Последний ранг. Том 3 - Анна Кондакова

О своих откровенных словах мне пришлось сразу же пожалеть. Надо было просто держать это при себе.

Из моей фразы Алла сделала свои выводы.

Она прильнула ко мне и прошептала:

— Вы рискуете жизнью ради всех нас и нашего будущего. Значит, кто-то должен рискнуть жизнью ради вашего будущего. Пусть это буду я.

Она отпрянула от меня и сделала пару шагов назад. Под её туфлями опять захрустел снег.

— Алла, думаю, это лишнее, — начал я, предчувствуя неладное.

Девушка меня уже не слушала. Она быстро ткнула брошью в свой собственный палец, и на месте ранки тут же выступила капля крови.

— Вот. — Алла протянула мне руку. — Это вам.

— Не понял, — нахмурился я. — Что вы делаете?

Она подошла ближе.

— Это большой секрет. О нём вам не расскажет ни один маг крови, потому что это огромный риск. Я жертвую вам каплю своей крови и создаю для вас Заклятие Исцеления. В критический момент оно сработает само. Правда, только один раз. Оно излечит вас от любых ран, где бы вы ни находились. Все сильные маги крови это умеют, они ведь в первую очередь великие лекари, а уже потом великие убийцы.

Капля крови скользнула с её пальца к моим ногам. В ту же секунду меня окатило снизу розовым облаком. Оно исчезло в морозном воздухе, оставив после себя только запах свежести.

Девушка улыбнулась и снова приколола брошь к воротнику своей блузки.

— Ну вот и всё…

— Алла, — перебил я, — вы мне так и не сказали, в чём риск для мага крови.

Она перевела дыхание, перестав улыбаться.

— Это сущий пустяк. Не волнуйтесь. Просто когда Заклятие Исцеления сработает, то в этот момент я сама останусь без защиты. Все мои силы будут направлены на ваше исцеление.

Я взялся за лоб.

— Чёрт возьми… Алла… я отказываюсь это принимать.

Она снова улыбнулась и взяла меня за руку.

— Вы не сможете отказаться от Заклятия Исцеления, потому что уже забрали мою кровь.

— Я об этом не просил!

— Не злитесь. Всё это неважно. — Алла погладила пальцами мою ладонь. — Отныне капля моей крови будет вас защищать, и я очень счастлива. Только прошу вас, никому об этом не говорите.

Я скрипнул зубами.

Молодец, Бринер. Сегодня ты не только отверг девушку, но ещё и забрал её силы на своё автоматическое исцеление, сам того не желая.

Уходя от моего тяжёлого взгляда, Алла отвернулась и потянула меня в сторону ресторана. Её светлые волосы, усыпанные хлопьями снега, колыхнул ветер, а её тёплая ладонь крепче стиснула мою руку.

— Нам действительно лучше вернуться. Иначе нас завалит снегом!

— Только обещайте мне, что больше не свяжетесь с Корнеем Жаровым, — попросил я уже на крыльце ресторана.

— А это уже не ваше дело! — засмеялась она, но потом резко обернулась, перестав смеяться, и ответила уже серьёзно: — Хорошо, обещаю. Но тогда и вы пообещайте мне, что побережёте себя. Будущее без вас будет совершенно не таким, каким должно быть.

Я улыбнулся. Знала бы она, что попала в точку.

— Хорошо.

Обещание «поберечь себя», уж точно, ни к чему меня не обязывало, зато заметно успокоило Аллу.

Весь оставшийся вечер я не выпускал её из виду, а заодно думал о том, что между нами произошло. Вынужденная сцена с Аллой Гауз на улице натолкнула меня на одну занятную мысль, о которой надо было ещё хорошенько поразмыслить.

* * *

Последующие недели мне было уже не до вечеринок.

Теперь у меня стояла сложнейшая задача — получить доступ к червоточинам в других странах. Тут без дипломатов и политиков точно было не обойтись.

Пока я ждал, когда они договорятся, то успел пару раз навестить Эсфирь и Феофана в «Золотом Гнезде».

Причём, навестить по отдельности.

Проучившись несколько месяцев в одном учебном заведении, они так и не смогли встретиться. Каждый раз, когда они пытались это сделать, случалось всё, что угодно, кроме встречи: от потопов на этаже до случайных взрывов в кабинетах, обмороков и даже болезней.

И чем больше упорства проявляли Эсфирь и Феофан, чтобы увидеть друг друга, тем серьёзнее становились разрушения вокруг них.

Однажды дошло до того, что на территории «Золотого Гнезда» произошло сильное землетрясение, и девять человек из персонала получили ранения, а одного вообще еле откачали. Причиной стало то, что Эсфирь и Феофан оказались в одном кабинете. Правда, так и не успели друг друга увидеть. Вмешалась стихия.

После этого я попросил руководство школы прекратить попытки организовать встречу этих двух пророков, иначе «Золотое Гнездо» рухнет к чёртовой матери, погибнут люди или произойдёт ещё какая-нибудь трагедия.

Так что навещать этих двоих пришлось по отдельности.

Сначала была Эсфирь.

— Передай Феофану, что так не должно быть! — с порога объявила она, опуская приветствие.

— Чего «не должно быть»? — нахмурился я.

Эсфирь всплеснула руками.

— Не должно быть, чтобы два человека не могли увидеться, даже находясь рядом! Это невозможно!

— Как видишь, возможно, — вздохнул я. — И вообще, может, ты со мной хотя бы поздороваешься?

— Да-да, привет, — бросила она, как бы между прочим, и опять продолжила разговоры о Феофане: — Он мне уже снится! Это невыносимо, Алекс! Я всё время о нём думаю! Из-за этого никаких предсказаний выдать не могу! Все мои мысли теперь только про этого гада! Сделай что-нибудь! Пожалуйста!

Примерно то же самое я услышал, когда встретился с Феофаном.

Правда, в более спокойной манере.

Пацан зашёл в кабинет с мрачной физиономией и протянул мне ладонь для рукопожатия.

— Ну как дела у Эсфирь?

— Психует, хочет с тобой встретиться, — прямо ответил я, пожимая его маленькую руку.

Он потёр лоб, взъерошив рыжую чёлку, и плюхнулся в кресло.

— Понимаю! Я бы и сам психовал, если б имел силы. Эсфирь мне снится каждую ночь, представляешь? Каждую ночь! Скоро с катушек слечу. Это невыносимо, Гедеон. Никаких предсказаний делать не могу, как обрубило всё. Что со мной происходит? Никогда такого не было.

Я нахмурился.

Невозможно было точно сказать, что с ним происходит.

У пророков всегда всё сложно, сколько я с ними сталкивался, да и сознание у них иначе устроено. Но то, что ни Эсфирь, ни Феофан теперь не могут заниматься предсказаниями — своим прямым магическим навыком — наводило на нехорошие мысли.