Драконья попаданка в Академии (СИ) - Лидия Миленина

него! Причем, как я поняла — все это без их ведома! Ай-я-яй, магистр ректор!

— Пчхидр! — поддержали мое лишь частично наигранное возмущение драконы.

— Что-о? — продолжил изумляться Борас. — Я действительно смог настроиться на одного из твоих драконов. Вот этого, самого огненного, — он наклонился в мою сторону, протянул руку и пальцем поманил Барри.

— Др! — непонятно сказал ему Барри и перелез на руку. Проследовал к ректорскому плечу и с интересом заглянул Борасу в глаза. — Фрфр! — словно бы подтвердил он что-то, высунул язычок и с интересом (без пиетета, именно с интересом) лизнул его в щеку. Посмаковал и постановил: — Пфр!

— Пфр! — тоже с интересом ответили ему Дорри и Мирри.

Как я поняла, вкус ректора показался Барри необычным и приятным. А остальные заинтересовались, как это может быть такой вкус.

Разумеется, мы с Борасом не могли не улыбнуться.

— … И я действительно наблюдал, что с тобой происходит через него. Как оказалось — это было правильно. Никогда в жизни я бы не догадался, что вы попали в холодильную комнату, если бы не видел этого своими… тьфу, его глазами! Но в этой ипостаси я не могу передать мысли напрямую на расстоянии. И не могу через байдори!

— И тем не менее это было! — не унималась я. — И я хотела с вами серьезно поговорить о недопустимости подобного вмешательства. Нарушении границ, все такое… Но вы правы, ведь без этого вы не нашли бы нас… Сейчас я, конечно, спокойнее к этому отношусь.

— Подожди, Ирина, а что я, собственно говоря, тебе «сказал»? — с интересом спросил ректор.

— Сказали, что «я все неправильно сделала», когда Тамирас набивался мне в родственники в первый раз, — нахмурилась я. На самом деле уже не очень хорошо помнила, что там мне вещал ректор по «Барри-связи». — Глупой назвали, между прочим!

Борас сложил руки на груди и расхохотался.

— Не понимаю, что тут смешного. На низкий уровень интеллекта я по сей день не жаловалась, — заявила я.

Правда, не могла удержаться и тоже улыбалась.

— Что же, поздравляю, при желании ты можешь получить зачет по «выявлению скрытых способностей фамильяров» прямо сейчас, — отсмеявшись, сказал Борас. — Вот она, скрытая способность. Байдори — в случае установленной связи с Настоящим драконом — могут быть «передатчиком». Передавать насыщенные эмоциями мысли «наблюдателя». Я действительно тогда сидел за столом и наблюдал, что там у вас происходит. И… хм… удивился, что ты не согласилась на покровительство Тамираса. Ведь стать приближенной герцога для тебя далеко не вредно. Это своего рода легализация в нашем мире.

— Др! — возмутился Дорри с его нелюбовью к титулам и власть имущим.

— Ладно, поверю на слово, — сказала я. А что еще я могла сказать? Проверить слова ректора у меня нет ни малейшей возможности. Я вообще понятия не имею, сколько правды он мне сегодня рассказал. Что умолчал… Наверняка ведь о чем-то умолчал. Так должно быть просто по законам жанра. — Хорошо. А как вы поняли, где находится холодильная комната?

— Сразу после происшествия я связался с Гарденом. Он телепортировался в Академию. И дальше мы вдвоем искали, где это вы мерзнете… По правде, было непросто. Я рассчитывал, что кровная связь герцога с сыном направит его в пространстве. Но как-то не очень получалось… А потом я применил очень сложную магию пространственных нитей, доступную, пожалуй, только драконам. Обычно на распутывание, где и как прошел в пространстве энергетический след телепортирующегося, уходят недели. У меня их нет было. Так что даже не знаю, что это было — внезапный быстрый результат. Или моя догадка. Или… — он вдруг замолчал.

— Или что? — как заправский иезуит, переспросила я.

Барри к тому моменту перебрался обратно ко мне. Все трое дракончиков выстроились в шеренгу у меня на животе и, изогнув шейки, вопросительно смотрели на Бораса.

— Или, проклятье, с тобой у нас тоже установилась некая связь! — рявкнул Борас.

«Хм…» — только и смогла подумать я. Разумеется, связь эта мне представилась очень романтичной, и я засмущалась.

Опустила глаза.

И повисла тишина… Борас как-то странно глядел на меня (ощущала его взгляд). Не усмехался. А я лихорадочно думала, чтобы еще спросить, чтобы развеять свое дурацкое смущение. Куда увести разговор.

…Вот именно — проклятье! Вроде бы взрослая девушка. И прекрасно осознаю, что ректор для меня привлекателен. Так флиртуй сколько угодно, глазки строй, делай, что хочешь. Вон, можно плечико из-под одеяла выставить… Сейчас нам с Борасом как раз никто не мешает.

Так ведь нет! Вместо этого я смущаюсь, как маленькая девочка!

…Впрочем, ректор ведь тоже хорош. Вместо того чтобы бархатным шепотом сообщить мне о нашей связи, он ее проклинает. Тоже мне! Это, получается, наша связь ему не нравится, что ли?

«Фу-у какой!» — подумала я. Злость и разочарование живенько вытащили меня из смущения.

— Фу-у! — вслух сказал Дорри.

И это было первое слово, которое драконы повторили за мной. «То есть способности попугаев у них все же есть, — промелькнуло в голове. — Таких практически ментальных попугаев…»

— Кстати, знаете, я еще хотела сказать, — подняла глаза на Бораса, который продолжал задумчиво меня разглядывать. — Вы не единственный. Был еще… — я хотела сообщить ему о втором голосе в голове. Том, который направил меня на эксперимент по связи с фамильярами.

И тут…

«Помолчи немного. Не нужно ему пока об этом знать», — глубоко и властно сказал мне достопамятный «голос в голове».

Глава 18

Ректор в бешенстве, или нас голосами не возьмешь!

Я так и села. В смысле — села на кровати одним махом. Перешла из лежачего положения в сидячее.

— Дргр? — поинтересовались размахом моих проблем драконы.

Ректор изумленно уставился на меня.

Голос в голове больше не звучал, так что даже промелькнула мысль, может, я сошла с ума и скоро услышу: «Ирина, пойди и спаси этот мир!».

Но ошарашена я была знатно. Более того — напугана! Значит, этот голос, способный даже как-то управлять мной (ведь он именно принудил меня идти на эксперимент!) по-прежнему наблюдает за нами. И даже может давать советы да указания.

Ну уж нет!

У меня нет никакой причины доверять этому загадочному менталисту. Был бы хороший — как-то помог бы с люстрой. Или когда мы попали в холодильник. Подсказал бы что-нибудь. Или явился бы во плоти спасти меня.

Он же явно не обо мне заботится, а преследует свои личные цели. В критические моменты не проявляется.

Борас, конечно, тоже не сахар. Но некая забота обо мне налицо. Еще и эти его фразы про то, как