно увидел, как Грэм прищурился, а в его глазах что-то… дрогнуло. Словно он оценивал ситуацию.
— Что такое? — спросил я.
— У тебя… это… глаза.
— Что — глаза? — похолодев переспросил я.
Грэм нахмурился.
— Глаза у тебя… другие.
— Что именно? Они…
— Ярче. И зеленее. — ответил Грэм и подошел поближе.
Он наклонился и начал всматриваться в мои глаза.
Мне на мгновение стало даже страшно.
— Просто зеленые, но очень яркие, насыщенные.
Я с трудом поднялся, держась за стену. Голова всё еще немного плыла. Я подошел к столу, где стоял кувшин с водой, и взглянул в свое отражение.
Да уж….
Грэм был прав.
Глаза были мои, но цвет в них… цвет был не тот. Слишком яркий, слишком зеленый — такой невозможно не заметить.
— А ты такое уже видел? — спросил я, повернувшись обратно к старику.
Он почесал голову.
— Было дело… Видел у двух сильных травников. Так бывает, когда Дар сильный и влияет на глаза, обычно у огневиков. Глаза прямо-таки полыхают. Но и у других Одаренных тоже случается.
— Это пройдёт? — уточнил я.
Грэм поморщился.
— Не знаю… у тебя раньше такого не было, значит дело не в Даре, а в том, что ты сейчас делал. Тебе должно быть самому виднее.
Я кивнул. Грэм прав: я же прекрасно понимал, что это из-за глубокой связи с Виа.
— Значит надо подождать. Что-то мне подсказывает, — сказал я, — Что это временный эффект.
— Хорошо бы, не хватало еще таким привлекать внимание. — ответил Грэм.
Я сел на стул и смотрел в окно. Грэм стоял рядом о чем-то задумавшись. Виа не двигалась. Она, как и я, привыкала к тому, что в ней что-то изменилось.
Минут десять мы молчали.
— Дед, — нарушил я тишину.
— Чего?
— Ну как сейчас?
Он сощурился всмотрелся.
— Поменьше стало. Уходит. Уже не такое… яркое.
Мы прождали еще минут пять.
— Ушло. — с облегчением сказал Грэм, заглянувший в мои глаза.
Я посмотрел в отражение. Радужка действительно вернулась к привычному цвету. Только если очень-очень пристально вглядываться, можно было заметить, что насыщенность стала чуть выше прежней. Но теперь уже ничего бросающегося в глаза.
Грэм подошел еще раз, придирчиво осмотрел мои глаза, потом руки — перевернул их, проверил кожу до локтей. Заставил снять рубаху.
— Ну… на коже никаких изменений… Хорошо.
Понятно, чего он забоялся, что Дар взял верх.
— Я хочу кое-что еще проверить, — сказал я ему, — Я догадываюсь, отчего глаза так меняют цвет, но надо проверить.
— Что, опять на час уйдешь в себя? — недовольно уточнил Грэм.
— Нет, сейчас ничего такого не будет.
